Читать книгу Семь сестер - Люсинда Райли - Страница 7

Пару часов спустя я услышала негромкое жужжание моторной лодки, возвещающее о прибытии Электры. Я сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. Потом вышла из дома и направилась через сад, залитый ярким лунным светом, навстречу сестре. Я увидела, как Электра спешит ко мне, быстрым шагом пересекая лужайку. Ее красивая кожа цвета слоновой кости светилась под звездным небом, а длинные ноги проворно сокращали расстояние между нами.

Рядом с высоченной, почти в два метра ростом, Электрой я всегда чувствовала себя маленькой и незначительной. Она подбежала ближе и сама заключила меня в крепкие объятия, прижав мою голову к себе с такой силой, что она буквально вдавилась в ее грудь.

– Ах, Майя! – воскликнула она с надрывом в голосе. – Ну скажи же мне, что это неправда. Папа не мог просто так вот взять и уйти от нас. Не мог, и все тут! Я…

Электра громко разрыдалась. Я решила не беспокоить остальных сестер, которые могли проснуться от плача Электры в любую минуту, и повела ее в Павильон. Всю дорогу до дома и пока я усаживала ее на диван Электра жалобно всхлипывала.

– Майя, что мы все будем делать без него? – спросила она, устремив на меня требовательный взгляд своих янтарных глаз.

– Папин уход невозможно восполнить ничем. Боль от его утраты всегда будет с нами. Но я надеюсь, что горе еще больше сблизит всех нас и вместе мы как-то справимся. – Я торопливо сняла с полки коробочку с бумажными носовыми платками и положила ее на диван рядом с сестрой. Электра взяла платок и промокнула глаза.

– Все время плачу, не могу остановиться, – пожаловалась она. – С тех самых пор, как мне позвонила Ма. Я не в силах это слышать! Просто не могу, Майя.

– Я тебя понимаю, – согласилась я с сестрой. Глядя на рыдающую Электру, я невольно задалась вопросом: как может в этом красивом, физически сильном теле уживаться душа маленькой девочки? Ее фотографии постоянно мелькали в глянцевых журналах. То она шла под руку с какой-нибудь кинозвездой, то в обнимку с очередным богатым плейбоем. На всех снимках она выглядела потрясающе: уверенный взгляд, полное самообладание, совершенно не та плаксивая и эмоционально ранимая сестра, которую мы знали. Постепенно я пришла к выводу, что Электре нужна постоянная подпитка любовью и вниманием, и только тогда все ее детские страхи и комплексы могут затихнуть.

– Хочешь чего-нибудь выпить? – спросил я, когда она перестала рыдать. – Может, бренди? Он поможет тебе немного успокоиться.

– Нет. Я уже несколько месяцев как не прикасаюсь к спиртному. Митч тоже в завязке.

Митч – нынешний бойфренд Электры, известный остальному свету как Митчелл Дагган, знаменитый американский певец, который недавно отправился в мировое турне и собирал огромные арены фанатов.

– А где он, кстати, сейчас? – сделала я попытку переключить внимание Электры на что-то другое.

– В Чикаго. А на следующей неделе будет выступать в Мэдисон-сквер-гарден. Майя, расскажи мне, как умер Па Солт? Я хочу знать.

– Уверена, что хочешь? Ты сейчас очень расстроена, да и к тому же пережила долгий перелет. Думаю, тебе сейчас лучше поспать, разговор подождет.

– Нет, Майя, нет! – энергично затрясла головой Электра и сделала видимое усилие, чтобы совладать со слезами. – Пожалуйста, расскажи мне все прямо сейчас.

И вот, уже в третий раз, я повторила все то, что мне, в свою очередь, сообщила Марина, по мере сил смягчая подробности. Электра сидела тихо и внимательно слушала каждое мое слово.

– А что насчет самих похорон? Митч пообещал, что сможет вырваться и побыть рядом со мной во время церемонии, если только похороны пройдут на следующей неделе.

В первый раз я подумала, что отец все же поступил правильно, пожелав уйти в одиночестве. Мысль о том, какой шумихой бы окружили СМИ это мероприятие после прибытия на него звездного кавалера Электры, заставила меня содрогнуться.

