Читать книгу Между двумя революциями - Лев Борисович Каменев - Страница 3

Настоящий сборник статей, написанных на перевале от первой ко второй российской революции, имеет своей целью напоминание, обращенное одновременно и к друзьям, и к врагам нашей партии.

Врагам нашей партии следует всячески напоминать, что партия большевиков родилась не в октябре, не в июле и даже не в марте 1917 г., а лет за 15 до этого. Только величайшее невежество русского «образованного общества» в социально-политических вопросах может объяснить тот взрыв удивления, который сопровождал появление большевиков на открытой арене после февральской революции.

Основные взгляды большевиков на классовый состав русского общества, на ход и тип русской революции, на основные формы революционной борьбы сложились до революции 1905 года и в самом ходе этой революции получили уже достаточно ясное воплощение. Перелистывая лежащий перед читателем сборник, как, впрочем, и всякий другой сборник большевистской литературы данного периода, враги наши смогут убедиться, что отношение большевиков к политическим партиям и даже к отдельным руководителям этих партий не только в общем, но и в деталях сложилось и было достаточно ясно формулировано задолго до того, как победоносная революция пролетариата дала нашей партии возможность на деле провести наши взгляды. Борьба внутрипартийная и межпартийная, которую в течение десятилетий вели большевики и которую десятилетиями они вынуждены были вести только в подполье, борьба с Милюковыми, Кусковыми, Черновыми и Мартовыми была только подготовкой и предвосхищением той массовой открытой борьбы, которая решила судьбу партий и лиц дореволюционной России.

Полезно также, чтобы и молодые члены партии, не принимавшие непосредственного участия в создании и в первых боях нашей партии, перелистывая страницы старой большевистской литературы, познали, в каких идейных схватках складывалась идеология и тактика передового отряда современного пролетариата. Им следует знать, что для того, чтобы победить в октябре, для того, чтобы удержать в своих руках власть в продолжение пяти лет, для того, чтобы безошибочно различать врагов и без промаха направлять свои удары, партия должна была проделать долгую подготовительную работу. Враги, которые в дни пролетарского восстания возникли перед нами в лице общественных классов и политических групп, их тактические приемы, их военные маневры не были для нашей партии чем-то новым и незнакомым. Наша партия, вооруженная методами революционного марксизма, заранее осветила все углы российской дореволюционной действительности, заранее наметила и учла своих врагов и именно поэтому могла вести пролетариат в бой с открытыми глазами и полной ориентировкой в условиях этого боя.

Теперь мы знаем, что предварительный учет условий этого боя, расположения противников, его слабых и сильных сторон, его сил и возможных для него маневров был нами произведен правильно. Буквальное осуществление целого ряда соображений и предсказаний большевистской литературы о роли и тактике в революции общественных групп, классов, партий и даже отдельных вождей, отдельных партий служит блестящим доказательством этому. Поэтому-то история большевистской партии до революции в сопоставлении с действительным ходом революционных событий служит одним из самых блестящих доказательств силы и значения революционного марксистского метода изучения общественных явлений и в то же время может служить лучшей школой революционной стратегии и тактики для новых поколений пролетариев.

Даже единственный, более или менее резкий перелом в партийной идеологии, выразившийся в замене лозунга демократической республики лозунгом советской республики, не может свидетельствовать против указанной выше цельности большевистской идеологии, если принять во внимание ту резкость, с которой уже в 1905 —1906 гг. большевики в противоречие со всеми другими воззрениями на роль и значение Советов Рабочих Депутатов подчеркнули значение Советов Рабочих Депутатов как органов революционной власти, а также и то обстоятельство, что уже в первой революции лозунг «диктатуры пролетариата и крестьянства» явно перевешивал в тактике и политике большевиков лозунг «Учредительного Собрания».

Изучая большевистскую литературу эпохи первой революции и контрреволюции, всякий читатель должен будет убедиться, что понятие диктатуры раньше, чем оно получило в работах т. Ленина теоретическое обоснование на основании учения Маркса и Энгельса о государстве, было выхвачено большевиками из новой революционной действительности, так как она разворачивалась в эпоху первого массового движения приблизительно с 9 января до московского восстания 1905 г. Мысль о том, что русская революция, начавшаяся в 1905 г., стоит на границе демократических и социалистических революций, связанная неизбежно и естественно с мыслью о контрреволюционной роли либерализма, принадлежит к основным элементам большевизма и не покидала его не только в эпоху широкой массовой борьбы (1905 —1907 гг.), но и в эпоху контрреволюции. А то, что большевизм пронес через мрачные дни «столыпинщины» революционную традицию 1905 г. и отстаивал ее в борьбе буквально со всеми общественными течениями, принадлежит к величайшим заслугам большевизма.

Собранные в этом сборнике статьи характеризуют отдельные моменты и отдельные эпизоды идейно-политической борьбы большевиков. Составляя план сборника, я имел в виду, при помощи примечаний и справок, связать эти эпизоды в некоторый общий очерк, который позволил бы молодым товарищам проследить весь ход борьбы большевиков за свои идейно-политические позиции как в эпоху революции, так и в эпоху контрреволюции. К сожалению, возложенные на меня партией новые обязанности принудили меня отказаться от этой мысли и ограничиться минимальным количеством примечаний и справок.

Все статьи, напечатанные в этом сборнике, печатались в органах, редактором которых был т. Ленин. Они, конечно, могли быть написаны только потому, что я мог учиться революционному пониманию задач и тактики пролетариата непосредственно у т. Ленина. Больше того, всякий раз, когда мне приходилось по тому или другому поводу расходиться во взглядах на ту или другую очередную тактическую проблему с т. Лениным, я всегда субъективно был убежден, что аргументирую свою позицию, исходя из тех же принципов, которым научился у т. Ленина (хотя бы это объективно было бы и не так). Поэтому мои статьи и весь сборник не претендуют ни на что больше, как быть комментарием к тем задачам революционной политики и тактики, которые выдвигал и отстаивал т. Ленин.

Л. Каменев 25/XII. 1922.

Московский Совет