Читать книгу Стужа - Петр Селезнев - Страница 10

Громкий стук механических клавиш клавиатуры громко разносился по всему маленькому помещению небольшой квартиры. Вытирая капающий на стол пот со лба и сильно нервничая, Андрей забил в написанную по его просьбе знакомым айтишником математическую программу формулы и необходимые данные. Вокруг по всему столу валялись разбросанные книги и учебники по физике, в том числе и ядерной.

Учёный что–то бормотал себе под нос и судорожно перелистывал страницы, взяв в зубы карандаш, чтобы сделать в нужном месте с его помощью закладку, а другую страницу заложить свободным пальцем. Шелест листов становился все громче. Андрей испуганно перебирал варианты, но не мог найти именно то, что было ему нужно. Формулы сменяли друг друга в бесконечном круговороте. Казалось, что если прямо сейчас физик оторвётся от книг, то будет видеть на яву в своём воображении графическое отражение производимых расчётов с мелькающими и исчезающими в воздухе белыми цифрами и буквами.

– Да где же оно? Только что видел! – раздраженно пробурчал он, ещё больше ускорившись в методах своего листания.

Однако проблема была вовсе не в быстроте, ведь нужная информация была на определённой странице, а в спешке, без детального их изучения, шанс пропустить необходимое был очень велик, чудовищно огромен. Над головой резко моргнула лампа, тут же засияв ещё ярче, чем прежде. Это могло означать только одно – переключение уровня на свободную подстанцию, пока та остывает от перегрева, а также происходит проверка состояния всех компонентов, чтобы избежать проблем с ними в будущем. Благо для компьютера стоял бесперебойный источник питания, благодаря которому работа двух часов не пошла на смарку, иначе пришлось бы вводить все числа и формулы по новой с чистого листа.

Наконец ему удалось отыскать искомую страницу, отчего он радостно выдохнул, жадно впившись в текст, заложив нужный фрагмент, согнув его в уголке.

– Период полураспада полония–214 составляет примерно одну секунду, а урана–238 – четыре с половиной миллиарда лет. Полное энерговыделение на один акт деления ядра составляет около 200 МэВ. При цепной реакции деления тяжёлых ядер урана (или плутония) образуются сотни различных радионуклидов с соответствующими периодами полураспада, Т(½). В ядерном взрыве с высоким выходом образуются радионуклиды цезия–137 и стронция–90. Они имеют относительно большие периоды полураспада около тридцати лет. Сто пятьдесят миллионов тонн радиоактивной пыли поднимаются в стратосферу и закрывают солнце, – продолжал бормотать Андрей. – Если мы предположим, что площадь земли над поверхностью бункера в несколько сотен раз больше, чем укрытия, а площадь поражения была не в центре, а смещена, то за двести пятьдесят лет существования убежища.... Нет, стоп, это же значит что!

Учёный тут же вскочил с места, двинувшись в сторону ванной. Он быстрым шагом добрался до вентиляционной решётки, после чего, встав на унитаз, снял с неё крепления, освободив доступ к шахте. После этого мужчина судорожно трясущейся рукой стал ковыряться внутри, пока не нащупал маленький свёрток. Это был кусок не больше двадцати сантиметров в длину и ширину, обёрнутый снаружи в обрывок ткани. Развернув обложку, Андрей обнаружил в руках старую потрёпанную жизнью и исцарапанную дискету, которой явно было не одно столетие.

Бросившись назад к компьютеру, он вставил ее в дисковод, после чего на экране появился файловый менеджер, на котором высветилось несколько десятков наименований. Недолго думая, физик стал открывать один за одним, пока в отражении глаз не засветились яркие алые разгорающиеся вспышки, которых с каждой секундой становилось все больше. Смотря за этим зрелищем, мужчина долго качал головой, после чего продолжил своё занятие с другими файлами.

– Нет, нет, нет! Они врали нам, врали все это чёртово время! – воскликнул Андрей, вскочив со своего места, борясь с приступами головокружения от нервов.

Поняв, что скрывать такое он просто не может, мужчина вновь сел за компьютер и открыл текстовый редактор, став остервенело набирать свои мысли и расчёты. От напряжения физик покраснел, а костяшки пальцев быстро начало ломить от слишком быстрого набора текста на клавиатуре, но тот продолжал работать несмотря ни на что. Учёный горел всем своим существом, понимая, какое открытие совершил, что он обязан поделиться с ним миром, а не держать в тайне.

Закончив, Андрей перечитал ещё раз своё уникальное и претенциозное произведение, после чего отправил его на печать, завернул полученное вместе с дискетой в конверт и побежал к знакомому журналисту на соседний уровень, надеясь, что он пустит благодаря своим связям это в ближайший вечерний эфир, который точно будет смотреть практически весь бункер.