Читать книгу Чайка - Валерий Уваров - Страница 7

– Ты и дальше намерена задавать мне каверзные вопросы, Озерова? Но на мои вопросы ты мне толком и не ответила. Но я сегодня добрый и скажу тебе, что мне известно о твоем отце. Он жив и выполняет одно секретное задание. Большего о нем, я тебе не могу сказать. В свое время ты узнаешь о нем, чем он занимался. И запомни, Озерова: о нашем с тобой разговоре не должен никто знать, ни одна живая душа. Всегда помни: за твоим отцом, тобой и твоей матерью продолжают охотиться сотрудники федеральной конторы. Ими получен соответствующий приказ. Его пока никто не отменял, и он продолжает действовать. С нашей стороны мы продолжим принимать все необходимые меры, чтобы твоя семья Озерова находилась в полной безопасности. Но и твоя личная инициатива и изобретательность нам обязательно потребуется. «Крайне интересно. Все же мой отец жив. Недаром я все время чувствовала, что он цел. Но, что за задание он выполняет и от кого оно исходит? Бугрецов мне не скажет. Скорее всего, он только посредник. Но и того, что он мне сообщил, будет достаточно, чтобы продолжить поиски, когда нас выпустят за границу. Но как это произойдет – сплошной мрак и туман. Но, то, что я буду работать за кордоном, я уверена. Недаром нас готовят по всем специальным военным дисциплинам».

– Все ясно, товарищ майор. Может быть, вы разрешите сообщить радостную весть о моем отце моей матери? Она у нас вся истосковалась, считая папу давно погибшим.

Бугрецов задумался. На его загорелом лбу обозначились две морщины, добавившись к поперечным, присутствующих у него всегда.

– Не стоит сообщать, Озерова. Слишком велика вероятность того, что она не удержится и поделится с новостью с теми, кому вовсе не следует знать. На тебя я целиком надеюсь. Ты же у нас боевой офицер, а твоя мама – обыкновенная женщина. Она не обучалась специальным методикам, чтобы просчитать все, вплоть до самых отдаленных последствий. Она может запросто сказать про мужа не тому человеку и считай: вся наша конспирация пропала. Но поддержать и успокоить свою мать, заверить ее, что ее муж жив, не вдаваясь в те подробности, о которых тебе известно – другое дело. Озерова съезди к ней домой, подбодри и возвращайся к нам. Думаю, что трое суток тебе хватит.

Светлана Сергеевна, когда к ней неожиданно явилась дочь, не могла найти себе места от радости, и не знала на какое место посадить свое любимое детище, словно снег, свалившийся на голову. Наблюдая за суетливыми движениями матери, берущую одну чашку за другой и вновь ставящие их на прежние места, Лера, привыкшая к строгому армейскому распорядку, не выдержала:

– Мама! Не надо так торопиться. У нас достаточно времени для обстоятельного разговора, и мы сможем обсудить все интересующие нас вопросы.

Дочь полностью взяла инициативу в свои руки и через десять минут обе пили чай за столом, украшенным праздничной скатертью вместо будничной, невзрачной клеенки. Лера, не распространяясь о больших подробностях, чем она занимается на службе, только сообщила матери, что она служит в отдельной воинской части. Часть засекречена и, поэтому, она не может сказать ее адрес.

– Мама! Личные общения с родными и близкими в ней полностью запрещены, – добавила дочь к своему короткому рассказу. – Служу я, как отзываются мои начальники, неплохо. Они меня поощрили отпуском на три дня за успехи по службе.

– Рада за тебя доченька и горжусь твоими успехами. Думаю, что тебя вполне могут повысить в звании. Я всегда знала, что ты никогда не станешь стоять на одном месте, и всегда будешь идти вперед. У тебя все качества, как и у отца – Николая.

Мать, не выдержав переполнявших ее разнообразных чувств, заплакала, вспомнив неизвестно куда пропавшего мужа. Но сразу поняв, что при дочери не стоит рыдать, она стала поспешно вытирать заплаканное лицо носовым платочком.

– Ты доченька меня извини. Видно, начались у меня признаки церебросклероза. Я на днях как раз смотрела передачу о таком заболевании.

– Совсем не надо смотреть ненужный телеящик, мама. Там показывают одни сплошные выдумки и, тем более, диагностика по телевидению крайне вредная и бесполезная вещь. И больше у меня не думай, что ты у меня в годах и вся больная. «Ходи, веселей!» как говорили мудрые восточные люди и все у тебя будет в порядке.

– Правильно ты рассуждаешь, дочь. Но когда я остаюсь полностью одна и чаще всего ночью, на меня накатывают воспоминания о нашей прежней семейной жизни и мне временами становится так грустно и печально, что не знаешь, куда себя деть и чем заняться. В вечернее время чаще всего меня посещают мысли о нашем отце и муже Николае. Что с ним стало и где он?

– Мама, я считаю, что наш отец совсем не мелкий мальчик, требующий постоянной родительской заботы и попечения. По-моему, он может самостоятельно распорядиться своими действиями. Возможно, что он находится в такой ситуации и в таких обстоятельствах, что не может дать о себе не единой весточки. Но, поверь мне мамочка, я всем сердцем и всей душою чувствую, что он жив. Он ждет подходящего момента для встречи с нами. Поверь мне на слово, моя мамочка.

– Твоя уверенность Лера передалась и мне. Я успокоилась и стала чувствовать себя лучше.

– Я знала мама, что ты справишься. Все же хорошо мы с тобой поговорили. Не часто выдаются нам такие дни, чтобы мы смогли поговорить по душам.

