Читать книгу Сыны затерянной Атлантиды - Nelson Bond - Страница 1

Человек в Кантине

Он был высоким мужчиной, и, конечно, светловолосым, хотя долгое пребывание под палящим солнцем Мексики придало ему оттенок глубокой медной бронзы. Но волосы у него были пшенично-желтые, а крошечные волоски на тыльной стороне ладоней – серебристого цвета. Глаза у него были бледные, цвета морской волны, голубые, запавшие в глубокие впадины, затененные изогнутыми бровями. Его нос с тонкой переносицей выступал над высоким и покатым лбом, словно высеченным из античного мрамора. Он был похож на какое-то древнеегипетское божество, пробудившееся и только что пришедшее из Долины царей. Орлиный профиль. Гордый.

В общем, он был не из тех людей, которые задумчиво потягивают дешевый разбавленный эль в задней комнате пахучей местной кантины. «Герцог» Каллион, заметив его, подтолкнул локтем своего спутника. Жест был излишним, потому что Джоуи Кокс и так пристально смотрел на вошедшего и пробормотал что-то в замешательстве.

– Н-н-не понимаю, Дьюк. Американец?

– Я не знаю, – сказал Дьюк. – Может быть. Посмотрим.

Толстяк Педро, владелец заведения, уставился на двух путников и с любопытством спросил:

– Далеко ли собрались, сеньоры?

– Достаточно, – коротко ответил Дьюк.

Он жестом велел бармену налить два пива и кивнул в сторону таинственного незнакомца: «Американо?»

Маленькие глазки толстяка Педро закатились. Он снял ножом пену с двух запотевших кружек и поставил их перед Дьюком и Джоуи, затем он перегнулся через стойку и хрипло прошептал:

– Все в порядке, сеньоры.

Дьюк ухмыльнулся тонкой, бесшабашной, кривой усмешкой.

– Значит, нас трое, – сказал он. – "Давай же, пойдем, познакомимся с ним, Джоуи.

Он направился к столику бармена с видом, удивительным для его похожего на тыкву тела, толстяк Педро потянулся, чтобы схватить его за руку. Лицо бармена было испуганным.

– Прошу вас об одолжении, сеньор, – взмолился он. – Не подходите к нему. Это только вызовет неприятности.

– Неприятности?! – Дьюк высвободил руку. – В Чунхубубе,? – Рассмеялся он. – Что ж, почему бы и нет?

Он продолжил двигаться к незнакомцу, Джоуи следовал за ним по пятам. Еще немного неприятностей, рассудил Дьюк, вряд ли что-то изменит. Они и так уже увязли по уши. Солдаты удачи, они с Джоуи только что уволились со службы у мятежного генералиссимуса Эрнандеса Лопеса по самым веским причинам, – потому что ни генералиссимуса Лопеса, ни его войск больше не существовало. Внезапное нападение повстанцев в Теуантепеке уничтожило боевую машину Лопеса, а сам Лопес был вежливо, но решительно расстрелян перед побеленной стеной окружной тюрьмы. Ему была оказана большая честь, когда не кто иной, как сам губернатор округа, свернул сигарету и сунул ее ему в рот. К сожалению, генералиссимус Лопес не удостоился этой чести. Залп вежливых, но адекватных выстрелов изгнал жизнь из его тела в тот момент, когда из его губ вырвалась первая струйка голубого дыма. После чего Дьюк и Джоуи оказались без друзей в самом сердце страны, которая не питает особой любви к заблудшим и потерпевшим поражение повстанцам.

Пешком, верхом на лошадях и мулах они преодолели путь через всю страну до Юкатана. Они знали, что пытаться бежать из крупного порта, такого как Веракрус, бесполезно. Но, если повезет, то с помощью нескольких песо, оставшихся в их кошельках, они, возможно, найдут способ покинуть страну через один из небольших портов полуострова. Они знали, что ни один местный житель не смог бы устоять перед соблазном плакатов с надписью «Ps.2000 за задержание любого из них, живым или мертвым», но если бы им удалось найти дружелюбного американца или англичанина… И здесь, в этой маленькой сонной кантине, был человек, которого можно было бы склонить на свою сторону.

Так думал герцог Каллион, направляясь через зал к столу незнакомца, ощущая странную тишину, воцарившуюся в зале, а также едва скрываемую ненависть в глазах туземца, устремленных ему в спину. И тот факт, что за его спиной толстый Педро держал, он отвлекся от своего бесконечного протирания стойки, чтобы перекреститься жестом одновременно возмущенным и испуганным.

Удивительно, но белый незнакомец, казалось, не обратил внимания на приближение двух американцев. Его косматые брови приподнялись, когда они приблизились, а затем он встал, чтобы поприветствовать их с совершенно неожиданной вежливостью. Его голос был глубоким и мягким, как кошачья шерсть, и он заговорил по-английски:

– Добро пожаловать, друзья мои. Вы оказываете мне большую честь.

– Это честь для нас, сэр, – серьезно поправил его Дьюк. – Простите за вторжение,

но я решил, что мы трое – чужие люди в чужой стране, и… – Невозможно было предвидеть столь быструю реакцию этого человека. Ястребоподобные черты его лица мгновенно заострились. Казалось, в глубине его светлых глаз что-то блеснуло, а его голос внезапно стал резким и властным.

