Читать книгу Хорошие девочки несчастны - Луиса Хьюз - Страница 4

Образ «хорошей девочки» редко осознаётся как проблема. Наоборот, его часто воспринимают как достоинство, как знак воспитанности, зрелости, надёжности и эмоциональной глубины. Хорошая девочка старается понимать, поддерживать, входить в положение, не нагружать своими чувствами и быть благодарной за то, что есть. Её с детства учили быть удобной, мягкой, терпеливой и незаметной в своих потребностях. За это её хвалили, любили, принимали. И именно поэтому, став взрослой женщиной, она искренне верит, что именно так выглядит любовь – через уступки, самоотдачу и постоянную готовность подстроиться. Во взрослом возрасте эта стратегия сначала действительно работает. Хорошая девочка умеет создавать ощущение уюта и стабильности. Она чутко улавливает настроение партнёра, сглаживает острые углы, берёт на себя эмоциональную работу, о которой часто даже не задумывается. Она первая идёт на примирение, потому что «не любит конфликты». Она терпит, потому что «у всех бывают трудные периоды». Она молчит, потому что «не хочет портить отношения». И какое-то время кажется, что именно это и есть зрелая любовь. Но постепенно внутри начинает накапливаться усталость, которую невозможно объяснить логикой. Одна женщина рассказывала, как в её отношениях всё выглядело правильно. Партнёр не был грубым, не изменял, не унижал открыто. Он просто жил своей жизнью, а она – рядом. Она подстраивала график, отменяла встречи, меняла планы, чтобы ему было удобнее. Когда ей было плохо, она говорила себе, что «не время», что «у него сейчас сложный период». Когда она злилась, она стыдила себя за эту злость, считая её признаком неблагодарности. И однажды, сидя на встрече с подругами, она вдруг поняла, что не помнит, когда в последний раз чувствовала радость в отношениях, а не напряжение и ответственность. Это осознание стало для неё болезненным, потому что формально у неё не было причин жаловаться. Хорошие девочки часто несчастны именно потому, что их несчастье не имеет очевидной причины. Его сложно объяснить окружающим и ещё сложнее – себе. Ведь если нет явного насилия, если партнёр «в целом нормальный», если отношения «как у всех», то вроде бы и права на боль нет. Но внутри постоянно живёт ощущение, что тебя не видят целиком, что любят не тебя настоящую, а твою функцию – поддерживать, терпеть, понимать, ждать. И чем дольше женщина живёт в этой роли, тем дальше она отходит от своих настоящих чувств. Корни этого сценария почти всегда уходят в детство. Там, где любовь зависела от поведения, где за удобство хвалили, а за проявление злости или несогласия наказывали холодом или отстранением. Девочка быстро училась, что быть собой небезопасно, а быть хорошей – выгодно. Этот навык помогал выживать, получать одобрение, чувствовать себя нужной. Но во взрослом возрасте он превращается в ловушку. Потому что партнёр привыкает к тому, что рядом с ним всегда есть человек, который подстроится, потерпит и возьмёт на себя лишнее. И чем больше женщина старается, тем меньше её усилия замечают. Парадокс в том, что хорошие девочки редко получают ту близость, о которой мечтают. Их забота воспринимается как должное, их терпение – как норма, их самоотдача – как фон. Они часто оказываются рядом с людьми, которые не умеют или не хотят брать ответственность за эмоциональную часть отношений. И вместо партнёрства возникает перекос, где одна сторона постоянно даёт, а другая – привыкает брать. Со временем женщина начинает чувствовать, что её любовь как будто растворяется в пустоте, не встречая отклика. Внутри хорошей девочки живёт страх быть «слишком». Слишком требовательной, слишком чувствительной, слишком сложной. Этот страх заставляет её занижать свои ожидания и обесценивать собственные потребности. Она может долго не признавать, что ей чего-то не хватает, потому что боится показаться неблагодарной. Она убеждает себя, что любовь – это труд, а усталость – нормальное состояние. И только спустя годы может прийти осознание, что любовь, в которой ты постоянно устаёшь, перестаёт быть любовью. Когда хорошая девочка начинает задумываться о себе, ей часто становится стыдно. Стыдно за злость, за раздражение, за желание чего-то большего. Она может чувствовать вину за то, что «недовольна», даже если внутри давно накопилась боль. Этот стыд ещё сильнее удерживает её в прежнем сценарии, потому что выйти из роли хорошей значит рискнуть потерять привычное одобрение. Но именно в этот момент начинает рождаться вопрос, который меняет всё: а что, если моя задача – не быть хорошей, а быть живой. Понимание того, почему хорошие девочки несчастны в отношениях, не приходит как обвинение себя или прошлого. Оно приходит как мягкое, но честное признание того, что когда-то выбранная стратегия больше не работает. И это признание становится первым шагом к тому, чтобы перестать жить из страха быть отвергнутой и начать жить из уважения к себе.