– Девочка, мне с тобою сейчас хорошо. Но когда я остаюсь одна, мне становится скучно. И чем бы я ни занималась: и телевизор смотрю (куда без него родимого), и читала и пробовала вышивать – все как-то не то. Все занятия отвлекают меня на короткое время от скучных, назойливых мыслей.

– А как же твои подруги, мама? Я раньше знала, по крайней мере, две твоих подружек. Ты с ними продолжаешь встречаться? Ты же не раз мне говорила, что порою пустая болтовня с подружками, лучшее тренировочное средство для женщин. Естественно, что все обсуждаемые темы среди приятельниц лежат в основном на поверхности и вовсе не следует любой вопрос в разговоре копать в глубину. Тонкий анализ дело для мужчин. Они всегда не упускают случая показать превосходство своего ума над женским.

– Дочь ты права. Я часто встречаюсь с подругами. И говорим мы обо всем и потом вместе пьем чай, но всего этого для меня мало. Другая выходит история, когда ты разговариваешь с мужчиной. При разговоре с ними ты стараешься показать себя с наилучшей стороны. А подруги мои совсем иное дело. Не станешь перед ними полностью выкладываться и выставлять напоказ свои скрытые мысли и занятия. Приятельницы все сразу истолкуют на свой лад, и в последующем Бог знает, что может из всего выйти.

– Ты прости мама за нескромный вопрос. Но можешь на него и не отвечать, если тебе не хочется. У тебя имеются знакомые мужчины, с кем ты хочешь поддерживать серьезные отношения?

Светлана Сергеевна внимательно поглядела на дочь.

«Неужели это моя Лерочка? Кто бы смог подумать, что недавно она была подростком и совсем не интересовалась подобными вещами. Теперь передо мной не мой бывший подросток, а вполне взрослая, серьезная женщина, которой допустимо затрагивать интимные темы».

– Вопрос ясен. Куда же нам без этих мужиков. Периодически мои коллеги приглашают меня пообедать вместе с ними или сходить в кино. Иногда, когда мне становится скучно и одиноко, я принимаю такого рода приглашения. До серьезных глубоких отношений у меня никогда не доходило дело. В целом – приятное совместное времяпровождение и ничего более. Я считаю, что Николай совсем бы не рассердился, если бы он узнал. Считаю, что он все бы превосходно понял.

– Несомненно, понял мама. Я почувствовала, как ты живешь одна: без меня и без отца. Скучно, однообразно, но в целом курс жизни у тебя верный и правильный. Полагаю, что со временем ситуация у всех нас кардинально изменится и все мы заживем значительно лучше и веселее.

Успокоив мать и убедившись, что Светлана Сергеевна способно адекватно оценивать сложившееся семейное положение, Лариса с новыми силами, продолжила изучение учебного курса.

– Как у нас идут дела, лейтенант, – поинтересовался Бугрецов, когда Лариса доложила ему о своей поездке домой.

– В относительном порядке, товарищ майор. Все наши живы и здоровы, – не вдаваясь в подробности, отвечала ему Лера.

– Рад за тебя. Продолжим нашу подготовку.

Бугрецов нажал кнопку вызова, и в кабинет вошла сорокалетняя женщина в капитанской форме.

– Знакомься, Ли. Твой новый инструктор – Губарева Ольга Федоровна. Она будет проводить с тобой специальные задания. О подробностях расскажет лично тебе. Приказываю тебе – выполнять ее задания, как мои собственные.

– Слушаюсь, товарищ майор. Разрешить приступить к выполнению заданий.

Специальные занятия оказались совсем неожиданными и интересными для Леры. Девушка и раньше знала о правилах хорошего тона и как подобает вести себя в гостях. Но все ее прежние познания ограничивались скудными сведениями. Она знала, что мужчина всегда должен идти слева от дамы, кроме военных, для того чтобы им было легче отдавать честь. И немногие правила этикета остались у нее в памяти. На спецкурсах перед Лерой открылась целая наука о поведении молодой девушки или женщины в высшем обществе. Когда Лера спросила свою наставницу: для чего ей надо изучать все тонкости поведения, Губарева с иронией ответила:

– Девочка! Ты что считаешь, что всю жизнь будешь бегать с автоматом и участвовать в засадах? Поверь мне, дорогая Ли, что у нашего руководства боевые задачи значительно шире и серьезнее, чем ты себе представляешь. Отнесись к моим занятиям так же серьезно, как ты изучала оружие и совершала дальние марш-броски. Полученные навыки, определенно, тебя пригодятся, и ты будешь мне благодарна за науку. Начнем сегодня – с правильной походки. Девушка должна ходить с выпрямленной спиной. Голова чуть закинута назад и, главное, следи за руками. Они должны естественно перемещаться вместе с ногами. Ты ни в коем случае не должна размахивать ими.

Инструктор встала с места и начала грациозно ходить по кабинету.

– На самом деле красиво. Такую поступь как у вас я видела в фильмах, где барышни принимают участие в великосветских салонах. Мне стало крайне интересно.

– Вам все понятно, курсант Ли. Настала ваша очередь.

– Неплохо. Относительно неплохо. Но до идеала далековато. К следующему занятию как следует отработать нынешнее упражнение. Начнем отрабатывать приемы правильной посадки на обычный стул, чтобы не показаться знающим этикет людям (а поверь мне, тебе придется с ними встречаться) обычной провинциалкой и некультурной девушкой. Смотри, как надо правильно садиться. Инструктор Губарева неслышно присела на обыкновенный стул, и чуть отведя ноги вправо, положила свои руки на бедра.

