Читать книгу Там, за околицей - Наталья Зайцева - Страница 4

Николая Павловича стало подводить зрение. Вблизи видит хорошо, а далеко – всё как размыто. Вроде бы в жизни особо это и не мешает, но напрягает. Лица размыты, людей только по походке да одёжке узнаёт. Щурится Палыч, щурится, всё бесполезно. В городе, в магазинах, ценников тоже не видит, цены приходится спрашивать, чем, в свою очередь, напрягает продавщиц. Подумал Николай, да и решился съездить в районную поликлинику к окулисту. Глаза-то надо беречь. В своё время вот зубы не берёг, теперь с протезами ходит. Ага. На всю деревню только два вида траспорта имеются: автобус рейсовый, который до райцентра раз в неделю ходит через их деревню, по пятницам, да «Нива» соседская – Мишка на ней каждый день до городу рассекает. Работает, бедолага, трактористом у частника, пять лет до пенсии ему ещё. Пахать не перепахать.

Да и Николай не барин, всяко можно. На автобусе толкучки нет, и довезут до больницы – тоже удобно. Мишку, конечно, тоже можно попросить, чтоб до места подбросил, да уж больно он нудить любит: всё ему не так, не эдак. Слушать бывает тошно. Тоже мне «Пуп Вселенной» – вечно недовольный. Решил Палыч не портить себе настроение, а дождаться пятницы, и на рейсовом автобусе скататься в больницу. Доехал с комфортом, даже вздремнул чуток под убаюкивающее покачивание да приглушённые разговоры старушек на передних сиденьях. Порадовался: и выспался, и Мишкину нудистику не прослушал. Три удовольствия в одном флаконе! Да вот только радость Николая недолго длилась – испарилась сразу, как только переступил порог поликлиники.

Под ноги не привык смотреть, запнулся за ободранный у самого входа линолеум, чуть не распластался, как щука в лодке. Хорошо, равновесие удержал: «Рыбак, он и на суше рыбак!» – мелькнуло в голове. «Пришлось бы сейчас не к окулисту идти, а к травматологу. Вот бы коврик сюда – все дыры прикрыть», – с досадой подумал Кол Палыч. Взгляд скользнул по стенам: краска облупилась, сквозь неё проглядывала штукатурка. Видимо, ремонт ещё при царе Горохе был. Зато у входа на второй этаж икону повесили – видимо, уповают здесь больше на Бога, чем на медицину. К окошку регистратуры очередь немалая, словно последний рабочий день сегодня поликлиники. За стеклом регистраторша

бегала от компьютера к стеллажам с карточками, туда-обратно, как чума во время холеры. Вот очередь подошла Николая, да не дали ему шибко разглагольствовать. Барышня из-за стекла вместо приветствия фразу бросила, как обухом по голове:

– Запись только по звонку. Талонов на сегодня к доктору уже нет.

Психанул мужчина:

– Мне, чтоб до вас дозвониться, надо на крышу лезть и сидеть там, как Сыч в брачный период. Ждать: придёт связь или нет.

У Кол Палыча есть телефон кнопочный, сын Сашка купил. Там только номер сына да внука и записан. Созваниваются иногда. А кому ещё звонить? В деревне до соседей легче дойти, чем связь словить.

Николай настырный, не отступился.

– Буду у дверей сидеть, не уйду. Зря что ли, из деревни ехал?

Короче, прорвался на приём Николай Павлович к врачихе. Смотрит, а она сама сидит в очках. Что за специалист по зрению, себя вылечить не может.

Из-под очков глянула докторша устало на Николая и говорит:

– Зачем Вам очки? Зрение уже не исправится, это возрастные изменения. Или имидж хотите изменить?

Николай от изумления даже рот открыл:

– В деревне, конечно, без имиджу куры засмеют.

Врачиха лишь бегло глянула на пенсионера поверх очков, словно услышала очередную глупость, и устало поплыла к плакату, как лодка против течения.

Буковки Николай повспоминал, и одним и другим глазом. Глазное давление проверили. Диагноз утешительный «очколог» поставила: «жить можно». Но выписала всё-таки докторша рецепт на очки и капли глазные, но так нехотя, как будто от себя отрывала. День потерял, а пяти минут в кабинете не пробыл. Да и то правда, чего со стариками вошкаться.

Оно и понятно, столько народу за день через неё проходит, устала женщина. Тоже, наверно, спит и пенсию видит.

Не был Палыч в больнице сто лет, ещё бы столько не бывать.