Читать книгу Жизнь от А до Я Севы Емельянова (Емели). Детство и юность. Книга 1 - Виктор Иванович Свешников - Страница 7

Появилась угроза поражения электрическим током: никто же толком не знал, что он собой представляет? Мне было крайне интересно, и я спрашивал дизелиста:

– Почему "горят" лампочки? Что так ярко светится внутри. А главное, что заставляет так раскаляться миниатюрную проволочку?

На что он говорил:

– Ох, Севка, до чего же ты любопытный? Только один и спрашиваешь об этом. Понимаешь, замысловато всё это. Ты сейчас ничего не поймёшь. Учиться тебе ещё нужно. Вот будешь в старших классах, там есть предмет под названием Физика. Из него ты и узнаешь, почему "светят" лампочки?

Я попытался осведомиться у восьмиклассников, но ничего не понял из растолкований. Видя мою "тупость" в этом вопросе, один из ребят так объяснил мне феномен свечения:

– Внутри проводов, плотным потоком, "бегут мелкие мурашики" – электроны. Частицы невероятно малы, их не видно, но так много, что им очень тесно. Потому трутся друг о друга, и возникает сильное тепло. Ты потри свои ладони, чувствуешь это? А в лампочке оно настолько мощное, что проволочка раскаляется от него и светит нам. Понял теперь?

Выговорив подобную бестолковщину, "грамотей", с ухмылкой, посмотрел на однокашников. Те тоже, глядя на меня, саркастически усмехались. Но я не отступал. Покачав головой, огорчил их:

– Нет. Объясни, откуда возникает столько много "мурашиков?" Почему они не бегут, когда электростанция не работает? Как она заставляет их двигаться по проводам и…?

Смотря на меня, "учитель", округлил глаза и махнул рукой, остановив моё "любопытство":

– Короче, придёт и твоё время, узнаешь в восьмом классе, а сейчас бесполезно тебе объяснять.

Так я ничего и не понял из сказанного, но мне очень хотелось знать об этом! И скоро судьба преподала мне урок: я испытал движение "мурашиков" на себе и чудом не погиб. А случилось это так. В нашем палисаднике водрузили опору, и на ней, на высоте метра, оставили болтаться тонкий моток стального провода. Возможно, забыли отрезать лишний конец. Я это заприметил и решил стать его счастливым обладателем. Вечером, по темноте, взяв клещи, чтобы перекусить жилы, пробрался в посадки и… нащупал моток. Трудно рассказать, что произошло далее, но ощущения помню прекрасно.

Меня резко и очень неприятно ударила, пронзила странная, могучая и больная вибрация – напряжение было переменное. Провод, словно, "прилип" к руке: мне кажется, что я отчаянно тряс ею, но он держался словно на магните. Мыслей никаких не было. Всё произошло неожиданно и мгновенно. Проявилась некая корча: мои ноги подломились, я свалился, а источник моей беды продолжал висеть на месте. Это и спасло мне жизнь. Плюс к тому, как сейчас понимаю, напряжения не достигало номинальной величины. Я был в обуви, возможно, потной или влажной. Поэтому через меня прошла ограниченная сила тока. Но встряхнуло так, что запомнилось на всю жизнь.

Лёжа среди кустов помидоров, я почувствовал горечь во рту, и "сделалась" неестественно большой глупая башка. Словно её надули, как воздушный шарик. Это были первые ощущения от поражения током. Вскоре, я начал приходить в себя и ощутил сильнейший страх. Меня затрясло от уяснения произошедшего: нас же предупреждали взрослые! Что будет, когда они узнают об этом? Точно мне всыплют!

Недалеко, тусклым жёлтым пятном светилось, закрытое примитивной занавесью, окно нашей квартиры – я же был в палисаднике. От осознания грозящей мне родительской кары за совершённый проступок, я поднялся и, даже не вспомнив о бывших со мной клещах, на не твёрдых ногах, направился из посадок. Внутри меня всё тряслось. Возле входной двери у нас была лавочка. Решив протянуть время, сел на неё и сделал это кстати. Вышла мама и, приглядевшись, увидела меня. Она спросила:

– Ты чего тут сидишь, в темноте? Пошли ужинать.

