Читать книгу Муассанитовая вдова - Селина Катрин - Страница 5

Цварг. Два года назад

Из зазеркалья на меня смотрела утончённая цваргиня в шёлковом молочном платье на тонких бретельках и с родовым муассанитовым колье на шее. У меня не было ни сил, ни желания влезать в пышные праздничные наряды, а потому я остановилась на однотонном вечернем платье. Строгий пучок с не менее крупными шпильками, украшенными голубыми муассанитами, с излишком перекрывал простоту наряда. Я придирчиво рассматривала макияж в тот момент, когда электронный дворецкий тихим голосом объявил:

– Госпожа, к вам гость.

Бросила взгляд на коммуникатор. «19:40». Ого! Мой второй супруг пунктуален? Не может не радовать…

– Впусти, разумеется.

Интересно, в каком ресторане Кристоф забронировал столик, чтобы отметить событие? Ведь не каждый день женишься, а на Цварге далеко не каждому мужчине везёт вступить в брак… Или он так обрадовался, что забыл об этом? Может, удастся уговорить его на тихий ужин на крыше моего пентхауса без свидетелей?

Глубоко вдохнув и выдохнув, чтобы унять сердцебиение, я привычно натянула вежливо-прохладную улыбку и вышла в прихожую. Но вместо Кристофа у входной двери, неловко переминаясь с ноги на ногу, стоял Мишель. Короткие рога-наросты, слишком светлая для чистокровного цварга кожа, слишком тонкокостная фигура, да и оттенок радужек нестандартный – бледный, почти жёлтый. Мишель был цваргом по документам, и планета рада была видеть его как члена общества, мужчину с блестящим образованием и честного налогоплательщика, но как на «цварга, которому дозволено попасть в базу кандидатов на женитьбу» на него никто даже не смотрел. Очередное лицемерие государства! Тут даже анализов делать не надо было, чтобы понять, что Планетарная Лаборатория в жизни не согласится взять его анкету – чистокровным-то цваргам женщин не хватает.

Я искренне улыбнулась гостю.

– Мишель! Вот уж не предполагала, что ты прилетишь лично! Думала, отправишь экземпляр договора по почте или электронную бумагу с квадрокоптером – и дело с концом.

Уж я-то догадывалась, как много работы у хороших юристов, а Мишель свою работу очень любил.

– Я всё-таки решил прийти лично. – Молодой человек мазнул по мне тяжёлым взглядом горчичных радужек и остановился на лице. – Не каждый день лучшая подруга детства выходит замуж. Да ещё и второй раз. Ты уверена?

Его голос звучал напряжённо. Пожалуй, среди всех моих знакомых он был единственным, кто догадывался, что мой брак с Мартином был не таким уж и счастливым, как выглядел со стороны. Забавно, но именно этого полуцварга с недоразвитыми рогами у меня обманывать никогда не получалось, хотя порой очень хотелось. Я легкомысленно пожала плечами. С Мишелем я вполне могла позволить себе говорить правду.

– Нет, совсем нет. Ты нашёл какие-то дырки в законе, чтобы я могла вывернуться?

– Нет. Закон, хотя и введён поспешно, продуман до мелочей.

Ну, вот и ответ. В принципе, глупо было надеяться, что юрист что-то придумает, но, тем не менее, я почувствовала укол разочарования. Настроение упало ниже кратеров на Лунноре. Неполную минуту в прихожей стояла гнетущая тишина. Затем знакомый спохватился и достал из своего кейса-портфеля два экземпляра брачного договора на электронной бумаге с цифровой подписью, подтверждающей, что это оригинал документа, а не копия.

– Вам обоим надо будет расписаться здесь и здесь. – Он протянул мне документы, а затем нахмурился и добавил: – Ты знаешь, а я вообще-то сегодня никуда не спешу. Давай я посижу на кухне и дождусь Кристофа. Мало ли он в последний момент что-то изменить захочет, или его адвокат решит, что ты должна поделиться наследством от первого мужа. Я не хочу, чтобы тебя продавили в этом вопросе.

Грустно улыбнулась. Я бы отдала всё до последнего кредита, лишь бы мне больше не пришлось связываться с цваргами и ощущать на себе ментальное воздействие. Мишель продолжил скромно топтаться в прихожей.

– Если ты никуда не спешишь, то буду только рада. Давай, может, кофе сварю? – предложила, аккуратно складывая документы на высокий декоративный столик у напольного зеркала.

