Читать книгу Бар с того света - Виктория Олеговна Феоктистова - Страница 2

Пролог

Оглавление

В тот осенний и дождливый вечер я шла в конкретное место, и этим местом был «Паб», который за последние полгода превратился в мой личный ад, состоящий из потертой стойки, дыма, въевшегося в обои, и вечно хмурого бармена. Я ненавидела этот броженый запах вперемешку с кожей и сыростью, но именно поэтому и свернула туда. Когда мир катится к чертям, хочется найти самое уродливое, самое занюханное место на карте и просто забыться там, дабы соответствовать моменту. Я толкнула дверь, и привычный звон колокольчика показался мне сегодня другим, каким-то особенно тоскливым. Внутри было через чур тихо, пахло там корицей или, может быть, сандалом? Я осталась на пороге, чтобы оглядеться, потому что народу не было ни души, хотя часы показывали около полуночи, да и бармен за стойкой выглядел иначе, без своей дурацкой желтой кепки, а в безупречно белой рубашке с уложенной челкой, и, кажется, он даже улыбался.

— Присаживайся, — томно произнес парень. — Сегодня у нас необыкновенное меню, и я знаю, что тебе это непременно западет в душу.

Он говорил издалека, но по ощущениям в полуметре от меня, и я хотела съязвить, затем хотела развернуться и уйти, приняв сегодняшний вечер за тематический закрытый прием, на котором я оказалась случайно, но ноги мои сами понесли к барной стойке, и только тогда я заметила, что зал стал огромным, а потолок затерялся в сумраке, за которым виднелись люстры-канделябры со свечами, а вместо привычных стоек с крепкими настойками и закусками вдоль стен стояли дубовые книжные шкафы, уходящие ввысь. За моей спиной мягко распахнулись ставни, и я обернулась. За окном, которое раньше выходило на мусорные баки, клубилась бескрайняя, подсвеченная луной пустота, и звездная пыль кружилась в темноте, будто снег. Бармен немедля поставил передо мной высокий мутный стакан с плавающей внутри искрой.

— Добро пожаловать, — торжественно произнес он.

Бармен обвел рукой пустой зал, и я вдруг поняла, что пустым он кажется только мне, потому что в тенях за стойкой кто-то болтал, а на верхних ярусах книжных шкафов были слышны песни, и в углу, где, казалось бы, никого нет, доносились смешки.

— Ты тут не случайно, — продолжил бармен, наклоняясь ко мне через стойку. — Здесь каждый напиток — это чья-то история.

Затем он постучал пальцем по стойке, и по дереву побежали трещины, внутри которых мерцал свет.

— Этот бар стоит на перекрестке, где заканчиваются все дороги.

Бармен перевел дыхание, и мне показалось, что стены чуть сдвинулись.

— Здесь есть истории про вину, про страх, про иллюзии, особенно спасения. Вот за этим столиком, — он кивнул в дальний угол, — сидит слепой мужчина, он каждый вечер заказывает «Черный рассвет». Возможно, сегодня расскажет почему.

Бармен подвинул ко мне с виду пустой бокал, но, заглянув внутрь, я узрела, как на его дне, словно по лесной низине, стелется густой, молочный туман.

— А здесь, — он понизил тон почти до шепота, — истории про зло, которое не мешкаясь, целиком вынимает душу, чтобы ты даже не успела дернуться. Вон та девушка у колонны, Анна, видишь? Она обязательно поведает тебе о зле.

Я хотела отвести взгляд, но не могла, и бармен поднес третий стакан из матового стекла, покрытого инеем.

— Есть тут история и про расплату. Тот парень у входа, перебирающий четки, расплачивается уже много лет.

Затем бармен достал из-под стойки бутылку, из которой вместо жидкости сочился дым.

— И конечно, — выдохнул он, — про смерть, что случается в понедельник утром, когда ты, ничего не подозревая, идешь на работу. Смерть здесь не конец, а дверь, за которой пустота, и в этой пустоте, — бармен поднял дымящийся стакан к потолку, — голоса... Они сидят на этих барных стульях, — он обвел рукой зал и подмигнул, — и пьют из мрачных бокалов, за то, чтобы их вспоминали, чтобы как можно дольше не уходить в небытие. Пока их история звучит, они все еще живы. Поэтому я и держу этот бар, миледи.

Я перевела дыхание, и искра в моем стакане замерцала еще пуще, отражаясь в зрачках бармена.

— Так что, богиня, ты все еще хочешь просто содовую? Или готова услышать, чьей жизнью заплачен этот тост? — Он наклонился совсем близко, и его человеческий облик перевоплотился в скелет.

Впервые за долгие годы мне было любопытно, я взяла стакан и глотнула, полностью осознавая, что привычный мир остался где-то там, за дверью, и я наконец расправила плечи и приготовилась слушать.


Бар с того света

Подняться наверх