– Поняла, как правильно делать, курсант Ли? Не откидывайся на спинку стула. Такая поза вульгарна и не скрещивай руки перед собой. Данное положение рук совсем недопустимо и доказывает твоему собеседнику, что ты не готова к диалогу и общению с окружающими. Небрежности и неточности в правилах этикета совсем не допустимы и знающий человек сразу раскусит и поймет, что ты вовсе не тот человек, за которого себя выдаешь. Поэтому, Ли запоминай каждую мелочь и каждый нюанс. Часто от мелочей зависит исход боевой операции. «Все так неожиданно. Почему я должна знать про этикет? Неужели мне придется работать и разведчицей и, поэтому, обучают светским манерам и другим подобным вещам?»

Словно читая ее мысли Губарева или Губа (как мысленно обозначила свою наставницу Лариса) продолжала:

– Так оно и будет. Будет то, о чем ты только что подумала. Чтобы добыть необходимые для нас сведения мы активно используем красивых девушек и женщин. Часто, эти невинные и безобидные на первый взгляд создания, добывают такие важные сведения определенного характера, какие никогда не смогут добыть самые подготовленные мужчины. Но для этого, моя милочка, надо очень сильно постараться, чтобы обвести вокруг пальца нашего потенциального противника. Теперь, когда я тебе детально все разложила, я надеюсь, что ты с удвоенной энергией продолжишь изучение моих предметов.

«Что тут непонятного. Я и раньше догадывалась: для чего мне такие занятия. Сейчас я твердо знаю, для каких целей проводится эта подготовка».

– Так точно, товарищ инструктор. Мне ясны ваши разъяснения.

– Вижу, что из тебя выйдет толк, Ли. Подойдешь для универсального разведчика. Но перехваливать тебя не стану. Иначе, ты расслабишься и не станешь выкладываться полностью. Итак, продолжим занятия.

В дальнейшем, последовали занятия по правилам поведения в ресторанах, на приёмах и общественных местах. Лера с удивлением думала: как она раньше жила без всяких правил, специально созданных на протяжении веков богатыми и избалованными людьми, не знающими, куда потратить свободное время, имеющееся у них в избытке. Но сложившийся этикет – укоренившийся свод правил поведения между людьми и он никуда не делся.

Этикет – действительность и с ним надо считаться. Изучали основы макияжа и нанесения грима с целью преобразить обычное девичье лицо в шестидесятилетнюю почтенную пенсионерку.

– Все приемы курсант Ли могут тебе пригодиться в последующей работе. Не следует думать, что именно я придумываю для тебя все новые и новые задачи. Существуют определенные инструкции по подготовке агентов внешней разведки, и я действую в строгом соответствии с ними. Тебе понятно, курсант Ли.

– Так точно, товарищ инструктор. Разрешите задать вопрос. Он возник у меня на сегодняшнем занятии. Зачем мне требуется превращение в одну из престарелых пенсионерок? Я совсем молода и до пенсии мне далеко, если я доживу до этого «счастливого» времени.

– Ты успеваешь шутить, курсант Ли, – посуровела инструкторша. У нас на базе вовсе не приезжий балаган бродячих циркачей. Мы проходим серьезную и основательную подготовку, чтобы избежать провала во время проведения заданий. Поэтому, приказываю – все шуточки отставить в сторону. Потребуется для дела, и ты у нас превратишься в монашку православного или католического монастыря в зависимости от складывающихся обстоятельств. Поэтому, сегодня, сразу, не откладывая дело в долгий ящик, мы приступаем к выбору соответствующей одежды и обуви.

Губа привела Леру в смежную комнату, примыкающую к кабинету для занятий, и открыла громадный шкаф-купе, простирающийся на всю длину своеобразного хранилища вещей.

– Вижу целый магазин-универсам для женщин! – не сдержав удивления, воскликнула Лера. – И чего только в нем нет. И одежда и обувь и платья. И все разнообразных цветов и фасонов. Для того чтобы примерить все на себя потребуется не меньше месяца.

– Все, курсант Ли, мы не станем мерять. Нам такая работа ни к чему. Но основные базовые вещи, которые должны быть в гардеробе каждой культурной и воспитанной девушки или женщины ты обязана знать наизусть. С изучения базовых вещей мы и начнем новое занятие.

Достав жакет светло-бежевого цвета, инструктор привычным движением надела его на манекен женщины, облаченной в длинное вечернее платье.

– Смотри и запоминай. Наш жакет подойдет и к другим вещам. Следовательно, он является одним из базовых предметов и подобным обстоятельством нам надо обязательно воспользоваться. Добавим нашей символической женщине, чтобы она выглядела настоящей дамой, приглашенной на торжественный прием – красивое ожерелье.

– Какое красивое ожерелье! – удивилась Ли. – Ожерелье из настоящего жемчуга?

– Имей привычку надевать красивые и дорогие вещи, а не дешевую китайскую бижутерию. Настоящий знаток моментально различит подделку и тогда все – конец. Задание считай провалено.

«Похоже, это целое искусство – умение красиво и модно одеваться. Мне потребуется приложить немало усилий, чтобы все запомнить и разложить у себя в голове по отдельным полочкам».

– Запомни, курсант Ли один непреложный закон женского дизайна. Ансамбль молодой женщины может быть самым разнообразным, но в нем должны присутствовать всего три цветовые гаммы. Лишние цвета являются перебором и смотрятся вульгарно. Первым делом ты сама составишь ансамбль для похода с другом-мужчиной в театр. Для наглядности просмотри альбом. В нем представлены наиболее типичные и изысканные наряды для подобных мероприятий. Выбирай на свой вкус. На все тебе отводится тридцать минут. А я пока отдохну у себя. Кроме твоего обучения, курсант Ли у меня есть и другие дела.