– Электра, мы сейчас обе страшно устали. Давай…

– Что такое? В чем дело? – Сестра мгновенно уловила нерешительные нотки в моем голосе. – Говори мне все как есть… сейчас. Пожалуйста…

– Хорошо! Я скажу, но прошу не расстраиваться, ладно?

– Постараюсь. Обещаю.

Так мне пришлось сообщить очередной сестре о весьма необычных похоронах, которые уже состоялись. Надо отдать должное Электре. Я видела, как сжались у нее кулачки, как побелели костяшки пальцев, но она не заплакала.

– Ну зачем он так поступил? – недоуменно спросила она. – Ведь это жестоко – лишать нас возможности попрощаться с ним. Разве не так? – В янтарно-золотистых глазах Электры вспыхнули искорки гнева. – Это так на него похоже. Так эгоистично.

– Хочется верить, что папа просто хотел оградить всех нас от боли прощаний.

– Но как иначе мне понять, как прочувствовать, что отца больше нет? Как всем нам принять это? В Лос-Анджелесе «завершение» считается необходимым, важнейшим этапом чего-либо. А какое завершение получили мы?

– Если честно, Электра, я не думаю, что от этого нам стало бы легче. Что может помочь, когда теряешь любимого человека?

– Может, ты в чем-то и права, – Электра сверкнула на меня глазами. – Ты же знаешь, мы с Па Солтом на многие вещи смотрели по-разному. Было очевидно, что отец категорически не одобрял способ, которым я зарабатываю себе на жизнь. Пожалуй, он был единственным человеком на свете, кто считал, что у меня есть мозги для большего. Ты помнишь, как он был зол на меня, когда я провалила все школьные экзамены.

Кто-кто, а я-то уж прекрасно помнила, какие скандалы сотрясали наш дом всякий раз, когда папа получал отчеты об успеваемости дочери. Многое в жизни Электры было далеко от его понимания. Она всегда считала, что правила созданы лишь для того, чтобы нарушать их. Электра единственная в нашей семье осмеливалась перечить отцу и всегда настаивала на своем, а он во время этих споров смотрел на свою строптивую дочь с нескрываемым восхищением.

– Вот в ком есть настоящая сила духа, – не раз повторял он мне. – И это качество всегда будет выделять нашу Электру из толпы.

– Милая, отец обожал тебя, – утешала я сестру. – Да, конечно, ему хотелось, чтобы твои способности могли раскрыться в полной мере. А какой отец не хочет лучшего для своих детей? И давай смотреть правде в глаза – ты стала более успешной и богатой, чем любая из нас. Только сравни свою жизнь с моей. У тебя есть все, о чем только можно мечтать.

– Нет, не все. – Внезапно из груди Электры вырвался тяжелый вздох. – Это все, знаешь ли, одна мишура, внешний блеск, за которым нет ничего стоящего. Но так уж сложилось… Я устала, Майя. Можно я посплю сегодня здесь вместе с тобой?

– Разумеется, можно. Гостевая комната уже подготовлена. Спи, сколько тебе захочется. У нас все равно задержка из-за Алли. Пока она не объявится, нам остается только ждать.

– Спасибо. И прости, что я тут перед тобой распустила нюни. Митч недавно свел меня с каким-то психоаналитиком, который пытается помочь мне избавиться от резких перепадов настроения, – неожиданно призналась Электра и добавила, поднимаясь с дивана: – Можно я тебя обниму?

– Сколько угодно.

На сей раз в свои объятия ее заключила я и крепко прижала к себе. Затем она достала из чемодана косметичку и направилась к двери, замешкавшись у порога.

– У меня страшно болит голова. Может, у тебя случайно завалялась таблеточка кодеина?

– К сожалению, нет. Но есть парацетамол.

– Нет, спасибо, не надо. Не беспокойся. – Электра слабо улыбнулась. – Тогда до завтра.

Я выключила свет в гостиной и пошла к себе в спальню. Если прохладная реакция Тигги на смерть отца удивила меня, то разговор с Электрой натолкнул на размышления. Было в ней что-то такое, что выдавало крайнюю степень отчаяния, и это серьезно волновало меня.