– Спать, конечно, хочется, я в последние дни перенапрягался, но, прости, кофемашины Цварга так и не полюбил…

– Зачем же автоматика? Я могу сама сварить, время у нас есть. Всё равно ждём Кристофа.

– Сама? – Юрист перевёл на меня изумлённый взгляд. – Ты же в платье, Селеста!

– Ой, ерунда какая. – Я махнула рукой. – Если что, у меня переносной пистолет-пятновыводитель, и ещё семь картриджей к нему по всей квартире валяется.

Засмеялась, увидев, как вытянулось лицо приятеля. Ну да, он привык, что для цваргини свадьба – это целое событие. Но я относилась к этому как не более чем к вынужденной мере, и мне действительно хотелось отвлечься от ожидания момента, который я в душе хотела отсрочить, а в идеале и просто отменить.

– Если тебе не сложно…

Я как-то и забыла, как сильно люблю готовить этот ароматный напиток. Мартин говорил, что мне следует пить детокс-чаи, а кофе может оказаться вредным для малыша, если вдруг забеременею… Я промолола зерна до состояния сахарной пудры, залила кипятком, и насыщенный густой запах кофе поплыл по кухне. Банановый сироп, который я как-то выкупила у Люка за бесценок, идеально подошёл к напитку с Захрана. Слово за слово, мы с Мишелем разговорились, и я очнулась лишь тогда, когда взглянула на настенные часы. Электронные цифры показывали «20:17». Нахмурилась. И где же Кристофа носит? Ладно я не отношусь к свадьбе как к грандиозному событию, но для него-то это первый раз.

– Не волнуйся, он обязательно приедет, – успокоил Мишель, проследив за моим взглядом. Несмотря на то, что он очень слабо чувствовал бета-колебания, в наблюдательности ему было не отказать. – Он же не глупый, чтобы профукать единственный шанс в своей жизни.

Я натянуто улыбнулась. Надеюсь. Мысль, что жених мог передумать, натянула нервы до предела. Если Кристоф не явится, то я просто не знаю, что делать. Тревога с каждой минутой нарастала всё сильнее, и отпустило меня лишь в двадцать тридцать два, когда синтезированный голос домашнего дворецкого объявил ещё об одном госте.

– Иди, я тут посижу. – Мишель кивнул.

Вытерев вспотевшие от волнения ладони о кухонное полотенце, тщательно проверила, что за время на платье не появилось ни единого пятнышка, и вновь направилась в прихожую. С полуцваргом можно было вести себя практически по-настоящему, никем не притворяясь, а Кристоф, несмотря на то, что вот-вот станет супругом, всё-таки чужой мне мужчина. Неизвестно, смогу ли я доверять ему хоть когда-нибудь. Традиционное приветствие замерло на губах, когда мой будущий муж буквально рухнул в ноги.

– Селеста, умоляю, прости меня, умоляю!

Я вздрогнула, глядя, как мужчина практически обливается слезами. Припухшие веки, подрагивающая нижняя губа, покрасневшие белки глаз, но точно не от ярости или негодования. Когда мужчины злятся, то весь белок наливается и буквально светится алым, а тут просто воспалившиеся носослёзные каналы и более заметные капилляры. Что могло произойти, что довело его до такого состояния?

– Кристоф, всё в порядке, встань. Ты пачкаешь штаны… Что бы ни случилось, ты здесь, а это самое главное…

– Нет, Селеста, ты не понимаешь! Я действительно хотел, очень хотел жениться на тебе!

«Хотел». Слух сразу вычленил это слово, а в груди что-то заныло. Заболело.

– Что-то изменилось? Ты передумал? – Голос опустился до хрипловатого контральто.

Я ещё ничего не знала, но боль почему-то медленно начала распространяться по телу. Кололо не только слева, но отдавало в спину, тянуло чуть правее… Неосознанно опёрлась на столик, где лежали документы, заботливо подготовленные Мишелем.

– Понимаешь, после твоего звонка я чувствовал себя самым счастливым цваргом на свете! Не всем так везёт в жизни, а уж в таком возрасте, как мне…

– Кристоф, что изменилось?! – не удержалась и почти закричала на заливающегося слезами молодого человека.

Стало резко противно, что вот он ползает передо мной на коленях и пытается поймать кисть для поцелуя. Разве так ведут себя настоящие мужчины?