Губа скрылась в соседней комнате. Лера начала колдовать над своим вечерним нарядом. Задание оказалось совсем непростым. Ничуть не легче, чем тридцатикилометровая пробежка с полной боевой выкладкой. Она остановилась на бледно-вишневом вечернем платье и ожерелье, доходящим до середины груди. Не удержавшись от соблазна при виде настоящих драгоценных камней она, больше не сомневаясь, надела перстни на свои отнюдь не слабые пальцы. «Кстати, мне впору заняться бедными пальчиками. Какие они грубые и выглядят как у доярки, отработавшую целую смену на дойке коров. Конечно, это будет другая история. Я считаю, что мой инструктор давно заметила мои руки. Мы не подходили к этому вопросу из-за недостатка времени».

– Как успехи, курсант. Ты прилично выглядишь. Но мне придется внести свои коррективы. Я думаю, что ты не станешь на меня обижаться. Во-первых: наше ожерелье хотя и гармонирует по цвету с платьем, но оно слишком длинно для тебя и его надо укоротить или заменить другим. Далее – слишком много ювелирных украшений. Не надо публике показывать много золота и камней. Излишки раздражают людей, и они невольно отторгаются от тебя. У них возникает неосознанная внутренняя агрессия и тогда продуктивный контакт может не состояться. Напоследок – твои лодочки выглядят просто ужасно и они никак не сочетаются с остальным туалетом. Возьмем другие туфли. Я думаю, что они будут тебе впору. Так и есть, подошли. Прической и всем остальным, курсант Ли мы займемся чуть позже. Занятие на сегодня закончено. Повторяй вновь то, что мы прошли сегодня. Завтрашнее занятие начнем с повторения прошлого урока.

«Фактически, я занята целый день и последние три месяца я постигаю азы этой науки. Остался всего один месяц обучения и тогда, если я сдам выпускные экзамены (а они обязательно состоятся) меня зачислят в специальный отряд, и я начну выполнять особые задания. В чем они будут заключаться, можно только догадываться, но то, что они будут нелёгкими – однозначно. Но, поскорее бы обучение заканчивалось. Тогда появилась бы какая-то определенность и тогда я смогла бы импровизировать и строить дальнейшие планы. Пока у меня жизнь подчиняется расписанию и уставу нашей школы».

Отряд из десяти бойцов спешно высадился на плато горного массива, тянущегося вдоль нескольких соседних стран. Начальник отряда Николаев или Конон ставил задачу перед группой.

– Мы в двадцати километрах от нашей цели. Цель – химическая лаборатория, производящая неизвестное химическое вещество. Рядом находится военная база противника. Наша задача – проникнуть скрытно в лабораторию и взять образцы и документы. Все надо сделать тихо и без прямого боестолкновения с противником. Следует учесть, что мы находимся на территории соседнего государства, с которым у нас дружеские отношения, но оно проводит собственную военную политику. Через пять часов нас будет ждать вертушка в условленном месте. Всем все ясно? Вопросы есть?

– Разрешите вопрос, командир. Если государство для нас дружественное, зачем нужна операция?

– Оперативник Ли вы задали пустой вопрос. Мы должны только четко выполнить поставленную задачу и не нам решать: что делать, а от чего отказаться. Это приказ и его надо выполнить любой ценой.

Часа через три группа оказалась перед химической лабораторией. Невысокое двухэтажное здание, обнесенное железным забором, весьма напоминала загородный домик крупного чиновника, нажившего свое добро путем многочисленных взяток и откатов. Подобных особнячков и особняков особенно много расплодилось в стране за последние десять-двенадцать лет и все люди как бы привыкли к подобным вещам. Иначе и быть не могло – у нас разрешили все. Было бы достаточно финансов. Каким путем они достались владельцам подобных особнячков – никого и не интересовало.

– Шесть человек по периметру и четверо со мною в здание, – приказал старший Николаев. – Помните, как можно меньше шума. Стрелять только при крайней необходимости. Через две минуты начнем просачивание.

Лера внимательно осмотрела свое снаряжение. Черный комбинезон, бронежилет, маска скрывающая лицо и специальный автомат. «Все на месте. Главное, мне надо действовать быстро и незамедлительно, чтобы не подвести команду».

– Вперед. Начали, – в наушниках раздался голос Конона.

Четверо бойцов скрытно подобрались к центральному входу. Часовые были сняты без единого выстрела. Лера и двое бойцов поднялись на второй этаж. Конон продолжал руководить операцией. Лера тут же заметила боевика, явно не ожидающего гостей. Противник сумел разрядить автомат в незваных посетителей. Очередь, едва не задев бойцов, прошла мимо. «Родилась в сорочке, не иначе, – горестно улыбнулась девушка. Было бы обидно погибнуть зря, не успев ничего сделать». Обезвредив боевика, Лера двинулась вперед. Увиденная картина поразила ее. С десяток полуголых девушек, обнаженных до пояса перебирали мелкие свертки, сортировали и взвешивали готовую продукцию. В замкнутом помещении было душно, и стоял неприятный, «химический» запах, напоминающий огородный дуст, применяемый дачниками в борьбе с черными земляными блохами. «Интересная картина вырисовывается. Откуда появились дамочки? Чем они тут занимаются и для чего военной разведке нужно подобное производство? Наркотой должен заниматься наркоконтроль, но только не мы».

