Читать книгу Чайка - Валерий Уваров - Страница 5

Лето подходило к концу, но дни стояли солнечные и жаркие. Лера целыми днями проводила у озера. С утра она успевала помочь матери полить огород, требующий ежедневного ухода и внимания, но после обеда она была свободной до вечера. «В сентябре пойду в десятый класс. Год пролетит незаметно. Ну, а после? После будет экзамены в военное училище. Дальнейшее будет зависеть только от тебя самой, Лерка», – подбадривала она себя, совершая очередной заплыв подальше от берега. На озере всегда было много отдыхающих, как взрослых, так и детей, весело проводящих время на основном городском пляже. Сегодня Лера для отдыха выбрала местечко подальше, на «диком пляже». К ней присоединялась ее мать – Светлана Сергеевна. Она не любила шумных сборищ и чрезмерных возгласов и криков, издаваемых ребятишками выражающих детский восторг от купания. Они раздражали ее мать.

– Пойдем подальше отсюда, Лера, – первым делом заметила Светлана Сергеевна, когда она с дочерью подошла к основному месту отдыха. – От шума детей у меня начинает болеть голова. В школе я наслышалась их предостаточно. Сейчас мне хочется побыть в тишине.

– Как скажешь, мама. Есть у меня укромное местечко. Там редко кто бывает. И мы немедленно направимся именно туда.

Они не без труда пробрались к тихому местечку. К нему вела узкая, малозаметная тропинка, временами исчезающая среди высокой травы. Прибрежная растительность от близости воды и жаркого солнца в здешних местах отличалась особой густотой и пышностью.

– Мама, мы на месте. Чувствуй себя, как дома, – весело шутила Лера. – Не правда ли красивое и спокойное место. Никого поблизости нет. Никто нам не помешает хорошо провести время.

Неширокая полоса чистого, крупного песка отделяла их от озера, сверкающего и как бы двигающегося в лучах летнего солнышка. Приятная прохлада исходила от мощных озерных потоков, освежая горячие плечи и руки, успевшие стать коричневыми в течение лета. Светлана Сергеевна, скинув легкое платье, не спеша вошла в воду. Вода была по ней. Ей всегда нравилась теплая вода. «Словно по заказу. Хороший мне подарочек сделала сегодня дочь. Давно я так славно не купалась». Она недалеко отплыла от берега и перевернулась на спину. Спокойно легла, и иногда подгребая под себя руками, вглядывалась в синее бездонное небо. На нем, временами, появлялись сменяющие друг друга разнообразные барашки облаков. Голова Светланы во время купания отдыхала. В других обстоятельствах женщину никогда не оставляли мысли о прошлом и реже о настоящем. За дочь она не беспокоилась. Светлана давно убедилась, что ее дочь легко и непринужденно может плавать и передвигаться по ней быстро и без особого напряжения. «Мне в самый раз пора выбираться на песочек. Следует на нем погреться. Находясь в воде, много не загоришь». Не слишком торопясь она поплыла к берегу и, выйдя из воды, неожиданно столкнулась с мужчиной, неслышно подобравшегося к ней.

– Ой! Как вы меня напугали! Я почему-то вас раньше не видела.

– Прошу прощения, – незнакомец поднес руку к загорелому лбу. – Разрешите представиться – Андрей Павленко, – отдыхающий. Извините меня за столь внезапное вторжение.

– Светлана Озерова. И что вы здесь делаете или собираетесь делать, Андрей? Я вижу, что вы как будто и не местный? Коренные жители все успели загореть за сезон, а у вас все тело, кроме лица, только покраснело.

– Вы правильно заметили, Светлана. Я – геолог и на днях получил отпуск. Давно я его ждал. Целых два года. Геологи все время в поле, в командировках. Понятно, что загорает одно только лицо. Все остальное закрыто камуфляжем. А вы женщина наблюдательная. Случайно, не работаете в милиции?

– Нет, Андрей.

Они оба как-то сразу перешли на «ты» словно были давно знакомы.

– Я – учитель и должна разбираться в людях.

– Верно, ты говоришь и как мне сразу не пришло в голову, что ты педагог. Должен был бы догадаться и не задавать глупых вопросов. Но, меня можно понять. Всю дорогу проводишь среди мужиков. У нас разговоры сплошь о камнях, да где отдохнуть получше.

– В наших местах хорошо отдыхать, Андрей. Теплый климат и никто не мешает. Сегодня мы с дочерью решили на воде провести свободный денек.

– Но, где же твоя дочь, Светлана? Неужели она в озере? И ты не беспокоишься за нее.

– Нет. Все в порядке. Она плавает у нас как рыба. Опасаться больше надо за меня. Я всегда боялась воды.

– Ничего особенного нет. Все люди разные. Мы геологи всегда опасаемся воды и все время с ней боремся, когда она начинает заливать наши пробуренные шурфы. Но, я считаю, что тебе не интересно меня слушать. Лучше пойдем, полежим на теплом песочке.

Среднего возраста с густыми черными волосами геолог напоминал Светлане ее пропавшего мужа, о котором она до сих пор не имела никаких известий. Она с интересом слушала его, когда он начал рассказывать занимательные истории из жизни геологов.

– Светлана! Ты знаешь, чем они станут заниматься, прибыв для отдыха в санаторий? Считаешь, что они серьезно настроены на лечение? Ничего подобного, Света. Первым делом для геологов необходимо «залудить» стакан, а после видно станет, чем им заниматься. Пойдут искать приключений на свою попу. Ты меня извини за подобные выражения. Я тоже отвык от общения с нормальным женским обществом, и меня как-то можно понять.

– Прекрати извиняться, Андрей. Я все тебя прекрасно понимаю.