– Я… я ехал к тебе, чтобы подписать брачный договор! Честное слово! – воскликнул Кристоф, нервно кусая пухлые фиолетовые губы. – Просто… прямо в дороге мне позвонили… с неизвестного номера… кто-то перехватил управление флаером, кар начал разгоняться и разгоняться… Селеста, я так испугался, что умру!

– Но ты сейчас передо мной целый и невредимый, – сухо констатировала факт. Ни единой царапины не было на лице Кристофа. Если бы он с порога не упал мне в ноги, то я бы сказала, что даже костюм на нём сидел идеально и нигде не помялся.

Мой-будущий-уже-не-муж судорожно кивнул.

– Да. Всё так. Когда флаер потерял управление, через бортовой компьютер со мной связался чей-то изменённый голос. Неизвестный сказал, что у меня два варианта. Или я настаиваю на браке с тобой, и тогда кар во что-нибудь непременно врежется, или же отказываюсь от тебя.

– И ты отказался?

Бесконечно глупый вопрос. Ответ и так очевиден.

Цварг уставился на меня виноватым взглядом огромных тёмных глаз. Обида, злость, раздражение, чувство предательства… всё смешалось в мощный остро-терпкий вяжущий коктейль чувств. Боль, которая растекалась чёрной лужей под сердцем после слова «хотел», внезапно трансформировалась в отраву и принялась стремительно выжигать внутренности. Я стояла, придерживаясь за круглую столешницу, так как понимала, что если отпущу – то упаду. Голова кружилась от осознания.

Не надо было быть гением дедукции, чтобы понять, что Юдесу передали мой разговор с медицинским центром, и он решил сыграть на опережение. Сволочь рогатая… Или это я последняя дура, что дёрнула цварга за хвост? Шварх, надо было молча схватить Мишеля и приехать к Кристофу на дом, подписать этот треклятый брачный контракт. Лацосте, судя по всему, напугал парня до потери пульса этим финтом с перехватом управления флаером… Как ему только удалось? Хотя, если это был прокатный планетарный кар, то у него были все шансы. Он же работает в Аппарате Управления.

Кристоф продолжал смотреть на меня, не моргая. На дне тёмных глаз, обрамлённых длинными пушистыми ресницами, плескалось столько сожаления и раскаяния, что на интуитивном уровне закралось сомнение: мне не договаривают. Почему он чувствует себя настолько виноватым? В конце концов, с его точки зрения, у меня-то всё хорошо. Не выйду за него – выйду за другого. Да и время ещё есть…

– Это всё? – уточнила устало.

Даже если действительно что-то не договаривают – какая разница что? С признанием цварга, что он отказывается на мне жениться, внутри с тихим «пыщ» лопнула последняя струна надежды.

– Ну… – на этот раз Кристоф смутился и уставился в пол, всё так же продолжая стоять на коленях. – Этот голос сказал, что если я откажу тебе, то меня сразу же повысят… Я не поверил, но согласился. И… в общем… пока я летел к тебе, почти сразу же перезвонил директор фирмы и сообщил, что…

Кристоф бросил на меня косой взгляд исподлобья. Не знаю, что он увидел на моём лице, но бывший жених шумно сглотнул слюну.

– Селеста, слушай, ну ты же понимаешь, что жена – это здорово, но за двадцать лет брака у тебя с Мартином так и не появилось детей, а наш с тобой процент совместимости даже ниже… Женитьба на тебе, в общем-то, ничего не гарантирует, да и мне всего пятьдесят пять, я ещё минимум сотню лет могу отправлять заявки на проверку совместимости с понравившимися мне цваргинями…

«Как же это унизительно…»

– Хорошо, я поняла, – перебила жалкий лепет мужчины, за которого чуть не вышла замуж. – Кристоф, я всё поняла. Спасибо, что пришёл лично и всё объяснил. Можешь идти.

– Что?

На секунду он уставился на меня настолько поражённым взглядом, а мне впервые в жизни было плевать, что там учует собеседник на уровне бета-колебаний. Я даже не пыталась взять себя в руки или представить ледяные пики гор, чтобы успокоиться. Просто произнесла:

– Кристоф, для тебя на данном этапе карьера важнее, я всё поняла. Спасибо, что разъяснил. Уходи, пожалуйста.