Когда я улеглась в кровать, которую Клавдия уже успела перестелить заново после вчерашней бессонной ночи, я вдруг подумала, что смерть отца может стать неким поворотным моментом для всех нас.

Когда на следующее утро я пришла к Марине, чтобы узнать, есть ли новости от Алли, все остальные сестры еще крепко спали.

– Ничего нового, – беспомощно ответила она.

– Папа бы знал, что делать. Он все знал.

– Это правда, – согласилась со мной Ма. – Ну, как там Электра?

– Шокирована, опустошена и очень-очень зла из-за того, что не смогла проститься с отцом. Но она держится, а это уже кое-что.

– Хорошо. Мне недавно звонил Георг Хофман, интересовался, сумели ли мы отыскать Алли. Я вынуждена была признаться, что пока нет. И что будем делать, Майя?

– Ничего. Просто запасемся терпением. Между прочим, Ма, – заметила я, заваривая чай, – вчера мне захотелось заглянуть в папин кабинет, но он оказался заперт. Интересно почему?

– Так попросил меня твой отец незадолго до своей кончины. И даже потребовал, чтобы я сию же минуту отдала ключ ему. Понятия не имею, куда он его положил потом. Если честно, потом все так закрутилось, что это совершенно вылетело у меня из головы.

– Но нам необходимо найти ключ. Уверена, Георг обязательно захочет попасть в кабинет. Папа хранил там все свои бумаги.

– Конечно-конечно. А сейчас, пока все твои сестры еще спят, пойду попрошу Клавдию, чтобы она приготовила нам легкий обед, ведь уже почти полдень.

– Отличная мысль. А я тем временем вернусь в Павильон. Посмотрю, не проснулась ли Электра.

– Хорошо, милая, – понимающе улыбнулась Марина. – Думаю, наше ожидание скоро закончится.

– И я на это надеюсь.

Я вышла из дома и направилась к себе, но тут среди деревьев увидела одинокую фигуру, сидевшую на пирсе. Это была Стар. Она отрешенно глядела на озеро. Я подошла к ней и осторожно тронула за плечо, чтобы не напугать.

– Стар, с тобой все в порядке?

– Все в порядке, – ответила она, слегка поежившись.

– Можно мне присесть рядом?

Стар едва заметно кивнула в ответ. Я опустилась рядом и, свесив ноги, стала слегка размахивать ими. Взглянув на Стар, увидела, что ее лицо залито слезами.

– А где Кики? – спросила я.

– Еще спит. Она всегда лечится сном, когда чем-то расстроена. А я, наоборот, не могу заснуть.

– И я тоже плохо спала, – призналась я.

– Майя, я просто не могу поверить, что его больше нет.

Я молча придвинулась к ней поближе, не решаясь сказать что-либо. Она редко открывалась кому-то, кроме Кики, и я боялась помешать ей.

– Я чувствую себя… – начала она после долгой паузы, – такой потерянной. Ведь я всегда знала, что папа – единственный человек на свете, который меня понимает полностью. Именно так: полностью.

Она повернулась ко мне: ее ангельское личико исказилось гримасой боли.

– Ты понимаешь меня, Майя? Да?

– Да, – медленно обронила я. – Думаю, я тебя понимаю. И пожалуйста, Стар, помни, если тебе вдруг захочется с кем-то поговорить по душам, я всегда рядом. Договорились?

– Да.

– А, вот вы где!

Мы обе инстинктивно подпрыгнули и обернулись. Навстречу нам торопилась Кики. Может быть, мне показалось, но в тот миг в прозрачно-голубых глазах Стар промелькнула легкая тень раздражения.

– Вот решила подышать свежим воздухом, пока ты спишь, – сказала Стар, поднимаясь.

– Ну теперь я уже проснулась. И Тигги тоже. А Электра приехала? Я заглянула к ней в комнату. Кровать не тронута. Такое впечатление, что в ней никто не спал.

– Электра спала у меня в Павильоне. Пойду посмотрю, может, она тоже встала.

Я поднялась с настила и проследовала за сестрами вверх по лужайке к дому.

– Представляю, какая у тебя выдалась ужасная ночь, Майя, – посочувствовала мне Кики. – Электра, как обычно, закатила истерику, да?

