Читать книгу Хорошие девочки несчастны - Луиса Хьюз - Страница 5

Самая разрушительная форма абьюза часто не оставляет следов, которые можно показать или объяснить другим. В ней нет криков, прямых угроз или физической боли, на которую принято ссылаться, когда речь заходит о насилии. Она разворачивается тихо, почти интеллигентно, и потому особенно долго остаётся незамеченной. Женщина в таких отношениях может годами не понимать, что с ней происходит, потому что формально её никто не бьёт, не запрещает, не запирает. Ей даже могут говорить правильные слова, иногда проявлять заботу, делать подарки. И именно это делает боль такой запутанной и стыдной. Абьюз без синяков начинается с мелочей, которые легко списать на характер, усталость или особенности общения. Это может быть постоянное сомнение в твоих ощущениях, когда на любое «мне было неприятно» ты слышишь спокойное и уверенное «ты всё придумала» или «ты слишком остро реагируешь». Сначала ты удивляешься, потом начинаешь сомневаться в себе, а через какое-то время ловишь себя на том, что заранее проверяешь свои чувства на «адекватность», прежде чем вообще позволить себе их ощутить. Одна женщина рассказывала, как перестала доверять собственной интуиции, потому что каждый раз, когда она говорила, что ей больно, партнёр уверенно объяснял, что она всё неправильно поняла. Со временем она начала думать, что с ней действительно что-то не так. В таких отношениях реальность словно постоянно ускользает. Сегодня тебе могут говорить, что ты самая важная и нужная, а завтра – игнорировать, будто тебя не существует. Ты пытаешься уловить логику, понять, что именно ты сделала не так, но никакой ясной связи нет. Эта непредсказуемость держит в постоянном напряжении, заставляя подстраиваться, быть осторожнее, мягче, тише. Ты учишься читать настроение по взгляду, паузам, интонациям, потому что от этого зависит, будет ли сегодня тепло или холодно. И постепенно ты перестаёшь жить, а начинаешь всё время приспосабливаться. Особенность абьюза без синяков в том, что он часто подаётся под видом заботы или честности. Тебе могут говорить, что критикуют ради твоего же блага, что указывают на недостатки, потому что любят и хотят, чтобы ты стала лучше. Сначала это звучит убедительно. Ты действительно хочешь расти, быть лучшей версией себя. Но со временем замечаешь, что после этих разговоров чувствуешь не вдохновение, а стыд и сжатие. Твоя самооценка начинает медленно, но уверенно разрушаться, и ты уже не помнишь, когда в последний раз чувствовала себя уверенной рядом с этим человеком. Многие женщины в таких отношениях долго защищают партнёра даже перед собой. Они говорят, что он не хотел обидеть, что у него сложное прошлое, что он просто не умеет по-другому. Они объясняют его холод, резкость или обесценивание обстоятельствами, стрессом, усталостью. И в какой-то момент начинают жить с ощущением, что их задача – быть достаточно терпеливыми, чтобы всё наладилось. Но чем больше терпения, тем меньше остаётся самой женщины. Она может заметить, что перестала делиться радостями, потому что боится реакции, или что её успехи вызывают не поддержку, а раздражение. Абьюз без синяков особенно разрушителен тем, что он искажает образ себя. Женщина начинает видеть себя через призму постоянной критики и сомнений. Она может чувствовать, что недостаточно умна, недостаточно интересна, недостаточно спокойна или благодарна. Даже находясь вдали от партнёра, она продолжает внутренний диалог его голосом, оценивая свои слова, поступки и чувства. Это внутреннее присутствие другого человека становится настолько сильным, что она уже не понимает, где её собственные мысли, а где навязанные. Осознание того, что ты находишься в абьюзивных отношениях без явного насилия, часто приходит с большим опозданием. Иногда это происходит после случайного разговора, когда ты описываешь свою ситуацию и вдруг видишь удивление или тревогу в глазах собеседника. Иногда – в момент, когда понимаешь, что боишься быть собой даже наедине с этим человеком. Это осознание может быть болезненным, потому что разрушает привычную картину мира, где ты считала себя сильной и разумной. Но именно в этом моменте появляется шанс вернуть себе реальность и признать, что боль не обязана быть очевидной, чтобы быть настоящей. Признание невидимого абьюза – это не слабость и не обвинение себя. Это акт внутренней честности, который позволяет наконец назвать происходящее своими именами. И хотя за этим признанием часто следует страх, растерянность и горе по утраченной иллюзии, вместе с ними появляется и облегчение. Потому что ты перестаёшь сомневаться в том, что чувствуешь, и начинаешь возвращать себе право на собственные переживания, которые слишком долго оставались без защиты.