Светлана сразу подумала, что и она поотвыкла от общения с нормальными мужиками. «На нашей работе, считай, одни женщины. Директор школы – Адольф Николаевич разве может считаться нормальным мужиком. Он и на любых женщин смотрит как на ряд скрипок, в каком-нибудь симфоническом оркестре».

– Я вовсе не таков, какими является большинство моих коллег, – продолжал, словно читая мысли Светланы, мужчина. – Больше всего я люблю красивую природу, смотреть на воду и, красивых женщин, одной из которых, несомненно, являешь ты Света.

– Не надо мне льстивых слов, Андрей. Мы с тобою совсем не знакомы, а ты мне рассыпаешь налево и направо свои комплименты, словно мы вечность знаем друг друга.

– Снова меня извини, Света, если я что сказал невпопад. Но, я хорошо усвоил, что хорошего человека видно издалека и его можно узнать с первых слов.

Они говорили час – полтора, а дочки все не было видно. Волнение матери передалось Андрею, и они стали неотрывно смотреть на водную гладь, поблескивающую серебристо – свинцовым цветом.

– Не волнуйся, Светлана. Думаю, что с ней все в порядке. Может она приплыла обратно и отдыхает в другом месте, неподалеку от нас? Ты сама говорила, что твоя дочь великолепно плавает. Когда она появится, я буду рад познакомиться с ней.

Сегодня Лариса заплыла так далеко, что ближайший берег едва просматривался в дымке солнечного света, образующей своего рода прозрачный туман, сверкающий разнообразными искорками. «Какая же красота на нашем озере. И ни на какое море совсем не надо ехать, хотя мне хочется побывать. Все у тебя впереди, Лера и все будет дальше зависеть исключительно от тебя». Время от времени она переворачивалась на спину, и лежала, рассматривая синее небо и размышляя о предстоящих экзаменах. Лариса почти не устала, хотя заплыв длился более часа. Она была твердо уверена, что сможет держаться в воде сколько угодно времени. «Надо только уметь отдыхать лежа на воде. Вся нехитрая наука». Никаких людей и лодок поблизости не было. На озере было запрещено пользоваться катерами и моторными лодками. Остальные маломерные суда, вроде резиновых и деревянных лодок, как правило, не заплывали на столь отдаленные расстояния. Иногда, девушка полностью уходила под воду, чтобы охладить голову, быстро нагревающуюся, под синей купальной шапочкой. Задержав дыхание, она короткое расстояние плыла под водой, рассматривая все, что находилось перед глазами. Серые, в основном, некрупные рыбки с удивлением рассматривали внезапно появившуюся перед ними неизвестное создание, напоминающее им большую рыбину, от которой все-таки надо держаться подальше. Вынырнув из воды в очередной раз, и приподняв голову для того, чтобы набрать себе побольше свежего воздуха, Лариса заметила в метрах десяти от себя красную шапочку. Она то появлялась, то исчезала среди мелкой волны. «Похоже, что человек? Что он здесь делает? Не каждый отважиться заплывать так далеко». После нескольких мощных гребков руками перед ней предстало бледное, крайне испуганное лицо молодой женщины. Женщина попыталась что-то крикнуть, но набежавшая волна перекрыла ей рот. «Да она тонет. Бедняжка начинает терять последние силы». Красная шапочка в последний раз показалась на водной поверхности и стала медленно погружаться в глубину. Больше не раздумывая, Лариса устремилась за ней и достала ее у самого дна. «Глубина не меньше шести метров. Ранее она ныряла и на большую глубину во время своих дальних заплывов, но никому о своих подвигах не рассказывала, опасаясь, что мама запретит ей плавание. Лера схватила руку женщины, но она судорожно вцепилась за девушку и потащила вниз, на дно. «Так у нас дело не пойдет. Иначе, я вместе с ней утону. Надо мне освободиться от ее захвата». Вспомнив, чему обучал ее на курсах Никита Сергеевич, Лера надавила точку на шее, где проходил чувствительный нерв, и женщина отпустила свой захват. С силой оттолкнувшись от глинистого и плотного дна, Лариса с тяжелой ношей через короткое время оказалась на поверхности. «Остается самое главное: побыстрее добраться до берега. Буду надеяться, что мне удастся спасти утонувшую. Она для меня тяжела и, кажется, что будет постарше». Минут через пятнадцать, Лера достигла берега. Не теряя времени, она положила девушку себе на колено и, повернув набок голову, с силой нажала ей на грудь. Внутри девушки что-то забулькало, и изо рта незнакомки полилась бурая вода. Лариса приложила пальцы к шее. Пульс хотя и слабый, прощупывался отчетливо. «Жива. Слава Богу! Все страшное осталось позади». Лариса благоговейно поцеловала крестик. Она его не снимала с шеи с момента крещения, и прочитала коротенькую молитву, выученную в детстве. «В первую очередь, мне надо как-то согреть пострадавшую. Хотя на улице лето, но бедняжка вся совсем синея». Лера принялась растирать неподвижное тело ладонями, вспоминая уроки инструктора по выживанию Никиты Сергеевича. Незнакомка открыла глаза и недоуменно посмотрела на Леру.

– Где я? И что со мной происходит?

– Все страшное позади. Лежи спокойно и не двигайся. Меня зовут Лариса или по-домашнему – Лера. А тебя как звать?

– Меня зовут Ритой, – прошептала девушка. – Почему мне так плохо? И все же, где я нахожусь?

– Ты Рита немного нахлебалась озерной водички. Но за здоровье не беспокойся. Ты пока спокойно полежи на песочке. Я сбегаю к маме. У нее найдется, что надеть на тебя.