– Девиц закрыть в соседнем помещении, – прозвучал голос Николаева. – Возьмите пробы и бегом в серверную. Изъять все данные с компьютеров. Выполнять.

При подходе к серверной комнате Лере и двоим бойцам, пришлось основательно поработать. Несколько очередей произведенных из бесшумных автоматов сделали свое дело. Большая часть охранников были тяжело ранены и не смогли оказать серьезного сопротивления. Николаев или Конон координировал ход, проводя операцию, хотя лично и не принимал непосредственного участия в схватке с противником. Он наблюдал перемещение своих бойцов по специальному дисплею и отдавал команды. Справиться с компьютерами оказалось несложным делом. Изъяв четыре жестких диска (их обучали на занятиях) Лера подошла к сейфу.

– Действуй быстрее, Ли, – скомандовал Николаев. – У тебя всего семь минут. К ним идет подкрепление с военной базы.

Через три минут напряженной работы замок сейфа был успешно открыт. Сняв с полок все документы и сложив их в сумку, Лера поспешила к выходу. Она осталась одна. Двое других бойцов заканчивали обыск в соседних помещениях. Подоспевшие на помощь охранники с двух сторон открыли огонь. Сняв двух охранников справа, Лера успела укрыться за небольшим выступом.

– Конон! Требуется помощь! Огонь слева.

– Николаев, находившийся позади Леры, уложил одного боевика.

– Выходи, Ли! Путь свободен, – сообщил Николаев.

Как только она вышла, из своего импровизированного укрытия, полная очередь из автомата Николаева прошла чуть выше головы Леры. Девушка побледнела. Ей было действительно страшно. Она чудом избежала верной гибели. Но одна из выпущенных пуль, отрекошетив от кирпичной стены задело плечо Леры. В пылу атаки она сразу и не заметила ранения, но через десять минут плечо заныло и стало неметь.

– Конон! Я ранена. Вытаскивай меня отсюда. Николаев с бойцами незамедлительно вынесли девушку из здания, и вся команда растворилась в темнеющих вечерних горах. Через три часа все вернулись на базу. Николаев ходил мрачный и угрюмый. Бугрецов приказал ему написать подробный рапорт о проведенной операции и детально описать эпизод, произошедший с Лерой. В госпитале девушка чувствовала себя удовлетворительно и можно сказать: радовалась про себя. «Я вчера родилась во второй раз». На следующий день Николаев появился в палате Леры с цветами.

– Ты меня извини Ли, что так все вышло. Стрелял я совершенно случайно. Я тебя сильно задел?

– Не волнуйся, Конон. По крайней мере, жить буду. Но все же скажи мне: зачем ты начал стрелять, когда все охранники были ликвидированы?

– Я увидел тень, мелькнувшую рядом с тобой. И, соответственно, среагировал на нее очередью. Считаю, что будь ты на моем месте, ты поступила бы так же.

– Будь уверен, Конон. Ты же меня прикрывал и действовал правильно.

– Теперь Ли поняла, как все произошло. Ты больше на меня не сердись. Мы с тобою остаёмся друзьями?

– Можешь не сомневаться, Конон. Будем считать инцидент исчерпанным. Спасибо тебе за цветы. Я их очень люблю.

Лера интуитивно чувствовала, что дело заключается не в этой якобы случайной автоматной очереди, а в чем-то другом, пока не понятном и не доступном для осмысления. Во время диалога глаза Николаева обычно холодно и серьезно смотрящие на собеседника, часто уходили вниз, и его взгляд был направлен в сторону. «Он или что-то недоговаривает или лжет. Но зачем парню все надо? С какой целью он делает? Во всяком случае, мне надо пристальнее присмотреться к нему, но сделать правильный вывод будет совсем непросто».

– Спасибо Конон, что навестил меня и постарался объяснить свои действия. До свидания. У меня закружилась голова.

Лера закрыла глаза и перед ней вновь стали всплывать картины прошлой операции. Она теперь полностью вспомнила, что никакой чужой тени противника не было. Иначе, она бы видела ее. Она отчетливо представила весь коридор, где происходила перестрелка. «Пока мне ничего не ясно. Докладывать о сомнениях нашему Бугрецову я не стану. Нет никаких конкретных очевидных фактов, а без них руководство сочтет мои обвинения необоснованными данными и фантазиями. Я думаю, что со временем разберусь с этим делом. В целом операция была довольно странная. Вместо химического завода, производящего якобы боевые отравляющие вещества, мы обнаружили первоклассную лабораторию, производящую наркотики. В том, что в ней изготавливают наркотики, я не сомневаюсь, даже без всяких лабораторных анализов. Все виды наркотиков мы в свое время изучали на специальных курсах, и я их хорошо запомнила». Лера не стала рассказывать матери о своем ранении. «Не хватало мне добавлять ей порцию горечи и страданий в одинокую, однообразную жизнь моей мамы. Чем она мне сможет конкретно помочь? Естественно – ничем. Кроме лишних слов и причитаний от нее больше другого не дождёшься». Через десять дней ее выписали из госпиталя.

– Молодец, старший лейтенант. Ты хорошо проявила себя и успела принять боевое крещение. О тебе доложили нашему генералу. Он в курсе твоих достижений.

«Кто же такой таинственный генерал? Почему его все так бояться, и выполняют все его указания? Хотелось бы мне на него посмотреть?»

– Ты на себе почувствовала старший лейтенант, каково участвовать в реальном бою с настоящим противником. Враги не дремлют и тоже не пальцем деланные. Поэтому, тебе, да и всем нам, следует готовиться к любой операции тщательно и просчитывать все варианты.

