Читать книгу Муассанитовая вдова - Селина Катрин - Страница 3

Цварг. Два года назад

Меня разбудил входящий звонок на коммуникаторе. После длинной прогулки по морскому побережью я вернулась домой лишь к рассвету. По ощущениям, получилось поспать часа три, от силы – четыре. Ох, кому я нужна с утра пораньше? Не разлепляя век, нащупала на прикроватной тумбочке устройство связи и нажала кнопку аудиозвонка.

– Это просто возмутительно! Госпожа, как это понимать?! Скандальное видео со вчерашнего вечера уже на федеральном голоканале, а вы… а вы… до сих пор не явились домой! – буквально завизжал голос Лоренцо.

Поморщилась. У меня всегда складывалось впечатление, что супруг нашёл дворецкого себе под стать, но это уже ни в какие шлюзы не лезло. Я шумно прочистила горло.

– Лоренцо, во-первых, вас не касается, где я провела эту ночь.

– Но это же какой удар по репутации! Вы ушли из Дворца и так и не вернулись! Я спать не мог, так волновался, где вы и что вы…

«Ага, так я и поверила… за зарплату ты свою волновался и за рабочее место, ведь с таким характером тебя больше никуда не возьмут…»

– Я не вернулась в особняк, потому что приехала в столичный пентхаус. У меня всё в порядке. Если вы действительно так сильно переживали, то могли бы отправить сообщение или позвонить. Но у меня нет пропущенных. Почему?

В ответ раздалось лишь возмущённое сопение. Мы оба прекрасно знали, что Лоренцо преотлично спал этой ночью, завалившись раньше положенного, ведь госпожи точно не будет дома, а с утра, видимо, услышал что-то в новостях – и понеслось…

– Но почему не в особняк? Почему вы постоянно остаётесь в этой крошечной квартирке, когда можно жить с видом на море? – последовал очередной вопрос-упрёк.

«Потому что море я люблю и приезжаю на пляж специально. А вот тратить нервы на тебя и постоянно мозолящую глаза прислугу и контролировать эмоции нет ни сил, ни желания…».

– Лоренцо, вы прекрасно знаете, что я живу не в крошечной квартирке. Это классический двухэтажный пентхаус с тремя спальнями. Мне здесь весьма комфортно. Особняк чересчур большой.

– Но, может быть, тогда мне бы стоило приехать в город… – начал было дворецкий, но я его перебила.

– Всё в порядке, с уборкой справляются роботы, а на доставку еды здесь есть курьеры и квадрокоптеры. В черте города доставка осуществляется менее чем через четверть часа. Не переживайте, у меня всё хорошо.

– А-а-а…

– А перечисление зарплаты на твой счёт, садовника и повара я сделала автоматическим, – заверила поскорее, пока мне не закатили очередную истерику. – И ежегодная премия тоже, и расходы на хозяйство.

Мартин любил своего дворецкого и завещал мне баснословное состояние. Увольнять пожилого цварга мне не давала совесть. В конце концов, что-то светлое в нашем браке с Гю-Элем тоже было, ведь дарил же он мне подарки и хотел понравиться. Просто, видимо, я оказалась не той, кто ему нужен.

– Спасибо, госпожа Селеста. – После того, как речь зашла о кредитах, визгливый голос внезапно стал степенным и предельно вежливым. – Вы бесконечно щедры. Могу ли поинтересоваться, когда вы планируете посетить свой особняк?

Вопрос был дежурным, и ответ у меня на него тоже был давным-давно одним и тем же:

– Я точно не знаю, Лоренцо. Может, и заеду на неделе, но готовить ради меня специально не надо. Я не очень хорошо себя там чувствую, вы же понимаете, что вся обстановка напоминает мне о супруге.

– Да, конечно, госпожа Гю-Эль. Приезжайте в любое удобное время, дом всегда готов. Хорошего дня.

Со вздохом облегчения я завершила аудиозвонок и с силой потёрла лицо. Спать, конечно, хотелось, но после разговора с дворецким вряд ли усну… На несколько секунд задумалась, как проведу день. Пальцы зачесались найти пульт и включить головизор, чтобы узнать, что так сильно возмутило старину Лоренцо, но усилием воли я отогнала эти мысли.