Через пять минут Лера очутилась возле матери, разговаривающей с незнакомым ей мужчиной. Коротко и четко объяснив им, что произошло они, поспешили к пострадавшей. Рита пришла в себя, но из-за сильной слабости не могла передвигаться.

– Надо ее к врачу для осмотра. Велика опасность воспаления легких. При утоплении часто возникают пневмонии, – заключил Андрей. – Мы отвезем ее в больницу на моей машине. Она стоит неподалеку.

Переодев Риту в платье Леры, оказавшееся ей в пору, пострадавшую отвели к машине. Рита была чуть старше Леры года на два, но выглядела как ровесница, имеющая обычно общие интересы. Наблюдательная Лера, несмотря на царившую нервозность и суматоху сумела заметить, что появившийся Андрей, как будто узнал Риту, когда они все вместе прибежали к ней. И ей показалось, что и Рита признала его, потому что она стала волноваться и бледнеть увидя мужчину. Но, в напряженные часы спасения девушки спасателям было не до мелких подробностей. Нельзя было терять драгоценного времени. Все-таки Лера не удержалась от сгоравшего ее любопытства и, желая убедиться в знакомстве Андрея с Ритой, спросила мужчину, когда они подъезжали к поликлинике.

– Вы извините меня Андрей за мой нескромный вопрос. Мне почему-то показалось, что вы узнали Риту и она, вас узнала.

– Ты ошибаешься, девочка. Я Риту увидел только сегодня. В подобной ситуации ошибиться не трудно. Признаюсь, что и я растерялся, хотя по жизни всякого повидал немало.

«Он откровенно лжет новый знакомый мамы. Когда разговаривает с нами, смотрит непрямо в лицо, а куда-то вниз и чаще взгляд направлен влево. Очевидно, ему есть, что скрывать и дело со знакомством не совсем чистое. Он может оказаться неискренним человеком. Может быть, я и ошибаюсь, но не мешало поближе присмотреться к Андрею». Убедившись, что с Ритой все в порядке, и она пролежит в районной больнице с неделю для окончательного медицинского освидетельствования, Светлана стала прощаться с геологом.

– Хороший у нас сегодня выдался отдых, – улыбнулся Андрей. – Благодаря знаменательному деньку, я познакомился с тобой Света и заодно мы помогли несчастной девушке. По-моему мы смогли бы в дальнейшем обсудить произошедшие с нами события в каком-нибудь ресторане или кафе за чашкой кофе. К этому времени нам окончательно будет ясно состояние нашей пострадавшей.

– Неужели тебя так сильно интересует здоровье незнакомой тебе девушки? – с иронией поддернула его Светлана. – Мне чуть раньше казалось, что ты интересовался другой женщиной.

– Ты как всегда права, Светочка. Разве можно сравнивать тебя – распрекрасную во всех отношениях женщину с несчастной Ритой. Я стал тебя расспрашивать про нее исключительно для того, чтобы и в дальнейшем поддерживать с тобою наше знакомство и лучшего не смог ничего придумать.

– Будь проще, Андрюша, – улыбнулась ему Светлана. – Возьми мой телефон и когда надумаешь пригласить меня куда-нибудь, набери меня. И не надо больше никаких фантазий и выдумок. Так будет лучше для всех нас.

Существенных отклонений в здоровье Риты врачи не нашли и на третий день она была выписана из больницы.

– Как же я благодарна тебе, Лера. Если бы ты только знала. Меня уж давно не было на свете без твоей помощи. А мне хочется пожить. Сколько впереди нового и неизведанного. Тебе обязательно следует познакомиться с моим дедушкой. Так, что не станем больше тратить времени, и мы немедленно отправляемся к нему.

– Не могу найти слов благодарности вам, Лерочка, за спасение моей внучки. Впредь прошу вас считать меня своим старшим другом и весь мой дом в вашем распоряжении. Вначале мы будем пить чай. Пока он готовится, осмотрим мое скромное жилище.

Семидесятилетний дедушка Риты – отставной капитан торгового флота Амосов Владимир Иванович явно скромничал, называя свою обширную квартиру, хибаркой, не заслуживающей внимания. По сравнению с домиком Леры квартира скорее походила на маленький дворец влиятельного князя. Все стены были украшены картинами известных или вовсе неизвестных Лере художников. Старинная мебель отливала всеми оттенками красного и черного цветов. Напольные изящные вазы дореволюционной работы красовались по углам зала, заставляя гостей любоваться изящной отделкой изделий. Но не эти изделия и картины больше всего привлекли внимания Леры. Она не отрывала глаз от многочисленных моделей парусников и прочих судов, размещенных по всей квартире.

– Суда – любимые вещи моего дедушки, – заметила Маргарита. – Дед всегда интересовался морем. Он у нас старый моренам и много лет ходил по всем мировым океанам. На даче у него имеется мастерская, где он любит заниматься изготовлением моделей судов. Меня же, к моему сожалению, его занятия интересуют не очень. Я можно сказать, равнодушна к таким вещам. Но, я вижу, что его суда тебя сильно интересуют.

– Да! Мне все модели нравятся, и меня всегда тянуло к безбрежным морским просторам. Но каковы у тебя любимые занятия Рита? У тебя же должно быть любимое занятие.

– Разумеется, Лера. Я учусь в Барселоне, на филологическом факультете. И моя давняя мечта стать писательницей известной всему миру. В настоящее время у меня каникулы, но через две недели я должна вернуться в Испанию. У меня там семья: отец и мать.

– Ты что живешь в Испании? Я давно хотела побывать в этой стране. Мне нравится испанский. Я неплохо разговариваю на английском и немецком. Хочу стать переводчицей.

– За две недели, Лера ты у меня станешь свободно читать и разговаривать на испанском. Даю тебе слово. Пока я здесь мы будем разговаривать с тобой только на нем. Мне он неплохо знаком.