«Бугрецов говорит мне эти прописные истины, так как будто я их никогда не слышала. Я думала, что он мне скажет что-то более дельное и определенное».

– У вас все, товарищ майор. Разрешите идти.

– Снова начала хорохориться, лейтенант. Кстати, от подобной вредной и ненужной привычки торопиться и перебивать начальство тебе нужно срочно избавляться. Иначе, она повредит твоей карьере. Начальство не любит всезнающих, торопливых людей. На то оно и начальство, наподобие меня, чтобы давать соответствующие указания и приказы какими бы они не были нелепыми и неразумными в глазах подчиненных. Но, я Ли отношусь к тебе с уважением и прощаю твою дерзость. Учти старший лейтенант, что это – пока. В дальнейшем, никаких скидок на молодость и отсутствия опыта я делать не стану. У меня пулей вылетишь из отряда и станешь обычной переводчицей (каких пруд пруди) в отдаленном, захудалом гарнизоне.

«Нашел мужик, чем бабу пугать, – вспомнила Лера старинную поговорку. – Можно подумать, что я до смерти хочу всех этих боев и кровопролитий. Можно жить и работать везде, в любом месте. Без меня мир ни как не изменится. Но тогда прощай моя заветная мечта – разыскать отца и повидать другие страны. Мне надо быть сдержаннее и не грубить нашему майору. Он человек совсем неплохой и, по всей видимости, желает мне добра».

– Так точно, товарищ майор. Я поняла, что вы мне сказали и приму к сведению ваши замечания.

– Хорошо, старший лейтенант, – смягчился Бугрецов. – Я всегда был уверен, что ты толковая и умная девушка и все мои указания схватываешь на лету. Через неделю ты получишь новое задание, в корне отличающееся от прошлого. Ты не будешь участвовать в прямых столкновениях с противником, но головой придется поработать в полную силу. Подробности операции ты получишь накануне от своего непосредственного руководителя.

– Неужели вы снова задействуете Николаева. Мне совсем не хотелось работать вместе с ним.

– Снова торопишься с выводами, старший лейтенант. Но, успокойся. У тебя будет другой руководитель. В необходимое время ты сама все увидишь.

Мать Ларисы – Светлана Сергеевна, как и раньше, преподавала музыку в музыкальной школе. Все время она отдавала школе и особо не торопилась домой. «Что мне делать дома, когда я осталась одна? Дочка далеко, служит в секретном подразделении. Николай тоже совсем исчез, и что с ним произошло, никто нам не говорит. Правда, Лера при последнем приезде пыталась меня убедить, что, дескать, он жив и не может появиться у нас, так как его до сих пор преследуют. Но, я в последнее время, стала сомневаться в таких вещах, хотя в нашей жизни все может быть и может произойти такое, что не увидишь ни в одном приключенческом фильме или в прочитанном боевике. Может быть, тебе Светочка настала пора устраивать собственную личную жизнь? Кто сможет о тебе позаботиться в дальнейшем, если не ты сама? Надо мне основательно подумать о будущем».

Не откладывая дело в долгий ящик, Светлана решила прогуляться по центру города. Обычно она избегала всяческих шумных сборищ и, тем более, праздношатающихся зевак, собиравшихся в больших количествах в курортный сезон. Она решилась пройти по центральным улицам южного городка. Стояло начало сентября. Отдыхающих и приезжих было немало и все они, по мнению Светланы Сергеевны, гуляли по городу без определенных целей и определенных намерений. «Что надо гуляющим людям и о чем они думают? – размышляла Светлана. Все бесполезные прогулки можно делать и у себя дома, посещать такие же магазины, такие же кафе. Но нашим людям никогда не сидится на месте. Всегда надо искать того, нечто особенного, что у них не имеется дома. Иначе, чем они тогда станут «хвастаться» перед своими друзьями, после успешно проведенного отпуска». Одетая в легкое светлое платье и в такой же летней шляпке Светлана выглядела весьма привлекательно и, поэтому, взоры мужчин, встречающихся ей на каждом шагу, неизменно задерживались на ее стройной, изящной фигуре. Светлана отчетливо видела любопытные взгляды сквозь стекла модных, черных очков, предохраняющих глаза от яркого солнца. Никто из прохожих мужчин не вызывал у нее большого интереса и, поэтому, скользя быстрым, поверхностным взглядом, она проходила мимо, не оглядываясь и не замедляя хода. «Но как сегодня жарко! Пожалуй, за тридцать, не меньше. Придется мне посидеть в тенечке, на скамеечке. Иначе, я буду выглядеть измученной, серой мышкой, убегающей от сердитого кота». Поставив сумочку рядом с собой, она стала обтирать покрасневшее лицо носовым платком. «Так будет лучше. Все же хорошо иногда отдыхать. Прохладный ветерок пробирается сквозь клены, забираясь мне под платье. Любопытно, что он там нашел для себя интересного? Но, что я вижу?»

Боковым зрением она заметила, крадущуюся к ней человеческую тень и, повернув голову, Светлана увидела мужчину, лет сорока, держащего в руках ее сумочку. Грабитель собирался скрыться в группе людей, идущих по центральной аллее. «В сумке у меня все документы и значительная часть денег, взятые с собой на всякий случай. Не пристало мне приличной женщине (какой я, несомненно, являюсь) разгуливать по городу без наличных».

– Люди! Помогите! Он украл у меня сумочку! – услышала Светлана собственный голос.