Вот так, счастливо, окончилось моё первое знакомство с электрическим током. Но следующие несколько дней я находился под влиянием произошедшего неприятного события. Оно так захватило меня, что я не мог думать ни о чём другом. Злоба дня: по какой причине меня так тряхануло, не выходила из головы? Ведь явного-то ничего не было! Можно бы спросить у дяди на электростанции, но как сформировать вопрос? Ведь он может поинтересоваться, откуда я это знаю? Так я и оставался в неведении, вплоть до восьмого класса, когда у нас появился предмет "физика".

Зимой у меня случилось следующее глупое приключение. Так как я являлся школьником, у меня уже была своя обувь, и однажды увязался за мамой в магазин. Стоял сильный холод. Она вошла в помещение, а я продолжил своё пребывание на улице с кем-то из пацанов. Из притолоки двери торчало массивное железное кольцо, используемое для запора помещения. Оно покрылось инеем от холода и стало белым. Мне захотелось слизнуть его, что я и сделал. Но… мой язык тут же прилип к металлу, и я оказался, словно склеенным с ним. Оторваться самостоятельно не смог. Язык пронзила сильная боль: он стал замерзать, и на нём повредилась кожа.

Находясь в таком идиотском состоянии, я отчаянно замычал, размахивая руками. Ребята поняли моё положение и бросились в магазин. Оттуда высыпали женщины во главе с мамой. Продавщица вышла с чайником и принялась поливать тёплой водой железку. Что вы думаете? Она сразу же "отпустила" меня, и я кинулся бежать домой. Во рту ощущался солоноватый привкус крови: слюна стала красной. Мне сутки не давали кушать, но я "не умер" и у меня всё зажило, правда, не сразу. Урок был очень поучительным для меня, да и всех пацанов, которые потом долго смеялись надо мной.

В летнее время, в эти годы со мной также произошло несколько значимых событий. Здесь необходимо сказать об особенности нашей местности. Село располагалось на краю длинной лощины. Левая её сторона была высокой и крутой. Противоположная, полого поднимающейся вверх. На ней находились участки сельчан, проживающих вблизи её. Между ними пролегали тропки, по которым ходили к реке. Лог не имел ни начала, ни конца. Я до сих пор не знаю его пределов. Возможно, тысячи лет назад, он был большой рекой: вода и размыла такую огромную и длинную промоину. Со временем, её количество уменьшалось, берега почему-то осыпались неравномерно, и зарастали травой.

В описываемый период там протекала небольшая река, со странным названием Ершовка. Особенность её заключалась в том, что в ней водилось невероятное количество "слюнявых" и колючих ершей. К слову, невероятно вкусных в жареном виде. В районе нашего села она была глубокой. Ёё пологий, глинистый берег, на расстоянии пяти-шести метров от кромки воды, резко прекращался, и начиналась коварная глубь. Многие тогда, ещё не умели плавать, и большинство пацанов купалось недалеко от кромки воды. Ребята постарше гонялись от одного берега к другому, ныряли, пробуя достать дна, а мы возились в "болоте", как говорили они. Но тоже, иногда, проявляли запретное любопытство, которое по счастливой случайности едва не окончилось моей смертью.

Я решил узнать, где находится переходящий в глубину обрыв? Медленно, мелкими шагами, мы с товарищем – Шуркой Прошиным, стали продвигаться от берега. Прежде чем сделать следующий шаг, ногой "прощупывали" на прочность дно реки. Почва была глинистой и крепкой. Так мы добрели до русла и оказались на самом его краю. В какой-то миг опорная нога скользнула по нему. Я утратил равновесие, и меня, словно бы, потянуло вниз. Прекрасно помню ощущение испуга: закричал, уже в воде и забил конечностями. От этого всплыл, вновь в отчаянии вскрикнул и опять погрузился в глубину. Теперь я уже хлебнул воды. Шурка оценил моё состояние и отчаянно бросился мне на помощь.

Но… он также не умел плавать и стал тонуть. Теперь мы, бессознательно, топя друг друга, барахтались уже вдвоём. Норовя подняться на поверхность, я хватался за него и опускал "спасателя" вниз. То же самое делал и он со мной. Помню сильный страх, отчаянные крики и появление "перед глазами" светлых колец. Как нам в дальнейшем рассказывали ребята, со стороны это выглядело кувыркающимся, озвученным поплавком. На помощь нам, конечно, не бросились, но подняли отчаянные крики. Кто-то из взрослых мужчин (сейчас, за давностью, уже не помню ни имени, ни фамилии) проходил рядом и обратил на это внимание. Он-то и спас девятилетних дурачин.