Читать книгу Я был, и второй раз меня не будет - Андрей Полонский - Страница 7

День рождения моей мамы, Людмилы Рафаиловны Гордон-Полонской.

Это было уже очень давно, больше века тому назад, 8 сентября 1922 года, в русском городе Харькове, где встретились моя бабушка, петербурженка и смолянка 18 лет, дочь бывшего коменданта Ревеля в дни Первой мировой и офицера Белой армии, и мой дед, двадцатилетний разночинец, офицер армии Красной из города Мелитополя…. Так что и она, а потом и я – дети СССР, в другой стране мы были бы другими…

У мамы была трудная, долгая и успешная жизнь. Несмотря на ранний арест деда (он проведёт за чертой, в лагерях и ссылках, больше 25 лет), на то, что её догнал костный туберкулёз (до антибиотиков это был почти приговор) и до десятого класса она была прикована к постели, она закончила университет, ещё студенткой учила в эвакуации сельских детей на Южном Урале, всю жизнь занималась Востоком, свободно говорила на урду, арабском, хинди и фарси, увлекалась сначала сикхами, а потом исламом, одной из первых в СССР стала изучать религию как целостное явление, предсказала исламский бум и роль политического ислама, ездила на мусульманские конгрессы и – женщина из СССР – общалась с шейхами и улемами. Дружила с Индирой Ганди, наконец, была в отличных отношениях с Примаковым и многими другими из той эпохи. Категорически возражала против ввода войск в Афганистан (что совсем не симметрично нынешней СВО), а когда её соавтор и любимый коллега Юрий Ганьковский эту операцию одобрил и получил за неё орден Ленина, поссорилась с ним на несколько лет. И прежней дружбы как не бывало…

Это всё моё детство и ранняя юность. Мама учила меня думать и формулировать, она показала мне, что работа – это человек и его мысль, что для того, чтоб быть счастливым и при деле, чтобы служить своей стране, иногда достаточно ручки и листа белой бумаги. Сказать, что я ей обязан очень и очень многим, – ничего не сказать.

08.09.24 г.