Читать книгу Про Дашулю, которая и здесь и там одновременно, потому что очень быстро бегает. Рассказы и истории - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 8

По поводу cтатьи с таким заголовком было много разговоров и разбирательств. Коллеги поздравляли с метким названием, педагоги муз. школы звонили и благодарили за то, что я наехала на администрацию, оставившую их в начале года без инструментов, а я наивно радовалась, что могу кому-то помогать с помощью своего пера. Ой ли? Все было так относительно… Пошумели и забыли. А дети по-прежнему учились играть на пианино, где большая часть клавиш не звучала, а у гитар струны свисали, как усы у сома…

Вспомнился разговор с преподавателем вуза, предложившим продолжать обучение в аспирантуре: я тогда без интереса отнеслась к этой идее, потому что уже мечтала работать в газете, где смогу реально что-то совершать на своей ниве, типа подвигов… А научная работа — какие там подвиги? Сколько уже написано этих диссертаций и кому от них радость? Преподаватель удивлялся моей непрактичности: — Вам, моя дорогая, тогда уж лучше трактористом работать, если хотите быстрых результатов — проехали по полю, и все сразу видно! Я этого тракториста потом всю жизнь вспоминала… Да, без реального результата работать я бы не смогла, но со временем стала понимать, что добиться чего-то серьезного журналист может крайне редко. Но очень хотелось… Такое время было, забюрокраченное. Показывали видимость результатов, вроде «ответили, отчитались, примем меры», а что изменилось на самом деле — так глубоко никто не копал. Все это я обнаружила очень скоро, но все равно надеялась, что если как следует разъяснить ситуацию, да еще раз написать, если не реагируют, то обязательно примут меры и после этого все будут в счастье… «Смешно!» — говорю я сейчас той девочке, которая надеялась кого-то победить с помощью печатного слова. А моим немолодым коллегам вообще все было по барабану. Кто как среагирует… да что изменится… Только бы день прошел, да отметить, например, просто вторник, с винцом, лишь бы редактор не увидел… Это у меня душа по молодости горела и реагировала на неправду, непорядок и несправедливость, а у них все давно отгорело.

Однажды из-за меня вышла в номере ошибка. Я очень переживала, потому что написали в газете: «по вине сотрудницы газеты такой-то…». И дальше: следует читать не 34 тонны, а 3,4 тонны. Это один тракторист столько сэкономил ГСМ — фантастические тонны! А мама моя посмеялась, прочитав это и очень меня поддержала, когда я приехала на выходные домой: «Да у тебя неожиданно получился замечательный материал. Ты народ повеселила в своей скучной газете, радуйся! Почитай-ка, как это смешно. И не горюй!».

Жила я на квартире у сельской пенсионерки, вдвоем с одной девушкой. Девушка была разведена, маленький сынок ее жил у родителей в соседнем селе. К пенсионерке частенько захаживал знакомый, веселый такой дедок. Под одной крышей было нас трое одиноких женщин. Однажды в воскресенье утром нам кто-то вымазал дегтем ворота. А может, и не дегтем, а черным чем-то… Наша хозяйка расплакалась: «Девочки, давайте покрасим ворота! А то стыд какой!» Домик стоял на горке и мимо, чуть пониже, шла дорожка к зданию сельсовета. То есть, мы на самом виду. Кто сделал нам это «доброе дело», мы так и не узнали… Мне в редакции сказали: «Не переживай: нашему писателю Борису Жилину тоже как-то намазали ворота. Это его завистники сделали, потому что он смело пишет о недостатках». Ничего себе, думаю. Попали в число борцов за справедливость. А ведь раньше мазали ворота гулящим девушкам… Разве поймешь эту деревню!