– И как же ваша семья оставила дедушку? Почему он с вами не поехал?

– Дед у нас старой закалки и не захотел покидать родину. Он без своей коллекции судов и картин не может прожить ни одного дня.

За чаем Владимир Иванович увлекательно рассказывал о дальних морских плаваниях и о том, как он старательно собирал уникальную коллекцию.

– Видите на левой стене марину. Ее я приобрел в Марселе. По манере изображения и письму она ничуть не уступит нашему Айвазовскому. Смотрите, как бушует море, грозно вздымающее к темному небу серо – белые волны. Художник малоизвестен, но полюбуйтесь, как он изобразил штормовое море.

– Несомненно, что он изобразил море великолепно, – ответила ему Лариса. – Какие редкие и интересные вещи в вашей квартире, Владимир Иванович. Все ваши экспонаты ничуть не уступают предметам, выставленных в каком-нибудь известном музее.

– Коллекцию я собирал всю жизнь, дочка, – с нескрываемой гордостью отвечал ветеран. – Я рад, что ты всем интересуешься, Лера. Моя Рита почему-то не уделяет большого внимания собранной коллекции. Но я ее нисколько не осуждаю. Она взрослая и может сама выбирать, что ей больше по душе. Принуждением ничего не изменишь.

– Не стоит из-за пустяков волноваться, мой дедуля, – вмешалась Рита. – Несмотря на небольшие разногласия, я очень люблю тебя и буду любить всегда.

– Ты что же Риточка конфузишь меня перед нашей гостьей. Ты лучше поцелуй ее, чем меня. Она вернула тебя к жизни, и я буду вечно благодарен Лере за спасение внучки.

Напоследок Лера я хочу тебе показать особенную коллекцию. Ты ее не увидишь ни в одном музее мира.

В овальной комнатке, где царила чистота, и она по внутреннему убранству напоминала больничную лабораторию, на отдельных стеллажах были размещены стеклянные сосуды и бутылки разнообразной формы и расцветки. Бутылки были как простыми, так и замысловатыми с рисунками и надписями, выдавленными на разноцветных стеклах. Имелись сосуды с непонятными цифрами и гербами.

– Только девочка не подумай, что я позаимствовал их из винотеки. Не балуюсь я вином давно, хотя в молодости перепробовал любую «огненную жидкость». Все собранные вещи выловлены в море при самых разнообразных обстоятельствах. Одни были пойманы сетью, когда мы ходили за рыбой, а другие – попросту были выброшены на берег во время прилива. Ну и остальные добыла моя команда. Все знали, что я собираю подобное добро и, если кто находил бутыли, то отдавал мне. Ребята отлично знали, что находкой обрадуют меня.

– И что в каждой найденной бутылке было письмо? Как интересно присоединиться к событиям прошлого и выяснить дальнейшую судьбу отдаленного послания.

– Письма Лера были не в каждой бутылке. Больше в них находились монеты, детские игрушки и всякая другая мелочь. Но есть и настоящие послания от тех, кто писал много лет тому назад. Попадались и признания в любви, письма к детям и семье, но среди них выделялись особенные письма. Крик надежды – такие письма отправлялись, тогда когда судно терпело бедствие. Кто-то из судовой команды, понимая, что в ближайшее время нет помощи или ее совсем не будет, посылал в закупоренной бутылке свое, последнее отчаянное известие в надежде на то, что когда-то людям станет известно о его судьбе или судьбе затонувшего судна.

– Может быть, и у вас есть подобные письма? – сгорая от любопытства, наседала на старого капитана Лера.

И не дождавшись ответа продолжала:

– Знаю, что они у вас есть. Зачем я вам задаю глупые вопросы? Думаю, что вам не хочется отвечать на подобные темы молоденькой девушке. Разговоры о таких вещах могут вызвать у вас отрицательные чувства. А они, в особенности после того что случилось с вашей внучкой, вам совсем не нужны и излишни.

– Ты все правильно расставила по своим местам, Лера. Слишком много воспоминаний о прошлом накопилось у меня в душе. Я тебе твердо обещаю, что через некоторое время, я тебе расскажу о любопытных посланиях из прошлого.

– Вы правы! В первую очередь, нам надо смотреть за состоянием нашей Риты. Хотя она и заверяет что у нее полный порядок, но оценить ее здоровье со стороны будет значительно объективнее.

Рита успела сходить в ближайший магазин, где купила роскошный торт и вновь предложила попить чая.

– Мы снова будем пить чай и оценивать достоинства кулинарного изделия. У нас в Испании торты тоже производят. Но, там они вовсе другие и не такие вкусные. Мне скоро собираться в дорогу. Бог знает, когда я снова попаду к дедушке.

– А есть ли смысл уезжать отсюда, Рита? – заметила Лера. – Твой дедушка тогда останется совсем один. Кто же его станет навещать?

– Навещать меня станешь ты, Лера, – вмешался старый моряк. – Я уже привязался к тебе как к родной и в самом деле я стану скучать без тебя.

– Честное пионерское! – заулыбалась Лариса. Вы что все думали, что я отстану от вас? Ничего подобного. Я хочу от вас услышать много разнообразных морских историй про ваши походы и приключения. Я с детства люблю море и все, что связано с водой. Недаром меня назвали Лариса – морская чайка.

– Хорошо! Хорошо Лера! Я вижу, что ты напористая и смелая девушка. Стану тебя ожидать каждый день. А теперь, уважаемые дамы, разрешите мне откланяться. Что-то я подустал сегодня.

Капитан с удовольствием выпил коньяка и, не забыв похвалить торт, удалился в свою комнату, где его ожидала любимая кровать.