«Какая тебе разница, Селеста, что зубоскалят в обществе о твоей вчерашней выходке? Да, получилось вульгарно, но терпеть уже сил не оставалось. Пускай теперь подавятся своими ядовитыми сплетнями. Что могут тебе сделать все эти цварги? Правильно – ничего. Даже у хитреца Юдеса, попытавшегося обманом тебя заставить выйти замуж, ничего не получилось. Ты сильнее этого…»

Я подскочила с кровати, включила на полную громкость любимую ритмичную музыку и мысленно усмехнулась – ведь леди слушают только классику. Наскоро сделала все гигиенические процедуры и замерла около гардероба, не зная, что надеть. Рука привычно потянулась к платью, потому что Мартин всегда подчёркивал, что я должна выглядеть женственно. Вот только сегодня я собиралась по делам, и брюки были бы существенно удобнее… Пальцы взяли с противоположного шкафа дорогую немнущуюся ткань из шёлка и синтетических нанонитей. Зауженная к щиколоткам модель с идеальными стрелками и высокой талией. К таким мокасины или кроссовки не подойдут – только туфли на высоком каблуке или хотя бы танкетке. На этой мысли стопы заныли. Шварх, неохота-то какая после вчерашнего мероприятия вновь влезать в туфли… Ещё несколько секунд я медитировала, пытаясь выбрать меньшее из зол, как неожиданно услышала шорох под штангой с пиджаками. Нагнулась и с лёгким изумлением обнаружила застрявшего робота-пылесоса. Он жалобно мигал диодами, «вжикал» и пытался выбраться из тканевого капкана.

– Ох, ну ты и глубоко забрался, малыш, – пробормотала, вставая на четвереньки и доставая горе-уборщика. – Ну-ка, посмотрим, что тут тебе на колёсики намоталось…

Я рывком вытащила кусок голубой материи из чрева металлического малыша и уставилась на… джинсы. Вселенная, в первую секунду я даже не поняла, как эта вещь оказалась в моём гардеробе! А потом вспомнила… Это были одни из многих пар джинсов, которые я купила ещё до замужества и наивно привезла с собой в квартиру мужа. Однажды я вернулась домой, а он выкинул всё, что было в чемоданах, со словами «леди такого не носят». Это было самое начало наших отношений, но поскольку Мартин вместо старого гардероба купил полностью новый, более качественный и стильный, я его простила, лишь только позднее осознав, что самых обычных удобных штанов и уж тем более шорт у меня больше нет.

***

– Сочувствую вашей утрате, госпожа Гю-Эль.

Подросток с милыми ямочками на щеках пролепетал стандартную фразу, отчаянно покраснел, и протянул пучок травы, из вежливости отведя взгляд. С последним он явно перестарался, потому что вовремя не убрал руку, когда я забирала перетянутую петрушку, наши пальцы на миг соприкоснулись. Как итог…

– О, Вселенная, простите, госпожа, что я до вас дотронулся! – запричитал цварг, от отчаяния хватаясь за свои рога.

Я тоже была в отчаянии: мне приглянулся именно этот пучок зелени, и сейчас он валялся на мраморной плитке крытого Зеркального Рынка.

– Простите ради космоса, я не специально! Я не спросил разрешения…

Я выдохнула сквозь зубы, старательно представляя себе ледяную статую. Ещё один дурацкий закон Цварга, который предписывал всем представителям мужского пола вне зависимости от возраста обязательно спрашивать разрешения у цваргинь, прежде чем к ним прикоснуться. Конечно, я понимала, откуда «растут ноги» у этой идиотской традиции, ведь когда такой яркий перекос демографии в сторону рождения мальчиков, даже невинное прикосновение можно трактовать как давление на девушку. Но в обычной жизни это всё равно раздражало.

– Люк, успокойся! – прикрикнула на паренька, который уже по-настоящему собирался рвать на себе волосы из-за «оскорбления» госпожи, и быстренько его отвлекла: – Ничего плохого не случилось. Ты меня не обидел и не сделал больно. Собери мне, пожалуйста, свежий пучок петрушки и посчитай всё вместе. Упавший теперь только на выброс, так что его тоже включи в мой счёт.

– Ох, что вы, что вы! Этот заказ будет бесплатным, госпожа! Это же моя вина…

Глубоко вздохнула, позволяя себе «отпустить» чуть больше эмоций, чем обычно. Люк ещё маленький, пока вырастет, пока рога сформируются и он начнёт «слышать» чужие бета-колебания, пройдёт от нескольких лет до десятилетия. Каждую среду по утрам я приходила на Зеркальный Рынок, чтобы купить свежей зелени и натуральных продуктов. Я всегда брала овощи для салата или гарнира именно у этого пятнадцатилетнего подростка. Даже тогда, когда муж ещё был жив и называл мою любовь к готовке «плебейским хобби». Он искренне не понимал, зачем его жена готовит, когда в штате есть профессиональный повар, но это согревающее душу занятие я у него отстояла. И каждый раз мне буквально насильно приходилось впихивать в Люка деньги, ведь обычно сюда приходили лишь мужчины.