– Чужой земле, сэр? Таких земель не бывает. Все земли принадлежат сынам Атлана!

Затем, когда Дьюк и Джоуи уставились на него в шоке и недоумении, он расслабился. Напряженные мышцы на тыльной стороне его ладоней расслабились. Странный огонек в его глазах погас. Он медленно произнес:

– Простите, пожалуйста. Иногда я забываюсь. И все уже не так, как было раньше…

Это было извинение, но без особого раскаяния. Один из гордых центурионов Цезаря, обращаясь к подчиненному варвару, мог бы использовать такой же высокомерный тон. Дьюк взглянул на Джоуи. Джоуи сделал многозначительный жест рукой, а его губы сложились в слова: «Чокнутый!»

Дьюк подавил усмешку и сел. Сумасшедший он или нет, но этот человек, возможно, сможет им помочь.

– Меня зовут Каллион, сэр. Дэйв Каллион, или просто Дьюк. А это мой друг, Джоуи Кокс.

Незнакомец спокойно кивнул.

– Я Келчал, – сказал он серьезно, – Келчал из… – Он замолчал на полуслове, его взгляд остановился на пустой кружке. Он резко поднял голову и скрипучим голосом приказал бармену: «Пусто! Белл, трактирный пес, я должен дать тебе подзатыльник, чтобы ты заказал еще пива?! И побыстрее!

Дьюк беспокойно заерзал. Со всех концов комнаты на них смотрели сердитые лица. Очевидно, это был не первый когда Келчал поднял переполох. И, очевидно, этот человек был далеко не популярен среди угрюмых туземцев. Толстяк Педро вразвалку вышел из-за стойки. На его жирном лбу выступили капельки пота. Он наклонился над столом.

– Сеньоры, – пробормотал он, – я прошу вас уйти – сейчас же! Мне не нравится это беспокойство.

Высокий незнакомец поднялся и презрительно сказал:

– Вы просите нас уйти? Хорошо. В любом случае, мы не можем оставаться в этом хлеву. Пойдемте, друзья мои, давайте уйдем, пока этот продавец дешевых помоев не испустил дух от страха, а нас самих не вывернуло наизнанку от вони! – Он сунул руку в карман. Металл заплясал на столе. – За пиво!

Обиженный или нет, но толстяк был торговцем. Он уставился на монету и жалобно скривил губы:

– В сотый раз повторяю, сеньор, только не эти деньги. Они мне не нужны. Мексиканские, да! Американские, да! Но это! Поедатель свиней! Келчал подобрал кусочек металла и сунул его обратно в карман.

– Если вы не хотите эти, не берите ничего! Я ухожу! Идемте, друзья мои!

Он направился к двери. Лицо Педро потемнело. Он выпалил что-то на своем родном языке так быстро, что даже два солдата удачи не смогли их уловить. В кантине произошло внезапное движение. Мимо проскользнула фигура Дьюка, скользнула в сторону исчезающего Келчала, то-то блеснуло на солнце, зловеще мерцая. Это был инстинкт, чистый инстинкт. Он оторвался от земли в стремительном прыжке. Его руки сомкнулись на коленях нападавшего Келчала, словно приварили к ним стальную полосу. По половицам зазвенел металл. Мужчина, на которого набросился Дьюк, тяжело хрюкнул и затих. В зале поднялся шум. Когда Дьюк поднялся на ноги, кто-то вжался головой в стену, издавая мелодию смерти. Взволнованный голос Джоуи пронзительно кричал: «Д-д-дюк! В-проваливай!»

Келчал обернулся в дверях. Он заколебался, сделал движение, словно собираясь вернуться. Прежде чем он успел это сделать, Дьюк и Джоуи бросились к нему и отшвырнули его назад на улицу. Разъяренные люди посыпались за ними, как пчелы из разбитого улья. Рука Дьюка метнулась к бедру. Его пистолет отрывисто кашлянул. Свинцовый снаряд ударился о притолоку над головами преследователей. Это был вызов и туземцы застыли на месте, но лишь на мгновение. Затем они бросились врассыпную. Голоса выкрикивали мерзкие эпитеты. Громче всех кричал толстый Педро, когда бармен требовал свой заработок. Дьюк вытащил из кармана несколько медяков и бросил их в сторону опустевшего дверного проема и предостерегающе крикнул: «Забери это, толстяк, когда мы уйдем!»

За его спиной Джоуи печально произнес:

– Беда. Ничего, кроме неприятностей. Хотел бы я оказаться дома, в Цинциннати.

Келчал стоял тихо и отчужденно, такой спокойный и невозмутимый, как будто ничего не произошло. Он был погружен в размышления.

– Пожиратели внутренностей! Я прикажу сжечь их в сале. А еще лучше, если они будут погребены в скорпионах.

Дьюк, все еще стоявший в дверях с пистолетом в руке, нетерпеливо постучал в дверь:

– Да! Но тем временем они наберутся храбрости и отправятся за нами. Что нам тогда делать?

Келчал на мгновение замолчал.

– Мы пойдем ко мне, – тихо сказал он. – Там мы будем в безопасности.