– Лера! Настала пора заглянуть в мою комнату. Хоть немного станешь понимать, как живут испанские студенты.

Скромная кровать. Четыре полки с иностранными книгами, в основном на испанском, гитара в изящном футляре. Заметив взгляд Леры, направленный на инструмент, Рита пояснила:

– Она есть у каждого студента. В нашей стране любят народные песни и танцы.

– А я люблю играть на скрипке, Рита. У меня мама – учительница музыкальной школы. Но в последнее время я больше наседаю на иностранный. Через год я намерена поступить на переводчицу. Ты уже обещала мне помочь с испанским.

– Начнем сегодня, не откладывая. Не будет терять время. Посмотри для начала самоучитель. Не знаю, зачем я его с собой вожу. Но, он во время подошел к тебе и это здорово. Возьми его Лера и выучи слова до пятнадцатой страницы. Сумеешь осилить?

– Попытаюсь Рита.

– Замечательно. Я рада.

– Жаль, что ты вскоре уедешь. Обещаю навещать твоего дедушку. Но все же он остается один. Вдруг могут появиться незнакомые люди, интересующиеся его коллекцией. Что же он тогда сумеет сделать?

– Интересный вопрос ты задала, Лера. Я совсем не думала, что так может выйти. По правде, к деду редко кто заглядывает. Но совсем недавно к нему заходил тот мужчина, с которым твоя мать встретилась на известном нам пляже. Я вспомнила его, когда ты спасала меня.

– Но Андрей сказал, что незнаком с тобой. Может он разговаривал только с твоим дедушкой, а тебя не было дома.

– Как бы ни так, Лера. Я в этот день и была дома. Я видела его, как он долго разговаривал с дедом. Весь разговор мне не удалось расслышать, так как была в соседней комнате, но кое-что расслышала. Мой дед рассердился на посетителя и указал ему на выход.

– Так что же ты смогла расслышать, Рита?

– Мужчина что-то хотел купить у дедушки или обменять некий предмет. Когда мой дед отказал ему, он стал сердиться и, как мне показалось даже угрожать.

«Да. Не все спокойно в Датском королевстве. Мне стало казаться, что новый знакомый Андрей совсем не простой человек, каким он представляется на первый взгляд. Как-то странно выглядит, что он «своевременно» появился на берегу озера во время моего заплыва. Может все не случайно?»

– А ты рассказала дедушке, что Андрей был на озере?

– Зачем мне лишний раз беспокоить пожилого человека? Что от этого может измениться?

– Пожалуй, Рита ты правильно поступила.

Светлана Сергеевна продолжала встречаться с новым другом. Он несколько раз приглашал мать Ларисы в кинотеатр или прогуляться на свежем воздухе, благо стояли тихие, летние вечера. Продолжительное лето длилось столь долго, что люди начали верить, что тепло останется навсегда и вовсе не будет никакой осени. Но, девушка твердо знала по своему, хотя и небогатому, но крепко усвоенному жизненному опыту, что чудес, подобных цирковым, в жизни не бывает. Подобные чудеса как будто встречались раньше, но тогда она была совсем маленькой девочкой с нетерпением ожидающего новогоднего Деда Мороза с кучей разнообразных подарков и сладостей. Лера не раз пробовала поговорить с матерью на счет Андрея. Она пыталась предупредить ее, что новый знакомый вызывает у нее определенные подозрения и может, затевает что-то нехорошее. Но, Светлана Сергеевна, ослепленная новым знакомством, попросту, до конца не хотела выслушать родную дочь. Никакого душевного разговора у них не получалось.

– Перестань Лариса говорить мне об Андрее. Я тоже достаточно большая, хотя ты и выше меня ростом. Предоставь мне право самой выбирать: с кем водить или не водить знакомства. У меня есть право на собственную личную жизнь, впрочем, подобное право имеется и у тебя. Одно между нами отличие. Я все же больше тебя повидала в жизни самых разнообразных людей, чем ты моя дорогая.

– Но что подумает наш отец, мама, – робко, но настойчиво возражала дочь. – Папа будет очевидно не в восторге от твоих встреч с посторонними мужчинами.

– Как далеко ты закинула удочки, Лера. Пожалуй, слишком далековато от берега. Чем наш отец сейчас занимается, и где он живет, никто нам не скажет. И когда он появится у нас, никто не знает. А наши годы, словно стремительный паводок. Шумно несутся бурные потоки весенней воды и вдруг через короткое время они начинают иссякать. А потом и вовсе исчезли.

– Твоя позиция ясна, мама. Поступай, как считаешь нужным. Я тебе высказала свое мнение об Андрее. Попрошу тебя об одном. Будь с ним предельно осторожна.

Раза три Андрей бывал у них дома, когда он провожал Светлану Сергеевну после совместных прогулок. Оставшись вдвоем в большой комнате, они долго сидели и тихо переговаривались между собой. Иногда, разговор прерывался тихим смешком Лериной матери. Девушка, как правило, избегала общения с Андреем. Как только он появлялся у них дома, она шла к себе в комнату и начинала усердно изучать языки. Но, если сказать по-честному, она мало что понимала из прочитанного. Все ее внимание было направлено на влюбленную парочку, воркующую на диване. Собака Яшка то же почему-то невзлюбила Андрея. Как только он приближался с матерью к дому, пес начинал злобно рычать, а иногда и лаять.

– Не любят меня почему-то все собаки, – пытался шутить Андрей. – Похоже, они чуют во мне дикого животного. В экспедициях, там, где мы работаем, всякого зверья было немерено. Порою в тайге медведи вплотную подходили к нашим палаткам в поисках съедобного. Приходилось их отпугивать. Иначе, они попросту могли съесть нас.

