Читать книгу Шесть минут. Сборник прозы - София Агачер, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 4

Здравствуй, дорогой Читатель!

Как-то раз французский физик, математик и литератор Блез Паскаль написал: «Это письмо получилось таким длинным, потому что у меня не было времени написать его короче».

Так что не сердись, что я так длинно и манерно.

Все мы родом из детства, и меня, видно, мучает ностальгия по такому личному и тёплому способу общения с близким человеком, как эпистолярный жанр.

А кто может быть ближе писателю, как не читатель? Читатель – всё равно что родственник. Он и поругает, и простит, если, конечно, прочитает.

Один из своих диалогов Платон назвал «Пир». Поэтому сразу хочу учесть свои прошлые ошибки и предупредить тебя, что все мои произведения необходимо читать сытым, поскольку в них живописно и вкусно повествуется о такой неотъемлемой части жизни каждого человека, как еда.

Романы, как и любая жизнь, подразделяются на «короткие» и «долгие». И это не имеет никого отношения к количеству знаков, собранных ими.

Писатель – путешественник в стране Литературия. Он странствует по ней, идя по жизни. И чем дольше продолжается этот вояж, тем легче понять, что от тебя хотят эти строптивые буквы русского алфавита.

Роман-травелог «Путешествие внутри себя» был написан за 6 месяцев. Начинается он с описания роскошного московского базара. И по мере продвижения рассказчицы по маршруту ты, дорогой Читатель, вкушаешь смачную белорусскую мачанку из драников, тушёных в печи ершей в сметане, янтарную глазунью с маленькими пупырчатыми огурчиками, корюшку, копчёного угря и камбалу, десерт из корочек ржаного хлеба со сливками и брусникой, фаршированную щуку в малиновом желе, кровяную колбасу… делаем перерыв для проглатывания слюны и похода к холодильнику!

Вкушение еды так похоже на чтение хорошего текста, что трудно удержаться иногда, чтобы не смешать эти два жанра.

Но только чтение и письмо, по словам Гертруды Стайн, равносильны существованию.

Изначальный вариант моего романа «Твоими глазами» возник в два присеста. Первую его часть я строчила как сумасшедшая две недели. Видела каждую деталь и создала как сценарий, ждущий своего продюсера и режиссёра. Через несколько месяцев я добавила вторую часть.

Прошло пять лет.

Я излечилась, по меткому выражению Марины Кудимовой, от «боязни быть непрочитанной». Собралось достаточное количество материала для создания нового варианта романа «Твоими глазами». Катализатором процесса послужило написание пьесы по его мотивам.

Я обжилась в Литературии, стала, если так можно выразиться, старожилом.

Как ты понял, дорогой Читатель, это всё о моих «коротких» романах, но есть и «долгие». Их я пишу десять, пятнадцать, двадцать лет.

Дышу, живу, пишу, коплю в литературном банке мысли, персонажей, действия, иногда сразу целые главы, беседы с прототипами героев и впечатления от путешествий по их тропам.

Мне нравится жить буквами, смыслами, случается и обратный процесс: иногда я говорю словами моих героев.

У нас с литературой возник, как говорят диетологи, химический процесс – обжигающий, болезненный, острый и душистый, как соус «Табаско», не дающий прикоснуться к событийному ряду и проглотить даже маленькую ложечку неготового «блюда».

Всё вместе это кипит и булькает в моём воображении, как в кастрюле, когда «готовится» новый роман.

Я никуда не тороплюсь. И мне совершенно не важно, сколько понадобится времени для приготовления. Главное, чтобы блюдо получилось.

Увещевания издателя не ускоряют эти сроки. Просто в один момент окружающий мир меняется, пары готового варева вырываются наружу и заполняют всё вокруг. Я выдыхаю время, и единственным обитаемым пространством в моей жизни становится письменный стол.

Я вычерпываю «готовое блюдо» не спеша, смакуя каждую строку, страниц этак по 6—8 оригинального текста в день.

На «приготовление» романа «Исцеление мира. Журнал Рыси и Нэта» потребовалось 10 лет, а на его «сервировку» – около года.

И получилась этакая роскошная «царская уха» – описание её, дорогой Читатель, ты можешь найти в прологе книги.

Как можно было не поделиться с тобою писательским восторгом от вкуса романа в самом начале повествования?!

К чему все эти разглагольствования?

А к тому, что готовится мой новый роман – «Маруся»: всё ещё в процессе, всё ещё варится…

Не знаю, как ты, но я больше всего люблю творить закуски и десерты – пикантные и ароматные, яркие и роскошные: салаты, креветки, устрицы, тосты с икрой, пирожные-безе с кремом и мягкие булочки с ванильным творожком. Перечислять их можно до бесконечности, и все они различаются не только по названию, но по вкусу и виду.

Для их создания нужны феерическое вдохновение и особый случай.

В моём творчестве это рассказы и очерки, и я предлагаю их тебе, дорогой Читатель, как официант, торжественно подносящий меню. В этом сборнике прозы «Шесть минут» – самое вкусное и импульсивное, что мне удалось создать за последние восемь лет.

Вижу, как ты хочешь спросить меня: «Почему сборник назван „Шесть минут“?»

Я – писатель и кулинар по духу, а по профессии – врач, анестезиолог-реаниматолог.

Мы – «пограничники», охраняем границу между мирами и задерживаем «нарушителей», что пытаются проскочить её – кто на машине, кто на самолёте, а кто и в попытке взлететь, подобно Икару. И у нас есть на это только шесть минут: коротких и очень длинных, вмещающих не только прошлую, но и будущую жизнь пациента.

«…Во что бы то ни стало… любую дистанцию до больного реаниматолог обязан преодолеть за шесть минут», – это слова профессора Полонского, одного из героев моего рассказа «Шесть минут», давшего название всему сборнику.

Так и в рассказах я пытаюсь преодолевать время и пространство по кратчайшей дистанции.

Удар молнии, падение звезды, феерическая радость победителя на пьедестале, красивый десерт, рассказ – всё это импульсы, запускающие новую жизнь.

Прости, дорогой, что получилось немного длинно и путано, но, как говаривал французский мыслитель Эмиль Чоран, «безупречная чистота переваривается с трудом, поскольку она несовместима с вдохновением».

Твоя София Агачер