Читать книгу Сыны затерянной Атлантиды - Nelson Bond - Страница 5

Машина времени

– Машина времени! – Воскликнул Дьюк, и на его лице отразились все его эмоции. Но это был практичный малыш Джоуи Кокс, который ухватился за самое важное заявление Келчала.

– Но нас трое!

– Да, нас трое, – спокойно подтвердил Келчал тоном, который предлагал привилегию, честь, от которой ни один здравомыслящий человек не смог бы отказаться. – Но, может быть, вы не хотите сопровождать меня?

– Н-н-не я, спасибо! Ты не поймаешь меня ни в какой «тайм-хоппинг, багги». Цинциннати – вот куда я направляюсь! – Поспешно сказал Джоуи.

– Прекрати, Джоуи! – резко приказал Дьюк. Обращаясь к Келчалу, он медленно произнес, – Келчал, это чистое безумие. Машина времени! О, я прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду. Я читал несколько странных историй о таких приспособлениях. В научно-фантастических журналах и тому подобном. Кажется, Уэллс написал книгу о машине времени. Но что касается того, что такая штука действительно существует… – Он покачал головой. – Прости, старина. Это просто невероятно.

Бронзовое лицо великого золотого человека стало темнее. На краткий миг на нем появились надменные складки, как в кантине. Его выцветшие от моря глаза и его голос стали голосом вице-регента древнего Майяпана.

– Не тебе задавать вопросы, Дьюк Каллион, когда я, Келчал, говорю… – Затем, внезапно, он, казалось, пришел в себя, и его суровость спала, как выцветший плащ. Он потянулся вперед и коснулся руки Дьюка.

– Простите меня, и не судите слишком поспешно. Выслушайте меня. – На мгновение он, казалось, раздумывал, как облечь в слова знание, которое два молодых солдата двадцатого века услышат впервые. Затем он заговорил. – Время, Дьюк Каллион, вы знаете, что это такое? Есть ли на свете человек, который знает, что это такое? Мы говорим, что это «измерение продолжительности», и наши слова бессмысленны. Мы определяем время по одному из его собственных атрибутов. Одновременно человек в Лондоне и в Нью-Йорке смотрят на свои часы. Стрелки на часах одного показывают пять часов, на часах другого – двенадцать. И все же, хотя на часах время другое, оно остается прежним. Но кто может сказать, что в нашей огромной Вселенной не существует подобной ситуации в макрокосмическом масштабе, настолько ошеломляющей, что она не поддается нашим скромным вычислениям? Давайте предположим, что на этой обширной арене всех Времен крошечные промежутки, которые мы называем «годами» являются всего лишь доли секунд в Вечности, и они всего лишь один из фрагментов нарисованной фрески, которую глаз может просканировать и увидеть целиком в одно мгновение.

При таких обстоятельствах, разве все те события, которые человечество классифицирует как «исторические», не происходили бы в одно и то же мгновение? Один мой современник заметил, что, если смотреть издалека, вся история человечества была бы описана менее чем за год, а история человеческих знаний – менее чем за неделю. Тому же наблюдателю издалека, события, которые мы считаем разделенными длительными периодами времени, могут казаться одним и тем же одновременным событием, частью одной и той же схемы.

Это закономерность! Вот ответ! Даже сейчас, когда я стою здесь и разговариваю с вами Наполеон уверенно шагает на Москву, кроманьонец сидит на корточках у своего крошечного костра из навоза и веток, а пират 17 века грабит испанский золотой галеон. И все же эти события происходят не с разницей в годы, они происходят в нескольких дюймах друг от друга на гигантском гобелене, который мы называем, за неимением лучшего термина, Временем!

Он сделал торжествующую паузу. Джоуи Кокс выглядел озадаченным. Дьюк Каллион коснулся пальцем одной из блестящих металлических ручек, а сидевший перед ним эксперт рассеянно посмотрел на него, а затем сказал:

– Умная концепция, Келчал, чертовски умная концепция, но, боюсь, вы принимаете желаемое за действительное. Вы так сильно хотите вернуться в Ацтлан, что обманываете себя, полагая, что это возможно. Даже ваши предположения, будь они верны, никогда не позволили бы создать машину, способную перемещаться во времени! Боже милостивый, чувак, это невозможно!

– Невозможно?! – Келчал ухватился за это слово с большей радостью, чем Дьюк и Джоуи видели в нем раньше. – Тогда, Дью, как вы объясните это?

Он рывком выдвинул маленький ящичек в машине времени и бросил перед изумленной парой несколько небольших предметов: маленький серебряный медальон с изображением головы человека, в котором Дьюк узнал императора Калигулу, сломанный наконечник стрелы из грубо отесанного кремня, и самое поразительное – похожий на саблю клык необычных размеров.

Келчал возбужденно тыкал пальцем в каждую из них по очереди.

– Это стрела из Рима, – воскликнул он. – Она примерно 40 года н.э. О возрасте

второго предмета мы можем только догадываться. Вероятно, около десятитысячного года до рождения Христа. Третий – еще старше.

– Да, – сказал Дьюк. – Это зуб саблезубого тигра.

– Верно! Итак, мои сомневающиеся друзья, эти объекты прибыли из прошлого на моей машине времени, когда я отправил ее, чтобы посмотреть, насколько она продвинулась к совершенству. Таким образом, вы видите, что моя машина проникнет в прошлое. Или, как я предпочитаю об этом думать, она поднимается над гобеленом времени и снова приземлится в другой момент на небольшом расстоянии.

– Если ты прав, – потребовал ответа Дьюк, – почему бы тебе не вернуться в свое время?

Келчал нахмурился и ответил:

– По очень веской причине, Дьюк Каллион. В эти пробные «полеты» я также брал с собой мелких животных: кошек, кроликов, обезьяну. В каждом случае они возвращались мертвыми! Думаю, теперь я знаю почему. В течение последних недель я трудился над устранением механической неисправности, из-за которой живые объекты не могут проходить невредимыми через область над Временем. Теперь я думаю, что у меня получилось. Но мы должны подождать и провести еще одно испытание, прежде чем… – Слова Келчала резко оборвались и он нахмурился. – Простите, друзья мои! – сказал он и вышел из машины.

Джоуи Кокс схватил своего друга за рукав.

– Эй! – закричал он. – Давайте убираться отсюда! Этот парень собирается отправить нас на своей чертовой временной тележке!

Но чуткий слух Дьюка уловил тот же звук, который заставил Келчала поспешить в другую комнату хижины и поспешил за человеком из Ацтлана. Джоуи следовал за ним по пятам. В других комнатах шум был слышен отчетливее. Это был глухой, но зловещий звук. Множество голосов, усиленных гневным рычанием. Дьюк уже слышал его однажды в Алабаме, во время линчевания. Он услышал его снова в Триполи, когда орда разъяренных туземцев ворвалась в торговую концессию белых. Это был незабываемый и отвратительный звук. Это был рев толпы, готовящейся к жестокому самосуду. Быстрыми шагами он подошел к Келчалу, стоявшему рядом с маленькой щелью без панелей в обожженной стене.

– Келчалл, они охотятся за нами?

Он не нуждался в ответе атланта, потому что, пока он наблюдал, орда странно разномастных фигур ворвалась в маленькую галерею, которая скрывала жилище Келчала от улицы. Некоторые мужчины были одеты