– Наша собака дядя Андрей принимает вас за волка или дикого медведя. Кстати, вы и внешне напоминаете этих животных.

– Нельзя так говорить о людях, Лера, – одергивала ее мать. – Наш Андрюша совсем на них не похож. Не так ли, Андрюша?

– Правильно сказано любовь, моя, – расцветал Андрей. – Я не обижаюсь на Леру. В ее возрасте у подростков все очень непостоянно. Везде они видят подвохи и, естественно, в первую очередь, стараются показать собственное «я».

Через месяц Лариса в основном овладела испанским. Он оказался вовсе не таким сложным и мучительным, как ей ранее казалось. Рита была в восторге от успехов своей ученицы.

– Ты стала говорить как настоящая сеньорита. Необходимо в разговоре попрактиковаться с живыми людьми и тогда будет полный порядок. Когда найдешь время обязательно приезжай в Испанию. Мои родители всегда рады повидаться с тобой. Завтра я уезжаю. На днях начнется учебный год. И, напоследок, не забывай нашего деда. Он часто говорит и вспоминает тебя. Как же ты дорога мне, Лера? Как была бы я рада, когда ты почувствовала мою любовь к тебе. К сожалению, я не способна передать мои чувства полностью. Верю, что мы с тобою обязательно встретимся.

«Мне надо срочно не откладывая проверить дедушку Риты» – думала Лера, выполнив всю порученную ей домашнюю работу. Он, наверное, скучает по внучке, и поддержать старого человека мне необходимо». Купив скромный тортик (не приходить же в гости с пустыми руками) она подошла к знакомым дверям и остолбенела от удивления. На дверном проеме Лера увидела узкую ленту с надписью «опечатано» и с круглой милицейской печатью. «Что-то случилось с Владимиром Ивановичем? Где же он может сейчас быть? Жив или произошел несчастный случай? Возраст у него почтенный и всякое может случиться. Хотя неделю назад он выглядел молодцом». На всякий случай Лера подергала за ручку, но как она и ожидала, дверь была плотно заперта на ключ.

– Можешь не стараться, девушка, – услышала она женский голос за спиной. – Вчера увезли нашего Иваныча в больницу. Неизвестные люди ограбили его квартиру и чуть не убили старика.

– Так значит, Владимир Иванович жив! – чуть ли не закричав от радости, воскликнула Лера. – Не скажете мне в какую больницу его направили?

– Так я и буду тебе докладывать, – грубо отвечала пожилая соседка. – Может ты одна из грабивших квартиру. Но как будто ты на них не похожа. Да и не по силам тебе сделать подобное.

– Правильно тетя рассуждаете. Я не из них. Я – Лера, подруга его внучки Риты. Я часто навещаю семью Владимира Ивановича.

– Похоже, ты мне правду говоришь. Теперь я вспомнила, что видела тебя вместе с Ритой в нашем дворе. Ты извини меня старую, если что не так сказала.

– Пустяки. Ничего страшного. Мне только надо знать адрес больницы.

– Увезли его родимая в Боткинскую больницу. А куда положили – ничего не могу сказать. Я бы все равно и не запомнила. Мои годы берут свое.

Выяснив у дежурной медсестры палату, где лежит Владимир Иванович девушка поспешила к нему. Несколько ссадин на потемневшем лице и обвязанная голова указывали, что основной удар нападавших пришелся на это место.

– Главное, Владимир Иванович то, что вы живы и относительно целы. Как я вижу, дела у вас не совсем плохи, как мне расписали ваши соседи.

– Все ничего, Лерочка. Только слабое сотрясение головного мозга. Какой-то негодяй ударил меня тяжелым по затылку. Я был тогда в шапке и на время потерял сознание. Когда я очнулся, понял, что кто-то побывал и успел основательно поработать у меня дома. Исчез ряд моих ценных и любимых картин, три вазы и пропало письмо, найденное в морской бутылке. Налетчики, скорее всего, знали, где все лежит. Ну, а я, как ты сама видишь, теперь в больнице и ожидаю очередного укола. Чувствую себя неплохо, иногда кружится голова.

«Признаки сотрясения головного мозга» – вспомнила Лера занятия по медицинской подготовке».

– Для вас основное – покой. И больше никакого волнения. Но, вы можете сказать мне или рассказывали милиции: кто смог сделать налет? Имеются в виду подозрительные люди, знающие о вашей коллекции.

– Пока нет, Лера. Ко мне приходили и до сих пор приходят разные люди, интересующиеся стариной. Один из них и явился наводчиком, указавшим грабителям, что надо взять. Но, возможно, мои вещи взял и наводчик. Есть материал для раздумий, чтобы поломать голову.

– Владимир Иванович я запрещаю вам раздумывать о грабителях. Вы постарайтесь отвлечься от случившегося. Предоставьте решать такие задачи следователям и мне. Может быть, мы докопаемся тогда до чего-нибудь дельного.

– Тебе, зачем все это надо, моя дорогая девочка, – засмеялся Владимир Иванович. – Профессионалы не смогли раскрыть дело по горячим следам, а ты хочешь что-то найти.

– Вы хоть посмеялись Владимир Иванович и то хорошо. Отлично известно, что любой смех приближает выздоровление. Я все же возьмусь за ваше дело, как бы вы не старались отговорить меня.

Историю, произошедшую с Владимиром Ивановичем, девушка рассказала матери. Светлана Сергеевна внимательно выслушала дочь и заметила:

– Только доченька не вмешивайся в дела такого рода. Лучше побереги себя и меня. Я тебя хорошо знаю, что тебе всегда надо «докапываться» до истины и определять: кто прав, а кто и виноват? Нам всем достаточно хватило твоего прошлого приключения с курением травки. Есть компетентные органы. Пусть они и разбирают подобные дела.