– Люк, – прервала стенания юного продавца. – Мой супруг оставил многочисленную недвижимость и счета в банке. Поверь, я в состоянии оплатить помидоры, сельдерей и пучок петрушки. А у тебя вон братик недавно родился. Давай уже, говори, сколько с меня?

– Два с половиной кредита, – растерянно пробормотал Люк, быстро собирая новый товар и вбивая данные в терминал для оплаты.

Я приложила именную чип-карту, дождалась знакомого писка-подтверждения о переводе денег и убрала чип в сумочку. Парнишка вновь протянул мне зелень, затем хлопнул себя по лбу, достал из-под прилавка контейнер и стал аккуратно складывать всё внутрь.

– Вы сегодня одна. Вам помочь донести покупки до флаера? – уточнил Люк.

– Спасибо, справлюсь сама, тут совсем недалеко. А услугами телохранителя не так давно перестала пользоваться, да.

Я не стала рассказывать, что какое-то время после обретения статуса вдовы всё еще содержала две смены охранников по инерции, лишь чуть позднее сообразив, что это на деле-то пустая трата финансов. Кто мне что-то сделает на Цварге? Мартин-то и сам как-то признался, что их держал больше для солидности.

– Ох… ну да, ну да, – пробормотал мальчишка. – Но теперь-то вам вновь потребуется его нанять.

– Зачем? – искренне удивилась.

– Сомневаюсь, что ваш новый муж будет спокойно относиться к тому, что вы ходите по рынку, полному мужчин, без охраны.

– Мой кто?

– Ну-у-у… супруг… Я всё понимаю, вам сейчас и так тяжело, всё-таки вы так любили господина Гю-Эля, до сих пор по нему траур носите.

Он бросил взгляд на мои джинсы и чёрную тунику. Не то чтобы я хотела подчеркнуть состояние вдовы, просто мне казалось, что в тёмной одежде я более незаметна для цваргов. Очень уж не хотелось привлекать внимание таких, как Кристоф или Юдес…

– Люк, а почему ты решил, что я вновь собираюсь замуж? – спросила свистящим шёпотом.

Сердце нехорошо ёкнуло в груди.

– Как почему? – подросток распахнул огромные глазищи и уставился на меня, позабыв обо всех правилах приличий. – Сегодня утром закон новый издали, что если цваргиня вдова и не имеет детей от первого брака, а также моложе ста пятидесяти лет, то она обязана выйти замуж второй раз в срок не более пяти лет после смерти первого мужа.

«…Что?!»

Голова резко закружилась, в ушах застучала кровь, в лёгких разорвалась граната, сжигая весь кислород. Хорошо, что Люк продолжал держать контейнер с продуктами, иначе бы я его позорно опрокинула на пол, а так всего лишь покачнулась и опёрлась рукой на прилавок. Со стороны вообще можно было принять за обычный жест. Подумаешь, облокотилась на столешницу. На улице и в помещении жара – с кем не бывает?

Я вдохнула и выдохнула, пытаясь успокоиться и стремительно представляя себе ледяную деву-воительницу и пики гор. Ничего не получалось! Остальные цварги за прилавками находились в отдалении, но несколько соседей постарше и с более крепкими рогами задумчиво повернули голову в мою сторону.

«Шварх-шварх-шварх! Селеста, срочно возьми себя в руки! Вдох-выдох. Представляй безжизненные муассанитовые пики гор… камни не умеют думать и чувствовать…»

– Люк… повтори… пожалуйста, когда закон издали?

– Так сегодня утром, по федеральному голоканалу передали, – сочувствующе произнёс мальчишка. – Можно я всё-таки вам помогу донести продукты до флаера?

– Можно. И… дай, что ли, опереться на тебя, – ответила я, старательно делая дыхательную гимнастику и матеря одну рогатую морду из Аппарата Управления Планетой.

Чтоб ему рога поломались… чтобы хвост отсох… чтобы… чтобы…

– Госпожа Гю-Эль, вам так плохо, да? – Люк вопросительно приподнял брови.