– Представь себе, Электра на сей раз вела себя относительно спокойно, – дипломатично ответила я, зная, что Кики и Электра всегда ладили с переменным успехом. Они были полными противоположностями: практичная Кики, не любящая выставлять свои чувства напоказ, и несдержанная, взрывная, почти буйная Электра.

– Думаю, надолго ее не хватит, – презрительно фыркнула Кики. – До скорого!

Я направилась в Павильон, размышляя по дороге о беспокойствах Стар. Хотя она ни словом не обмолвилась о своих взаимоотношениях с Кики, но интуитивно я догадалась, что проблемы есть. Войдя в дом, я услышала странные звуки, доносящиеся с кухни.

Электра, ослепительно прекрасная в своем изумрудно-зеленом пеньюаре, возилась у плиты с чайником.

– Как спалось? – спросила я у нее.

– Спала как убитая. У меня всегда крепкий сон, ты же знаешь. Чай будешь?

Я подозрительно оглядела пачку с чаем.

– Что за чай?

– Зеленый. «Вирджиния». В Калифорнии его все пьют. Митч говорит, он очень полезный.

– Ты же знаешь, я предпочитаю старый добрый английский чай, чрезмерно крепкий. Так что воздержусь.

– Дело твое, Майя. Но я бы не стала так уж зацикливаться на чае. Есть новости от Алли?

Я слово в слово пересказала ей все то, что недавно сообщила мне Марина.

– Я хорошо знаю, что терпение не входит в число моих добродетелей, о чем мне постоянно напоминает и мой психотерапевт. Но с другой стороны… Мы что, должны просто торчать здесь, пока не объявится Алли? А если у нее регата? Если она сейчас где-нибудь в открытом море? Тогда наше ожидание затянется на недели.

– Надеюсь, что нет, – постаралась я ободрить сестру, невольно любуясь ее грациозным порханием по кухне. Хотя меня всегда считали первой красавицей среди всех сестер, в глубине души я думала, что сей титул по праву принадлежит Электре. Она только встала с постели, а ее шелковистые кудри рассыпались по плечам шикарным каскадом, высокие скулы и пухлые губы украшали чистое, открытое лицо. Атлетически сложенная, но при этом женственная, Электра всегда напоминала мне царицу амазонок.

– Ну, и что у нас тут имеется? – спросила она, открывая холодильник и приступая к изучению его содержимого. – Есть что-то с минимальным содержанием добавок?

– Прости, дорогая. Но простые смертные, вроде меня, не вчитываются в мелкий текст на этикетках, – отшутилась я.

– Давай посмотрим правде в глаза, Майя. Когда ты торчишь днями напролет взаперти, то какая тебе разница, как ты выглядишь? Так?

– Так. Разницы нет никакой, – покорно согласилась я. В конце концов, Электра сказала чистую правду.

Наконец она остановила свой выбор на банане. Почистила его и откусила с несчастным видом.

– У меня через три дня большая фотосессия для «Вог». Надеюсь, мне не придется аннулировать этот контракт.

– Я тоже очень надеюсь. Но бог знает, когда отыщется наша Алли. Вчера ночью я гуглила в интернете расписание регат, проходящих в данный момент. Не нашла ничего. То есть мы даже не можем отправить сообщение организаторам регаты, чтобы те уже связались с ней. Кстати, все уже проснулись, так что можем пойти к остальным.

– Может позже, – равнодушно бросила в ответ Электра.

– Хорошо. Присоединяйся, когда захочешь, – сказала я, поднимаясь из-за стола. Я знала, что в таком настроении Электру лучше оставить одну. Я направилась в комнату, служившую мне кабинетом, села за стол и включила компьютер. В электронной почте меня поджидало довольно милое письмо от бразильского писателя Флориано Квинтеласа. Несколько месяцев назад я закончила перевод с португальского его красивого романа под названием «Молчаливый водопад». В процессе перевода я часто консультировалась с ним, когда билась над той или иной трудной фразой. Мне хотелось максимально сохранить в переводе авторский язык, особый, поэтически воздушный стиль писателя. С тех пор мы периодически обменивались электронными письмами.