– Хорошо, мамочка. Учту все твои замечания. Ты только скажи: твой друг Андрей интересовался мной или Ритой, или расспрашивал о наших семейных делах?

– К чему ты клонишь дочь? Что-то я не совсем понимаю тебя. Да. Я иногда разговаривала с Андреем на подобные темы. Мне же надо с ним о чем-то говорить. Как же мне не рассказать о дочери и с кем она дружит. Разве я говорила про тебя что-то секретное или постыдное?

– Нет. Мамочка. Ты все делала правильно и ты у нас молодец.

– Так будет лучше, – успокоилась мать. – Твое личное дело, если ты невзлюбила Андрея. Ты ошибаешься. Он прекрасный человек и любит все красивое, что нас окружает. Ты бы только знала Лера, что он может часами говорить о картинах художников Средневековья и о других античных предметах. Он хорошо разбирается в вопросах искусства, и ты бы, наверное, поменяла свою точку зрения о нем. Андрей хоть и геолог, но в картинах разбирается не хуже любого искусствоведа.

– Мама! Я и не знала. Когда бы ты мне рассказала об интересах Андрея чуть раньше, я, возможно, изменила свое мнение о нем.

– Ты что и вправду хочешь поговорить с Андреем по поводу искусства? – обрадовалась Светлана Сергеевна. – При первой же возможности я обязательно сделаю так, чтобы ты поговорила с ним. Но когда будет встреча – я не знаю. Он целую неделю не встречается со мной. В чем дело? Я до сих пор не пойму.

«Вряд ли он станет больше встречаться с тобой, моя наивная мамочка. Я почти твердо уверена, что именно Андрей со своими подельниками совершил налет на квартиру Амосовых. Хотя все это мои косвенные предположения, но я чувствую, что мои догадки о подозрительном геологе не лишены оснований».

– Мама! А ты не знаешь, где остановился Андрей? Может быть, я схожу к нему и напомню, что Светлана Сергеевна еще жива, и она хочет увидеть его.

– Что ты задумала, дочь. Бог с тобой! Не хватало того, чтобы и ты вклинилась в наши взрослые дела. Как будто у тебя своих дел мало. Я у Андрея дома ни разу не была. Он все время ссылался на свою неустроенность и что он снимает квартиру вместе с двумя товарищами. Правда, не так давно он мне показал домик, неподалеку от твоей школы, когда мы проезжали мимо. Такой невзрачный на вид, зелено-серого цвета. Одним словом – частный сектор. Домишко старый, как не у нас. Только недавно его покрасили. И как мне кажется: переступить порог этой избушки любой приличной женщине будет крайне неудобно. Поэтому, я считаю, что Андрей прав. Не хочет он мне показывать подобные места.

– Ладно, мамочка, дорогая. Успокойся. Я вижу, что ты разволновалась. И какая я у тебя дочь непонятливая?

– Все в порядке. На меня нахлынул поток различных воспоминаний и о нашем отце и об Андрее, да и о старике Амосове. Подай мне лучше платок, Лера.

Лера быстренько подала матери свежий, белый платочек, достав его из сумки матери.

– Мама у тебя в сумочке есть и другой платок – по-моему, мужской. Я его чуть не спутала с твоим.

– Ты нашла платок Андрея. Он мне когда-то его подал, чтобы вытереть испачканные руки. Хотела его простирнуть и отдать обратно. Но с делами забыла про него.

Мать вытащила большой клетчатый платок и кинула его в корзину с бельем, предназначенным для стирки.

– Так будет лучше. А пока что Лера пора спать. Однако хорошо мы с тобой посидели и поговорили. У нас редко с тобой разговор получается.

Лариса вечером не ложилась спать. Она обдумывала, как лучше осуществить задуманный ею план. Ближе к утру, когда только начала белеть ночная темнота, она, убедившись, что мать спит, вышла из дома и в сопровождении Яшки направилась к школе. Девушка шла уверенно и быстро, держа в кармане платья платок Андрея. Дав, понюхав верному псу мужское «сокровище» она чуть ли не бегом поспешила за собакой. Пес нюхал и нюхал землю неподалеку от ее школы и, наконец, взял след. Домик, в самом деле, оказался невзрачным и окруженным глухим забором. «Мне надо любым способом попасть во двор. Нельзя терять время. Рассвет наступает буквально на пятки. Надо действовать, пока темно». Она перебралась через забор и приблизилась к низенькому окну, задернутого занавеской. Несмотря на столь ранний час в доме не спали. Сквозь щель, не задернутой до конца кухонной занавески, Лариса увидела двух мужчин, о чем-то говорящих между собой. «Один из них – Андрей. Мои догадки подтверждаются». Она вплотную прильнула к кухонному стеклу и отчетливо расслышала, как Андрей говорит незнакомцу:

– Мы закончили, Клим. Твое дело сегодня передать товар и рассчитаться с нами. Слишком опасно оставаться в городе. Возьми груз и исчезни.

Андрей вынул из большой сумки какой-то свиток. Лера чуть не закричала. Она узнала одно из полотен, висевших в доме Амосовых.

– Пошли Яшка отсюда. Все что нам надо, мы с тобой выяснили.

Через три дня Леру вызвали в местный отдел милиции.

– Выражаем вам благодарность, гражданка Озерова за оказанную помощь в поимке банды мошенников. Получите подарок от нашего отдела.

Полковник вручил благодарственную грамоту и изящную скрипку.

– Мы всем отделом думали, что вам подарить и решили остановиться на ней, узнав, что вы увлекаетесь музыкой. Достойное занятие для молодой девушки. Вдобавок ко всему: умной и образованной.

