Читать книгу Хроники несбывшегося Завтра - Сергей Свой - Страница 7

ГЛАВА 7. Первые часы

В бункере «Ворон-2» тряслась земля. Сотрясения от близких мощных взрывов доносились даже сюда, на глубину в сотни метров. Погасла часть освещения, переключившись на аварийное. С нескольких экранов пропала картина. Связь с западными военными округами и с Генштабом в Москве прервалась.

Петр Петрович Иванов стоял, держась за спинку кресла. Рядом, обхватив голову руками, сидел генерал Семенов. Он что-то шептал, и Иванов через мгновение разобрал: «…ответили… мы ответили…»

«Да, – тихо сказал президент. – Мы ответили. И что теперь?»

Офицер связи, переживший первый шок, докладывал обрывками данных, которые еще удавалось получить по защищенным линиям и через низкоорбитальные спутники, еще не вышедшие из строя.

«…подтверждено поражение командного центра в Вашингтоне… массивные разрушения в районе базы МБР Малмстром… данные о пусках с территории КНДР… цели – базы Пиндосии в Японии и… вероятно, территория метрополии… связь с нашим посольством в Пхеньяне потеряна…»

«Корейцы? – удивленно поднял голову Семенов. – Они… они вступили? Сами?»

«Похоже, что да, – кивнул офицер. – Это меняет всю картину. Пиндосия теперь получила удар и с востока.»

Иванов закрыл глаза. Его расчет, его страшный расчет на то, что удар должен быть тотальным, чтобы у противника не осталось ни воли, ни средств для ответа, оказался верен. Но он не учел третью сторону, которая увидела в этой бойне гигантов свой шанс. Цивилизационная война перерастала в глобальный хаос.

«Связь с Китаем?» – спросил он.

«Есть по спецканалу. Они передают: «Приняли к сведению. Держитесь на расстоянии. Наши силы приведены в состояние высшей боевой готовности. Любое приближение к нашей границе или падение боеголовки на нашу территорию будет расценено как акт агрессии и повлечет немедленный ответ.»»

«Они заняли позицию вооруженного нейтралитета, – прошептал Семенов. – Умно.»

Внезапно один из оставшихся в работе экранов показал кадры с внешней камеры, которая, видимо, уцелела где-то на Урале. Кадры были зернистыми, прерывистыми. Но на них было видно небо. Не обычное, предрассветное. А небо цвета расплавленного металла, багровое, с клубящимися черными и оранжевыми облаками. И на этом фоне – несколько ярких, быстро движущихся точек, оставляющих дымные следы. Одни уходили вверх, в космос, другие – пикировали вниз. Это были ракеты. Их было видно с расстояния в сотни километров.

«Боже правый… – кто-то в зале выдохнул. – Это… это над всей планетой.»

Иванов понял. Это было только начало. Первый залп. За ним последуют, возможно, второй, третий, по уцелевшим целям. А затем начнется самое страшное – долгая, холодная смерть от последствий. От пожаров, от радиации, от разрушения инфраструктуры, от голода. От ядерной зимы, которая неминуемо наступит, когда тысячи мегатонн сажи и пепла поднимутся в стратосферу и закроют солнце на годы.

Он посмотрел на планшет, который все еще держал в руке. Экран был темным. Система «Гром» выполнила свою задачу. Теперь судьба мира была в руках тех, кто выжил на поверхности. Если кто-то выжил.

«Генерал Семенов, – сказал Иванов, и в его голосе прозвучала беспредельная усталость. – Отдайте приказ по всем уцелевшим каналам. Военным округам, отрядам гражданской обороны. Переходить на автономное существование. Оказывать помощь населению. Сохранять порядок. Бороться за выживание. Это… наш последний приказ.»

Семенов, старый солдат, выпрямился и отдал честь. «Есть. Бороться за выживание.»

Иванов отвернулся к темному экрану, на котором еще минуту назад светилась карта мира. Теперь это была карта руин. Карта конца одной цивилизации и, возможно, начала долгой, мучительной борьбы за право другой – когда-нибудь, через столетия – возникнуть из пепла.

Где-то над планетой, в стратосфере, уже формировался гигантский гриб из пепла и дыма, который скоро объединит все отдельные грибы от тысяч взрывов в один сплошной смертельный покров. Рассвета в этом мире больше не будет. Начиналась долгая ядерная ночь.