– Селеста, но ведь он угрожал мне!

Боль разъедала похлеще серной кислоты. Почему я? Почему вся эта куча дифрена происходит именно со мной?! Наружу просились ругательные выражения, самым приличным из которых было: «Да плевать я хотела! Если бы важна была тебе хотя бы на грамм, то ты бы рискнул. В конце концов, даже у ларков нет такой регенерации, какой природа одарила цваргов! Подумаешь, флаер разогнался…». Но всё это было низко и недостойно леди, как сказал бы мой покойный муж.

Промолчала, взглядом указав на выход. Кристоф, удивительное дело, оказался очень понятливым. Он подскочил с колен, потянулся с благодарным поцелуем к моей руке, но дёрнулся, когда я послала волну омерзения от его действий. Испуганно вжал голову в плечи и метнулся к выходу.

Стоять было тяжело. Дышать тоже. Но ещё хуже мне стало, когда сзади послышался жёсткий голос моего личного юриста.

– Вот же трус и лицемер!

В носу предательски защипало. Я попыталась повернуться к Мишелю, но проклятые пальцы, вцепившиеся в столешницу, не хотели слушаться. Раздался громкий звук падающего на паркет декоративного столика, брачные договоры разлетелись в стороны, а я начала падать… Полуцварг успел поймать меня перед тем, как я осела на пол. Плюя на законы приличия, когда мужчина должен спросить разрешения, прежде чем прикоснуться к даме, он подхватил меня за талию и усадил на диванчик. Последний был предусмотрительно установлен тут же, в прихожей, чтобы можно было с комфортом надеть обувь.

Слёзы брызнули из глаз. Я просто плакала. Мне было безумно стыдно, что Мишель стал свидетелем такого срыва, но я ничего не могла с собой поделать. Мартин никогда не разрешал мне проявлять свои чувства ярко, жалуясь, что они отдают кислятиной, и долгие годы колоссальным усилием воли я держала себя в ежовых рукавицах, а тут… тщательно выстроенная плотина безразличия прорвалась, и починить её уже было невозможно.

В первую секунду полуцварг растерялся. Ещё бы! Наверное, нечасто он видит рыдающих девушек. Но буквально спустя полминуты он принёс из спальни плед, накинул мне на плечи, затем крепко обнял.

– Тише, Селеста, тише, мы что-нибудь придумаем…

Я всхлипнула.

– Может быть, ты на мне женишься?

Мысль показалась очень соблазнительной. Пожалуй, из всех цваргов только Мишелю я и доверяла… и его несформировавшиеся рога были не последней тому причиной. Романтических отношений между нами не было никогда, ведь с глубокого детства было ясно, что Планетарная Лаборатория не разрешит ему даже ходить на свидания с чистокровными цваргинями, не то что что-то большее. Но лёгкая симпатия между нами витала всегда. После замужества мне пришлось практически прекратить общение с другом детства, так как Мартин внезапно заявил, что у приличной замужней леди не может быть приятелей-мужчин, но, тем не менее, Мишеля я знала долгие годы.

Я подняла голову и посмотрела в глаза юриста странного горчичного оттенка. Только на таком близком расстоянии обратила внимание, что кожа в принципе у него правильного сиреневого цвета, просто смотрится гораздо бледнее из-за многочисленных веснушек на носу, щеках и даже лбу. Кстати, тоже жёлтых.

– Не могу, – печально хмыкнул он в ответ. – Мою анкету забраковали и не взяли в базу данных Цварга, ты же знаешь. Её даже не рассматривали, просто сказали, что есть более достойные кандидаты на жену и возможных совместных детей, и всё тут. А ты – чистокровная цваргиня. Боюсь, если Юдес взялся за тебя так крепко, то ему ничего не будет стоить оспорить наш брак. Это не выход.

«Зато у Мишеля будут проблемы. Кто-кто, а Юдес их устроит просто из мести», – эхом пронеслось в голове. Стало нестерпимо неловко – меньше всего хотелось подставлять юриста. Полуцварг сказал, что принесёт мне воды. К этому моменту я уже почти успокоилась и начала думать, что у меня есть ещё несколько месяцев, чтобы найти хоть кого-то на роль второго супруга. В этот момент на браслете загорелся сигнал входящего звонка. Машинально ткнула в него, подумав, что Кристоф забыл сказать мне ещё что-то…

– Селеста?