– Не следует меня чересчур расхваливать, товарищ полковник. Как и у любого человека у меня тоже есть недостатки.

– Они имеются у всех, Лариса. Но сегодня отличились именно вы, а не кто-то другой. Побольше бы мне в отдел таких сотрудников как вы. Когда вам исполнится восемнадцать – милости просим. Полагаю, что вам найдется место в нашей милиции.

– Спасибо за приглашение, товарищ полковник. Я все же решила поступать в военное училище.

– Совсем неплохо, Лариса. Для военного у вас есть все задатки.

После встречи с полковником Лера узнала, что Андрей в тот день, когда она спасала Риту, оказался у озера неслучайно. Он выслеживал Риту, полагая поближе завести с ней знакомство. Но несчастный случай на воде и случайное знакомство со Светланой Сергеевной поменяли его планы. Как «артист» мошеннического дела – мнимый геолог действительно любил все прекрасное, не исключая и красивых женщин. Ему нравилась мать Леры, и он намеревался и в дальнейшем продолжить с ней знакомство. Печальное окончание его аферы положил конец любовным ухаживаниям. Светлана Сергеевна долго не могла прийти в себя, узнав, кем на деле оказался Андрей. Она, молча, переживала случившееся с ее бывшим ухажером и все время укоряла себя за то, что оказалась столь недальновидной и глупой женщиной в руках проходимца. «Моя Лера оказалась полностью права. Она часто предупреждала меня, что Андрей постоянно лжет и не надо доверять ему. А я, глупая гусыня погналась за крашеным яйцом и не верила дочери. Какая я мать после всего?»

Лера как могла, старалась утешить маму.

– Не расстраивайся так сильно, мама. Не стоит переживать из-за негодного человека. У нас есть самое главное – все мы живы и здоровы. Никто из нас не пострадал. Виновные получат по заслугам. Думаю, что нам надо больше доверять друг другу и тогда в семье будет порядок.

Старый Владимир Иванович узнав о случившемся, слегка пожурил девушку, за то, что она решила одна выслеживать бандитов:

– Хорошо, девочка, что у тебя все складно получилось. Видимо, счастье было к тебе расположено в эти дни. Но прошу тебя – больше так не рискуй. Всякое могло случиться и попадись ты им в руки разбойники не стали бы церемониться. Бог с ними: с картинами и с остальным добром. Они – дело наживное. Но жизнь человеческая дочка у нас всего одна и вторую, не приобретешь ни за какие деньги. В целом, ты вела себя молодцом: оказалась отважной и смелой. Ты совсем не похожа на мою Риту по характеру. Внучка у меня спокойная, домашняя и больше предрасположена к нахождению в тихой и спокойной гавани. Ты на деле оправдываешь свое имя – Лариса. Чайка несется над волнами вспененного и вздыбленного от ветра моря, кружась над опасными рифами и скалами. Лежа в больнице, я все время размышлял о нападении и пришел к выводу, что тебе можно доверять любые тайны о некоторых вещах, имеющихся у меня. Лера! Завтра мы с тобой поедем ко мне на дачу и там, я тебе кое-что покажу.

Дача капитана оказалась скромным деревянным домиком внешне похожим на ее дом. Чувствовалось, что на даче давно никто не был. Все помещения требовали основательной уборки. Лера, не тратя времени через два часа привела все помещения в порядок.

– По всем повадкам видно, что хозяйка из тебя выйдет хоть куда. Был бы я помоложе, Лера, непременно стал бы ухаживать за тобой, а потом… Потом, как у нас говорят, предложил бы руку и сердце.

– Владимир Иванович! Пока не подрос тот жених, о котором вы вспоминаете. Настало время перейти к делу. Меня вы пригласили к себе не о разговорах о женихах и не для того, чтобы убедиться в моих хозяйственных способностях, а для нечто другого.

– Сильно виноват, сударыня. Старческий склероз мешает ясно и четко думать.

Из стального сейфа, скрытого под репродукцией картины Айвазовского капитан достал потертую кожаную папку, где находились пожелтевшие от времени документы. Старый моряк торжественно отдал все Лере.

– Внимательно посмотри на старое письмо. Оно было запечатано в бутылке, которую я выловил лет десять тому назад. Написано оно на немецком и писал его капитан одного торгового судна, ходящего под швейцарским флагом. Рядом лежит перевод письма.

Лера с вниманием и интересом читала поистине исторический документ. В нем сообщалось, что судно терпит бедствие, и в трюмах ценный груз. Спасения ждать неоткуда. Кто найдет письмо, то пусть сообщит родственникам в Германии. Главным было то, что в письме указывались географические координаты местоположения танкера в момент кораблекрушения.

– Крайне интересно, Владимир Иванович. Но что же могло перевозить судно, и в каком месте оно затонуло? Судя по координатам – вблизи из одного островов принадлежащих Аргентине. Похоже, оно перевозило золото и другие драгоценности, награбленные нацистами.

– Рядом Лера вырезки из иностранных газет того времени, подтверждающих, что судно действительно затонуло. Возьми папку себе и никому… Никому не показывай и не говори про нее. У меня не осталось времени, чтобы организовать поиски пропавшего судна. Внучке Рите я не могу такого доверить. Она совершенно другого замеса, чем ты. Я верю, что со временем ты займешься поисками судна и если найдешь клад – используй его на благое дело. Напоминаю, что спрячь документы подальше от людских глаз и никому, даже матери, не рассказывай, что узнала. Я всерьез думаю, что основной причиной нападения на мой дом стала эта папка. Грабители не смогли ничего найти. Правда, они похитили письмо из якобы этой бутылки, но координаты судна мною были специально исправлены.