В новом письме он сообщал о запланированном путешествии в Париж для рекламной кампании новой книги в июле и приглашал меня на вечеринку по случаю ее выпуска. Он также прикрепил к сообщению несколько начальных глав своей рукописи и попросил почитать, если выпадет свободная минутка.

Письмо Флориано согрело мне душу. Порой казалось, что переводческая работа – совершенно неблагодарный труд. А потому я всегда дорожила теми редкими моментами, когда автор хотел напрямую связаться со мной. Это помогало почувствовать себя нужной и важной.

Но тут мое внимание от компьютера отвлекла знакомая фигура, стремительно удалявшаяся от пристани по направлению к дому.

Я подпрыгнула на месте от неожиданности и пулей выскочила из-за стола.

– Алли! – крикнула я. – Электра! Алли приехала! – Я выбежала из дома, чтобы поздороваться с сестрой.

Судя по всему, остальные девочки тоже увидели Алли, и к тому моменту, как я подбежала к террасе Атлантиса, вокруг нее уже столпились Кики, Стар и Тигги.

– Майя! – воскликнула Алли, увидев меня. – Ужасно, просто ужасно!

– Да, ужасно. Но как ты узнала? Мы пытались связаться с тобой на протяжении двух дней.

– Пошли в дом, – предложила она, обращаясь ко всем. – Там и объясню.

Я пропустила сестер вперед, а они, в свою очередь, словно приклеились к Алли. Хотя я была старшей и в случае личных проблем каждая из девушек обращалась именно ко мне, но безусловным лидером нашей семьи была Алли. Она всегда брала на себя командование, а я и не возражала. Не стала возражать и теперь.

Марина встретила нас на нижних ступенях лестницы, раскрывая прибывшей сестре объятия. Как только они с Алли обнялись, Ма тут же приказала всем идти на кухню.

– Отличное предложение! – похвалила ее Алли. – Я просто умираю, хочу кофе. Добиралась домой целую вечность.

Клавдия поставила на стол большой кофейник, и в эту минуту в комнату неторопливо вплыла Электра. Все дружно приветствовали ее, разве что Кики ограничилась простым кивком головы.

– Итак, сейчас я расскажу вам, что со мной случилось, потому что, честно говоря, я все еще в замешательстве. – Все внимание за столом было приковано к Алли. – Ты тоже послушай, Ма, – обратилась она к Марине, которая продолжала хлопотать вокруг нас. – Может, у тебя найдется какое-то разумное объяснение?

Марина тут же присоединилась к нам.

– Ну вот! Я была в Эгейском море, готовилась к регате, которая должна состояться на следующей неделе на островах Киклады. А там один мой приятель, тоже из яхтсменов, уговорил меня отправиться на небольшую морскую прогулку на пару дней на его моторной яхте. Погода была фантастической, и было здорово отвлечься от всего на время, – заключила Алли и невесело улыбнулась.

– А чья это была яхта? – моментально поинтересовалась Электра.

– Я же говорю, одного моего приятеля, – довольно резко отреагировала Алли на вопрос сестры. Мы все лишь удивленно вскинули брови.

– А дальше вот что. Пару дней назад его товарищ по парусному спорту связался с ним по рации и сообщил, что видел нашу яхту «Титан». Якобы она бросила якорь неподалеку от острова Делос. Мой приятель знает, что яхта принадлежит отцу. Вот мы и решили устроить ему небольшой сюрприз – нагрянуть с неожиданным визитом. Ходу до острова было не более часа. Мы тут же подняли якорь и отправились в путь.

Прежде чем продолжить свой рассказ, Алли отхлебнула немного кофе.

– Я уже видела «Титан» в бинокль, мы подошли еще ближе и просигналили Гансу, шкиперу яхты, чтобы он сообщил отцу о нашем прибытии. Но, – Алли тяжело вздохнула, – по непонятным мне на тот момент причинам ответа не последовало. Более того, мы увидели, что яхта стала стремительно удаляться от нас. Вначале мы попытались догнать лодку. Но куда там… Вы же знаете, папина лодка, если захочет, может летать по воздуху.