Оказывается, я вцепилась в своего сопровождающего мёртвой хваткой. Усилием воли чуть разжала пальцы. Несмотря на то, что Люку недавно исполнилось лишь пятнадцать, он уже существенно был выше меня. Мужчины-цварги в принципе значительно крупнее женщин, имеют рога и хвосты. Ни у одной другой расы в Федерации Объединённых Миров нет настолько явных гендерных отличий.

– Нет-нет, всё в порядке, Люк, пойдём. А то на нас уже смотрят.

Парень кивнул, схватил во вторую руку контейнер и потянул в сторону выхода. Слава Вселенной, Зеркальный Рынок носил такое название не просто так. Здесь между рядами были установлены особые отражающие панели. В их основу закладывались в первую очередь высокие технологии. Изначально рынок должен был иметь название «Тихий», так как архитектор хотел с помощью электроники добиться генерации антиволн, то есть фактического поглощения лишних бета-колебаний в общественном месте, но на этапе разработки что-то пошло не так, и панели вместо поглощения эмоций просто их рассеивали. Это было, с одной стороны, хуже, чем изначальная задумка, а с другой – некоторые цварги говорили, что так даже приятнее, потому что нет «вакуумной» тишины, которая давит по чувствительным органам. Как бы там ни было, сейчас мои эмоции значительно рассеивались, благодаря вот таким панелям.

Когда мы вышли на свежий воздух, в голове зашумело так сильно, что Люк был вынужден сам покопаться в моей сумочке, открыть флаер и поставить продукты в багажник. Он явно чувствовал смущение от того, что так «нагло» ведёт себя с цваргиней, но меня это волновало меньше всего на свете. Клацнув замком багажника спортивного кара, молоденький цварг повернулся ко мне.

– Ну вот и всё, госпожа Гю-Эль, сочувствую…

– …ага, моей утрате. Я всё помню, – пробормотала рассеянно.

– Нет, я действительно вам сочувствую! – вдруг вспыхнул парнишка. – Я же не дурак и сразу посмотрел в инфосети дату смерти господина Гю-Эля. Оказывается, вам осталось всего несколько месяцев до пятилетней годовщины, и… – Он облизал губы. – Я считаю, что это несправедливо. Вы же до сих пор любите Мартина.

Я печально усмехнулась. Ох, какой же он ещё маленький, несмотря на то, что такая дылда… Несправедливо, что на Цварге женщин вообще принуждают к бракам… И отсутствие производства любых средств контрацепции, жёсткий запрет на их импорт на планету, а также табу на аборты. Да сама природа против этого, ведь, несмотря на все трепыхания Аппарата Управления, численность цваргов медленно, но верно тает.

Порой я пыталась вообразить, что было бы, если бы у нас с Мартином родился ребёнок, но фантазия почему-то пасовала. Даже при том, что медицинская Лаборатория подсчитала у нас какой-то феерический по меркам расы процент совместимости, частичка меня всегда была уверена, что я никогда от него не забеременею.

Дотронулась до мягких волос Люка и слегка их взлохматила, чем вызвала полное недоумение парнишки. Он так и замер, смешно выпучив глаза, будто его коснулась не цваргиня, а как минимум божество, спустившееся с небес на землю.

– Ох, Люк, я как-нибудь справлюсь… не переживай.

Мальчишка упрямо поджал губы.

– Буду переживать, госпожа Гю-Эль. Вы наша постоянная клиентка, как же без этого? Да и мама сказала, что зря всё это Лацосте затеял. Так любимую женщину не завоюешь.

Моя рука замерла.

– Что-что сказала твоя мама?

– Ну… – Щёки юноши заалели. – Она смотрела репортаж из Центрального Муниципального Дворца, где вчера проходило праздничное мероприятие. Мама сказала, что вы задели и унизили Юдеса Лацосте, да ещё и прилюдно намекнули на то, что у него плохо работают рога. Он теперь вцепится в вас как клещ и не отпустит, просто чтобы всем что-то доказать. Я так, правда, и не понял что…

Люк смущённо пригладил вихры на макушке.

– А если предположить, что я выйду замуж за другого? – произнесла я, сглотнув сухим горлом.

– Мама говорит, что члены Аппарата Управления очень влиятельны, и они не только имеют право за ночь ввести новый закон на планете, но и, – он понизил голос, – надавить на Планетарную Лабораторию. Вам просто не дадут выбрать других кандидатов…

– Спасибо, Люк. Я тебя поняла. – Кивнула подростку и ввела данные в навигатор флаера.

Теперь бы добраться до пентхауса без аварий.