Голографическое изображение того, о ком думать хотелось меньше всего на свете, соткалось в воздухе. Мужчина внимательно на меня посмотрел и удовлетворённо кивнул каким-то своим мыслям, а я запоздало поняла, что активировала не аудио, а сразу видеосвязь.

– Смотрю, Кристоф тебе всё передал слово в слово. Ну что ж, хорошо, что это так. Я звоню, чтобы убедиться, что ты всё поняла правильно.

– И тебе здравствуй, Юдес, – ответила максимально прохладным голосом, на который была способна. Что ж, если Лацосте предпочитает вскрыть карты, то строить из себя дурочку бессмысленно. – Не скажу, что рада тебя слышать и видеть. Глаза бы мои тебя не видели.

Но, вместо того чтобы оскорбиться, мой собеседник неожиданно восхищённо цокнул языком.

– Ох, Селеста, какие у тебя остренькие зубки, какой язычок! Вот уж всегда подозревал, что Мартин на тебя наговаривал, скрывая информацию о твоей страстной натуре. Признайся, ты в постели такая же?

Злость закипела в жилах. Я сцепила руки на коленях, стараясь не выдать, как же мне противны все эти пошлые заигрывания. Не от мужчины, который, получив «нет», идёт напролом.

– Что ж, – продолжил Юдес более серьёзным тоном, так и не получив ответа. – Тогда, уповая на твою благоразумность, думаю дать тебе две недели на то, чтобы подготовиться к свадьбе. – Он вновь внимательно осмотрел меня. – Очень рассчитываю, что за это время ты закажешь платье у ведущего модельера и не наденешь то, что на тебе сейчас, на наше с тобой бракосочетание. У тебя, бесспорно, безупречный вкус, но мне хотелось бы, чтобы будущая жена была в самый памятный день моей жизни в классическом пышном платье с длинным подолом. Весь Цварг будет праздновать. Повторюсь, я не настаиваю на этом, но мне будет приятно. Ты понимаешь?

Я скупо кивнула. Попытка Юдеса Лацосте показаться мягким и понимающим с треском провалилась. Мартин тоже поначалу был улыбчивым и ласковым, и я даже не представляла, во что выльется наш брак. Но с тех пор розовые очки давно слетели и разбились вдребезги.

– У меня сейчас очень много дел, и секретарь и не смог выискать окно для важного мероприятия. Я назначил свадьбу на двадцать шестое число. Если хочешь позвать кого-то из подруг – просто напиши моему секретарю. Это понятно?

Вопрос был явно риторическим. Подруги… если бы они у меня были. Цваргини всегда странно на меня косились.

– Дальше… Я не хочу, чтобы ты жила в особняке или квартирах, купленных на деньги этого старпёра Гю-Эля. Я уже распорядился сделать косметический ремонт в одном из своих загородных домов в горах для нашего медового месяца. Там, наверное, и останешься жить дальше, там есть комната, которую можно будет переоборудовать под детскую. Флаер я тоже куплю тебе новый. И вообще, мне не понравилось, как ты быстро угнала от меня с парковки Дворца! Там хотя бы ограничение скорости есть?!..

Я мысленно приказала себе отключиться. Юдес так увлёкся расписыванием нашей будущей совместной жизни, что стало тошно. Вновь заболела голова, но не от затылка, как это было после ментального воздействия, а по заурядной причине: мало спала, много нервничала и плакала. На миг пульсация в висках стала такой сильной, что захотелось повеситься.

– …Фамилию тоже сменишь. Я думаю, это настолько очевидно, что не надо проговаривать, но на всякий случай озвучиваю, чтобы не было недопониманий. На этом, кажется, всё.

Кивнула, чтобы не злить цварга. Вселенная, дай мне сил… Умоляю!

– Селеста?

– А?

– Не делай глупостей. Если наделаешь и выйдешь замуж за какого-нибудь хлыща, я же опротестую. А если не получится – станешь ещё раз вдовой. Ты это понимаешь?

Голос звучал нейтрально-прохладно, но я чувствовала, что Лацосте серьёзен как никогда. Мурашки пробежали вдоль позвоночника и почему-то левой руки. Может, потому что на ней был надет коммуникатор? Я молча сглотнула слюну. Нет, пожалуй, я всё же ошиблась. По сравнению с Юдесом, мой бывший муж просто бесхребетная медуза.