Она ринулась вслед за мужиком. Грабитель оказался не новичком в делах подобного рода. Он без труда проскочил сквозь толпу растерянных и недоумевающих людей и помчался по клумбам и газонам к противоположной улице. Никто из мужчин особо и не старался задержать убегающего карманника. Только одна Светлана, продолжавшая бежать за злоумышленником, кричала на ходу:

– Задержите его! Он украл у меня сумку!

Внезапно, словно по волшебству, дальнейший путь мошеннику преградил высокий светловолосый мужик. Незнакомец быстрым неуловимым движением выставленной ноги сбил грабителя на землю.

– Отбегался приятель. Ты же хорошо знаешь, что нельзя брать чужие вещи без спроса хозяев. За все надо платить. Даром только птички чирикают.

Мужчина размахнулся и приложился кулаком к голове незадачливого вора, успевшего подняться с земли.

– Получай от меня довесок, чтобы не обижал беззащитных женщин.

Подоспевшая к ним Светлана Сергеевна вопросительно смотрела на своего неожиданного спасителя.

– Позвольте отдать вашу сумочку. Можете быть уверены, что этот тип не воспользовался ее содержимым, хотя его намерения нам слишком известны.

– Большое спасибо. Не знаю, как и отблагодарить вас. Извините, но я не знаю вашего имени. Меня зовут Светлана Сергеевна. Для друзей я – Светлана.

– Колесник Виктор Степанович или Витя, – отрекомендовался спаситель. – Надеюсь Светлана, что с вами все в порядке.

– Благодарю за заботу, Виктор. Вы мне скажите, что вам от меня надо, и я выполню вашу просьбу. Только, прошу вас: пожалуйста, больше не бейте этого несчастного. Мне, кажется, что он получил уже свое.

– Ошибаетесь, Светлана. Нашего грабителя надо сдать в полицию. Вероятно, он совершал подобные дела не один раз.

– Прошу тебя Виктор (Светлана невольно перешла на ты) не надо его сдавать в полицию. Мне самой не хочется быть в полицейском участке и давать различные объяснения по поводу кражи и тратить попусту свое время.

– Так и быть, Светлана. Уговорила ты меня. Проваливай отсюда мужик быстро и больше не попадайся нам на глаза. В следующий раз ты так легко не отделаешься. Может Светлана пора выпить кофе в приличном заведении. Нам обязательно надо достойно отметить победу над вором.

«Он, мне своими манерами поведения напоминает Николая. Примерно, такой же способ вести разговор. Свои предложения он строит наподобие воинских команд. Думаю, что Виктор из бывших военных».

– Ты Виктор случайно не в запасе? Выправка и манеры у тебя как у кадрового военного.

– Угадала Света. Пятнадцать лет отслужил в различных гарнизонах. И куда меня только не заносило. Получил жилищный сертификат и приобрел в вашем городе квартиру. Она, правда, скромная, но я не прихотлив. Я человек, привыкший к простой жизни и могу обходиться без излишеств.

– Так что у тебя нет семьи, и ты живешь один?

– Да! Пока не нашел подходящую спутницу в жизни и как говорят: нахожусь в свободном плавании. Была у меня Маша, но она не выдержала моего мотания по гарнизонам и ушла к другому вместе с дочерью. С тех пор прошло пять лет, и я привык жить один.

– Все пока ясно, Виктор.

«Хотя мне совсем ничего не ясно. Как он сумел выйти на меня? Что же все-таки произошло? Специальная уловка или Виктор бескорыстно сумел мне вернуть сумочку?»

– Я замечаю Света, что в настоящее время ты думаешь, о другом и просчитываешь в уме: кто же я такой? Брачный аферист или честный человек. Я – капитан запаса, артиллерист.

Виктор открыл военное удостоверение и подал его Светлане.

– Правда я в запасе и, поэтому, свободный человек. Вполне подходящее время искать себе достойную пару. Никто меня не станет ограничивать и запрещать. Могу добавить, что у меня имеется немалый капитал. За время службы у меня накопилась хорошая сумма. Почему ты Светлана ничего о себе не рассказываешь? Может, закажем шампанского? После я провожу тебя до дома. Мне спешить некуда, разве что только в свою одинокую постель.

Светлана чувствовала в кафе свободно и непринужденно. Не каждый день незнакомый и галантный кавалер станет ухаживать за ней, стараясь понравиться женщине и показать себя во всей красе. «Похоже, что Виктор ожидает от меня ответного хода вроде короткого рассказа о моей жизни. Пожалуй, я немного удовлетворю его любопытство».

– Я – вдова. Работаю преподавателем в музыкальной школе. Мой бывший муж много лет назад погиб в одной из «горячих» точек. Я долго жила в воинских гарнизонах, и не понаслышке знаю какая в них жизнь. У меня есть взрослая дочь. Служит в нашей армии. Живу я одна в собственном домике. Он мне достался от бабушки моего бывшего супруга.

– Замечательно Светлана! Выходит мы с тобой оба военные люди и можно сказать – как родные. Как я рад, что повстречал женщину наподобие тебя, без лишних слов понимающую, что такое воинская служба. Предлагаю тост: за нашу дальнейшую дружбу и продолжение знакомства.

«Почему бы мне не продолжить дальнейшую связь неожиданно возникшую между нами? Нам вдвоем станет значительно веселее. Есть с кем вместе проводить свободное время».

