Читать книгу Хроники несбывшегося Завтра - Сергей Свой - Страница 2

ГЛАВА 2

В Овальном кабинете Белого дома Пиндосии пахло дорогой кожей, полировкой для дерева и безусловной властью. Солнечный свет, падающий сквозь высокие окна, казался инородным в пространстве, где обсуждали конец света. Президент Джим Тромб откинулся в своем кресле из резного дуба, жестикулируя недогоревшей сигарой. Перед ним на столе, рядом с клавиатурой из титана и черного дерева, лежала папка с простым, но зловещим грифом: «ОПЕРАЦИЯ «СЕРП И МОЛОТ». ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ ОБЗОР».

«Слушайте, они нас душат! Постепенно, нагло, проверяя каждый раз! – голос Тромба был громким, рассчитанным на аудиторию, даже если в комнате были только четверо советников. – Окраина – это наша линия фронта. Их «теневой флот» и танкеры – это плевок в наше законодательство. Их дипломатия – это ложь в лицо. Мой ультиматум готов?»

Советник по национальной безопасности, доктор Картер, нервно поправил очки. Он был человеком из мира данных и вероятностей, а мир Тромба жил категориями силы и воли. «Готов, господин президент. Требование о полном, проверяемом, немедленном выводе всех войск и техники Руси с территории Донецкой и Луганской областей Окраины в течение сорока восьми часов. Но, сэр, я обязан…»

«Озвучить оценку ваших умников из ЦРУ и РЭНД? – Тромб перебил его, усмехнувшись. – Я знаю их оценку. «Вероятность принятия ультиматума стремится к нулю». Отлично! Превосходно! Это именно то, что мне нужно!»

Министр обороны, адмирал Райт, чье лицо было похоже на морскую карту с множеством течений и рифов, хмурился. «Господин президент, даже с учетом подавляющего преимущества «Щита Атлантиды» в первом эшелоне, наши модели предсказывают, что от 12 до 18 боеголовок противника достигнут целей на нашей территории. Это может означать потерю от трех до восьми крупных городов, включая стратегические объекты на побережье. Жертвы…»

«Жертвы будут на их совести, адмирал! – Тромб ударил кулаком по столу, и сигара подпрыгнула. – Мы предлагаем мир, основанный на правилах. Они выбирают хаос и агрессию. Мы должны иметь мужество заплатить эту цену, чтобы наши внуки жили в безопасном мире. Понимаете? Это исторический выбор. И я не намерен его упускать из-за трусости.»

Картер попытался вернуть разговор в аналитическое русло. «Сэр, есть еще фактор Приморской республики и Островного Королевства. Без их прямого участия в первом ударе операция теряет легитимность в глазах мирового сообщества. Это будет выглядеть как акт агрессии Пиндосии, а не как коллективная защита.»

«Они участвуют, – холодно отрезал Тромб. – Я говорил с Марсо и Элтоном. Они понимают, на чьей они стороне истории. Их подлодки в Северной Атлантике получат приказ на синхронный пуск. Это сделает удар коалиционным. Неотвратимым. А после успеха они получат доступ к ресурсам Сибири и долю в восстановлении Окраины. Морковка и палка, доктор Картер. Базовая механика власти.»

На экране в стене зажглась схема операции «Серп и Молот». Десятки линий расходились от территории Пиндосии и акваторий Атлантики к целям в глубине Руси. Гиперзвуковые ракеты «Стриж» должны были первыми обрушиться на командные центры и узлы связи. За ними – волна МБР «Миротворец-III» с разделяющимися боеголовками по шахтным установкам и авиабазам. Отдельная группа целей – мобильные ракетные комплексы «Поезд» и «Колесница», координаты которых, как верили в Пентагоне, были скомпрометированы в результате кибератак.

«А какова уверенность, что их система предупреждения сработает с критической задержкой?» – спросил Тромб, его глаза блестели холодным азартом.

«После операции «Темный штиль» по внедрению в их спутниковую группировку «Купольное небо»? – адмирал Райт вызвал на планшет сложный график. – Мы обеспечим «слепое окно» продолжительностью от семи до двенадцати минут. Этого достаточно, чтобы наши первые эшелоны прошли точку невозврата прежде, чем они смогут запустить ответный залп в полном объеме. Их система «Периметр», их «мертвая рука»… она не будет активирована, если командный пункт получит информацию о пуске слишком поздно. Мы выбиваем голову, и тело парализует.»

«Приемлемый риск, – кивнул Тромб, вставая и подходя к окну. Он смотрел на зеленые лужайки, на туристов у ограды. Он видел себя на страницах учебников. Человеком, который не дрогнул. Которым гордилась бы его покойная мать, простая женщина из глубинки, верившая в исключительность своей страны. – Отдайте приказ о подготовке. И передайте нашим партнерам в Приморье и на Островах: сорок восемь часов начинают тикать с момента передачи ультиматума. Их подлодки должны быть готовы к моей личной команде. Промедление будет расценено как отказ от союзнических обязательств со всеми вытекающими последствиями.»

Когда советники вышли, Тромб остался один. Он взял со стола тяжелый кристаллический шар, награду от одной оборонной корпорации. Внутри в подвешенном состоянии плавала точная модель земного шара. Он встряхнул его, и внутри поднялась метель. «Новый мировой порядок, – прошептал он. – Начинается с чистого листа.»

Он не знал, что в это самое время в подземной тиши сибирского бункера его фотография уже висела на экране как цель №001. И что «приемлемый риск» в расчетах русского генерала Семенова означал не потерю нескольких городов, а полное и гарантированное превращение территории Пиндосии в радиоактивную пустыню, непригодную для жизни в течение десяти тысячелетий.