Все сестры буквально впились взглядами в Алли, ожидая продолжения ее интригующего рассказа.

– Мой телефон не ловил связь, и я только вчера сумела прочитать все ваши сообщения с просьбами перезвонить. И твою эсэмэску, Кики, я тоже прочитала, в ней ты открытым текстом сообщила мне, что случилось.

– Прости, Алли. – Кики смущенно опустила взгляд. – Но я решила не ходить вокруг да около. К тому же нужно было, чтобы ты как можно скорее вернулась домой.

– И вот я дома. А теперь объясните мне, пожалуйста, – взмолилась Алли, обращаясь к нам, – хоть кто-то из вас… Что происходит? И что делала папина лодка в Греции, когда его самого… уже нет в живых?

Все взгляды обратились ко мне. Алли тоже повернулась. Я постаралась пересказать все события в наиболее краткой форме, обращаясь к Марине за деталями истории. Лицо Алли сделалось белым как мел, когда я сообщила ей, где и как захотел упокоиться наш отец.

– О боже! – прошептала она. – Получается, что я стала невольным свидетелем его тайных похорон. Теперь я понимаю, почему «Титан» на такой скорости умчался от нас прочь. Я…

Алли в отчаянии обхватила голову руками, остальные сестры повставали со своих мест и собрались вокруг нее. Мы же с Мариной лишь обменялись сочувственными взглядами с противоположных концов стола. Наконец к Алли вернулось ее самообладание, и она извинилась за неожиданное проявление эмоций.

– Представляю, какой для тебя шок – узнать, что там происходило на самом деле, – сказала Тигги. – Мы все тебе очень сочувствуем, Алли.

– Спасибо, – кивнула в ответ сестра. – Теперь я вспоминаю, что однажды отец, когда мы гоняли с ним вместе на паруснике, сказал, что его заветное желание – быть похороненным в море. Так что все получилось, как он того хотел.

– За исключением того факта, что никого из нас не пригласили поучаствовать в церемонии прощания с ним, – немедленно вспылила Электра.

– Не пригласили, – согласилась с ней Алли, тяжело вздохнув. – И все же там оказалась я. Послушайте, вы не будете возражать, если на какое-то время я оставлю вас? Хочу немного побыть одна.

Мы дружно согласились и, подбадривая, отпустили Алли.

– Ей сейчас очень тяжело, – сказала Марина.

– Зато нам хотя бы приблизительно известно место, где решил упокоиться Па Солт, – подала голос Кики.

– Господи боже мой, Кики! Это действительно все, о чем ты можешь думать в такой момент? – воскликнула Электра.

– Простите, – тут же согласилась Кики с самым невозмутимым видом. – Но вы же знаете, какая я всегда практичная.

– А я рада тому, что сейчас мы точно знаем, где покоится наш отец, – возразила Тигги. – Мы прекрасно осведомлены о том, как он обожал Греческие острова, и в частности Киклады. Возможно, летом нам стоит взять папину яхту и отправиться на ней к тому месту, где Алли с помощью радара засекла наш «Титан». Опустим там в воду прощальный венок.

– Правильно! – поддержала сестру Стар. – Очень хорошая мысль, Тигги.

– Девочки, кто хочет полноценно подкрепиться за ланчем? – подала голос Марина.

– Я – нет, – тут же поспешила отрапортовать Электра. – Могу обойтись и одним салатом, если только в этом доме имеются свежие овощи и зелень.

– Не сомневаюсь, кое-что для тебя мы обязательно отыщем, – терпеливо пообещала ей Марина и дала знак Клавдии, чтобы та приступила к готовке. – А сейчас, поскольку Алли уже с нами, я звоню Георгу Хофману. Попрошу его приехать сюда как можно скорее.

– Верно! – обрадовалась Кики прежде, чем я успела открыть рот. – Нужно поскорее услышать от него все то, что хотел сообщить нам Па Солт.

– Как думаешь, Алли выдержит? – спросила Марина, обращаясь уже непосредственно ко мне. – Для нее все, что она узнала сегодня, стало настоящим шоком.

– Думаю, она, как и все мы, захочет побыстрее пройти через это, – ответила я. – А потому, Ма, смело звони Георгу.