– Несомненно, Витя. Нам есть с тобой, о чем поговорить. Вспомнить наши однообразные гарнизонные будни и много того, о чем быстро с ходу не расскажешь. Мы слишком мало знаем друг о друге, чтобы разговаривать о сокровенных вещах. Мне, кажется, что я опьянела. Признаюсь тебе откровенно – я давно не была в компании настоящих мужчин. У нас в школе одни женщины, а нашего заместителя директора школы – Николая Семеновича трудно назвать настоящим мужиком. Ему за семьдесят лет и он вечно болеет, хотя всячески держится за свою работу, и оттуда его никакими силами не отправишь на пенсию. Что это я так сегодня разболталась? Обычно я молчалива.

– Света. Все в порядке и ты под моим личным контролем. Мы вызовем такси, и ты прекрасно доберешься до своего маленького, но по всей вероятности, ухоженного домика. Только продиктуй, куда нам отправляться.

На следующее утро Светлана сразу не могла понять: где же она находиться, и какой сегодня день. Но, наконец, сонная дурь, вперемежку с вчерашним шампанским начала исчезать, и она начала вспоминать события вчерашнего дня. Посмотрев на календарь, она облегченно вздохнула. «Сегодня воскресенье и можно никуда не торопиться. Сначала приведу себя в порядок и после можно попить чая. Самое интересное то, что я почти и не помню, как добралась до дома и что делала после. Но, слава Богу – со мной все в порядке. Виктор все же порядочный мужчина и не стал пользоваться подходящим случаем, хотя я была беспомощна и не понимала, что делаю».

Взгляд Светланы упал на записку, незамеченную в начале пробуждения. «Светлана – я указал свой телефон. Если хочешь продолжить наше знакомство, позвони мне. До скорой встречи. Виктор». «Но как же я очутилась в кровати? Может быть я сама, машинально, разделась перед сном, как обычно или он мне помог. Правда, белье на мне новое и появляться мне в нем на людях не стыдно. Но, когда меня перед сном раздевает малознакомый мужчина – это кардинально меняет все дело. Обязательно позвоню ему, как только приведу себя в порядок».

– Не беспокойся, Светлана, – услышала она знакомый голос Виктора. – Мы с тобой замечательно провели субботу. Ты беспокоишься, как мы добрались до дома? Как и всегда в подобных случаях – на машине. Я посмел тебе помочь раздеться и прикрыл сверху одеялом. Должен же кто-то поухаживать за женщиной. Иначе, какой же из меня рыцарь?

– Ты все правильно сделал, Витенька, – подбодрила его Светлана. – За мною долг. В следующую субботу обязательно приезжай ко мне. Я испеку пироги. Затем будем пить чай и под конец, я попытаюсь тебе что-нибудь сыграть на пианино. Времена года Чайковского тебя устроят? Ты согласен с подобным планом?

– Чудесно, Светочка! С нетерпением буду ожидать следующих выходных. Для меня текущая неделя покажется слишком длинной. Обожаю классическую музыку. Я хоть и бывший артиллерист и чаще привык к залпам минометов, но они ничего не значат в сравнении с музыкой великих музыкантов. У нас в армии – какофония из громких звуков и больше ничего.

Осмотрев хозяйским глазом, чистый ухоженный дом и примыкающие к нему постройки, после обильного чаепития, Виктор немедленно приступил к хозяйственным делам. Достав из машины необходимые инструменты, он ловко и умело наладил садовую калитку, ведущую в огород. Починил и поправил шланги подающие воду на грядки, спилил давно засохшую яблоню для свободного прохода во двор.

– Много дел предстоит Света. По крайней мере, потребуется недели полторы, чтобы привести двор в относительный порядок. Дашь ты мне свое согласие или нет, но я буду к тебе приезжать по выходным, чтобы отремонтировать все, что требует срочного ремонта. У тебя внутри чистенько и уютно, но мужской взгляд все же необходим. И совсем не пристало интеллигентной женщине брать в руки топор или молоток, для приколачивания оторвавшейся доски в заборе.

– Правильно, Виктор. Ты все верно рассуждаешь. Без хозяина женщине трудно содержать в порядке частный дом в образцовом порядке. Я с удовольствием приму любую помощь и буду крайне благодарна тебе.

– Можешь, Светлана тогда поцелуешь меня? Давно я на себе не испробовал женской ласки. К тому же ты вдова, а я разведенец. Из нас с успехом могла выйти достойная пара. Скажу тебе по секрету (но, как мне, кажется, он таковым не является), что ты мне очень нравишься.

Светлана вплотную подошла к Виктору и поцеловала его в щеку.

– Да разве так целуются, дорогая! Так целуются исключительно партийные лидеры дружественных нам стран.

Виктор обхватил за талию Светлану, привлек к себе и стал покрывать все лицо и грудь горячими длительными поцелуями.

– Так будет значительно лучше, прямо по артиллерийскому правилу, когда дивизионные минометы открывают стрельбу по условному противнику. Смотри и запоминай, как надо правильно целоваться, Светочка.

Он вновь стал целовать раскрасневшуюся Светлану Сергеевну.

– Я же почти тебя совсем не знаю, Витенька, – шептала ему на ухо Светлана.

Она больше не пыталась отстраниться от него.

– О тебе я знаю слишком мало и то, с твоих слов. Мне неизвестно какими делами ты занимаешься. Нам надо время для того, чтобы поближе узнать, кто мы, и как говорят мудрые люди – «притереться» друг к другу. Я даже не была у тебя дома. Мне интересно посмотреть, как ты живешь, и узнать чем ты занимаешься. Тогда я могла сделать для себя, хотя бы предварительные выводы.

– Ах, ты мой аналитик. Сумела все разложить по определенным полочкам. Завтра же и поедем ко мне. Посмотришь на скромный быт бывшего армейца.