Читать книгу Красные братья. Часть 1 - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 5

Брат-капуцин Захария Шпичка был в монастыре человеком новым и казался персонажем столь же мифическим, как если бы зулусы в Африке не грешили каннибализмом. Но, впрочем, дело, конечно, не в них.

– Дым? – потягивая носом воздух кельи, тревожится аббат Берни.

– Должно быть, принесло ветром.

Захария поспешно закрывает окно, и аббат успокаивается.

– К вечерне жду вас на исповеди.

Захария кивает и на этот раз не забывает запереть за стариком дверь. Аббат не глуп, рано или поздно он догадается. Да и папироску под мантией заметил. Ну и пусть. Скинув с себя монашеское обличие, Захария крутит в руках цигарку. Исповедь… Старый черт решил узнать о его грехах? Он смеется, сжимая до боли кулак. О, ему будет что рассказать. И он расскажет. А потом убьет старика. Шрамы на теле его полыхают как незатушенные угли. Стиснув зубы, он достает пистолет. Пора кончать эту шараду. Слишком она затянулась. Только вот есть одна проблема: в грехи он не верит. Зря аббат так печется о них. Просто он плохой человек, вот и вся история. И ни Сатана, ни Иисус здесь ни при чем. И если однажды дьявол явится за ним, он встретит его достойно. Или он не Джек Маршалл.

Отворив заскорузлые от ливней ставни, Джек выглядывает в окно. В центре патио качается от ветра дерево бессемянной груши. Кажется, какой-то русский сорт. Анита любила груши. Их сладкий запах щекочет ему ноздри. А ведь он ей обещал… старое ранчо в Вайоминге, мост возле ручья и водяную мельницу. А за ранчо… А за ранчо чудесный сад. И повсюду груши. Но теперь он уж не выполнит своего обещания. И они не проживут «долго и счастливо». И виноват в этом он. Джек высовывается в окно и подставляет лицо дождю. Если кому в этом мире и принимать его исповедь, то только ему. Дождь барабанит по стенам монастыря, по пальмовым листьям, а в воздухе тают последние запахи лета: тыквенного пирога, оладий на молоке, прогорклого дыма и темно-вишневых георгинов в алебастровой вазе аббата Берни.

За стенами аббатства зернятся подсолнухи, беззаботно протягивая навстречу ветру свои улыбчивые лица. А вот и брат Бонифаций. Натянув до носа капюшон, спешит в винодельню. Славный малый. С ним Джек всегда не прочь поболтать или пропустить рюмку-другую. Он ему нравится. Он лишен всякой надменности, не боится вопросов в упор и травит забавные анекдоты. С ним Джек провел немало веселых ночей. Сложись все иначе, они непременно бы подружились. Но он в бегах. У него не может быть друзей. Кроме одного. Впрочем, вызволять его Диего пока не торопится.

Дождь усиливается. Повинуясь сиюминутному порыву, Джек накидывает мантию и спускается по ступеням. Срывая с веток желто-зеленые груши, он собирает их в подол. Дождь превращается в град. И монах Захария торопится скрыться под сводами аббатства. Из приоткрытого окна в келье доносятся звуки рожка. Должно быть, пастух на одном из дальних пастбищ. Грустная мелодия. Груши в вазе источают запах меда. Но ему не хочется есть. Стук в дверь. Он прячет бутылку, точно последний пропойца.

– Кто там?

– Брат Захария Шпичка?

На пороге стоит человек. Даже если бы на нем не было этого чудовищно длинного капюшона, Джек узнал бы его. Непременно узнал.

– Неужели?

– Пришло время отпустить твои грехи.