Читать книгу Хлеб с ветчиной - Чарльз Буковски - Страница 16

15

Оглавление

Отец всегда гонял дворовых ребят из нашего дома. Я уже говорил, что никогда ни с кем не играл. Но я все же гулял по улице и, так или иначе, виделся с ними.

– Эй, ты, Хренли! – орали они мне. – Почему не сваливаешь в свою Германию?

Откуда они разузнали, где я родился? Самое паршивое заключалось в том, что эти парни были примерно моего возраста. Все они жили в одном квартале и ходили в одну католическую школу. Это были крепкие ребята, часами они играли в футбол, и почти каждый день между ними происходили кулачные бои. Возглавляла шайку четверка – Чак, Эдди, Джин и Фрэнк.

– Эй ты, Хренли, вали к своей немчуре!

Они меня отвергали.

Потом по соседству с Чаком поселился рыжий парень. Он ходил в какую-то спецшколу. Однажды я сидел на улице, когда он вышел из своего дома. Рыжий присел рядом со мной.

– Привет, меня Редом зовут.

– Меня Генри.

Мы сидели и смотрели, как другие ребята играют в футбол. Я заметил на левой руке Реда перчатку.

– А чего это у тебя на левой руке перчатка?

– У меня только одна рука, – ответил он.

– Она выглядит как настоящая.

– Это протез. Потрогай.

– Что?

– Потрогай его.

Я потрогал. Рука была жесткой, как камень.

– Протез по локоть. Ремнями пристегивается. А на локте у меня есть малюсенькие пальчики, с ногтями, ну, как у всех, только они не работают. Это у меня с рождения.

– У тебя есть друзья? – спросил я.

– Нет.

– У меня тоже.

– Эти ребята с тобой не играют?

– Нет.

– Я играю в футбол.

– Ты?

– Запросто, – ответил Ред.

– Давай сыграем.

– Давай.

Ред сбегал в гараж, принес мяч и отдал его мне. Затем он снова отбежал на несколько шагов.

– Давай, пасуй…

Я бросил. Его настоящая рука пошла вперед, ненастоящая тоже, и он поймал пас. Только его протез слегка скрипнул, когда коснулся мяча.

– Здорово, – сказал я. – Теперь ты бросай!

Ред взмахнул рукой – и мяч полетел. Он ударил меня, как снаряд. Я сумел удержать его только потому, что он угодил мне в живот.

– Ты слишком близко стоишь, – сказал я. – Отойди подальше.

Наконец-то, думал я, потренируюсь ловить и бросать. Это было действительно здорово.

Я был нападающим и сделал крученый бросок. Мяч не долетел до Реда, но он бросился вперед, прыгнул, схватил его и, перевернувшись два-три раза, поднялся – мяч был в его руках.

– Здорово, Ред. Где ты так научился?

– Отец научил. Мы много тренировались.

Он вернулся на свое место и бросил мяч мне. Мяч пролетел выше моей головы, и я побежал за ним, стараясь поймать его, чтобы он не перелетел через забор, за которым был уже двор Чака. Но мяч зацепил забор и упал на территорию Чака. Мне пришлось лезть через изгородь. Чак подхватил мяч и послал мне.

– Что, Хренли, подружился с уродом?


Через пару дней мы с Редом снова играли в футбол на газоне перед его домом. Чака с его дружками поблизости не было. У нас с Редом все лучше и лучше получалось управляться с мячом. Тренировки шли нам на пользу. Все, что нужно пацану, – немного удачи. Как ни крути, есть некто, кто контролирует, чтобы все получили свой шанс.

Я принял мяч на плечо, подхватил его, раскрутил и отослал Реду; тот подпрыгнул и поймал подачу. Может, когда-нибудь мы смогли бы участвовать в чемпионате Америки. Но тут я увидел приближающихся к нам пятерых парней. Ребята были не из моей школы, примерно наших лет и выглядели опасными. Мы продолжали перебрасываться мячом, а они стояли и смотрели.

Потом один парень зашел на газон. Самый здоровый.

– Ну-ка брось мне мяч, – сказал он Реду.

– Зачем?

– Хочу посмотреть, смогу ли я поймать твою подачу, или нет.

– А мне плевать, можешь ты ловить или нет.

– Брось мне мяч!

– Эй, у него одна рука, – сказал я. – Отвяжись от него.

– А ты не ввязывайся, обезьянья рожа! – прикрикнул верзила на меня и снова обратился к Реду:

– Бросай мяч!

– Пошел к черту! – огрызнулся Ред.

– Отберите у него мяч, – приказал парень своим дружкам.

Шайка бросилась на нас, но Ред повернулся и закинул мяч на крышу своего дома. У крыши был слишком крутой склон, мяч покатился обратно, но, зацепившись за водосток, остановился. Нас окружили. Пятеро против двоих. «Шансов нет», – подумал я, сжал кулак, прицелился одному в висок, ударил и промахнулся. В ответ получил пинок под зад. Это был крепкий удар, боль прошила весь позвоночник – от копчика до затылка. Но тут я услышал хлопок, почти как выстрел винтовки, и один из пятерых напавших, схватившись за голову, рухнул на землю.

– Ой, черт, – застонал парень, – он мне череп пробил!

Я посмотрел на Реда, тот стоял в центре газона и здоровой рукой сжимал протез. Теперь тот у него был вместо дубинки. Еще один замах, хлопок – и следующий на земле. Почувствовав прилив храбрости, я размахнулся и заехал третьему прямо в рыло. Я разбил ему губу, и кровь брызнула на подбородок. Он отскочил на тротуар. Двое, наблюдавшие за дракой с дороги, смылись. К этому времени с земли поднялись те двое, которых свалил Ред. Они пошатывались и держались за головы. Третий с окровавленным ртом махал им с тротуара. Собравшись, пораженцы стали отступать вдоль улицы. Удалившись на безопасное расстояние, верзила повернулся и выкрикнул:

– Мы еще вернемся!

Ред бросился за ними, а я за Редом. Мы прекратили погоню только тогда, когда троица скрылась за углом. Вернувшись домой, мы отыскали в гараже лестницу, достали мяч и продолжили игру.


Однажды в воскресенье мы с Редом решили сходить искупаться в открытом бассейне на улице Баймини. Ред был странный парень – он почти не разговаривал. Я тоже не отличался болтливостью, и мы шли молчком. Просто не о чем было трепаться. Единственный вопрос, который я ему задал, был о его школе, но Ред сказал только, что это спецшкола, за которую его отцу приходится отстегивать немалые денежки.

Мы прибыли на место к полудню, отыскали свободные шкафчики и разделись. Плавки были уже на нас. Ред отстегнул протез и положил его в шкаф. Я впервые видел его без протеза и старался не смотреть на руку, которая заканчивается на локте. Мы направились к бадье с раствором хлора, где все обрабатывали ноги. Вонь была ужасная, но это предотвращало грибковые заболевания, так нам объясняли. Наконец мы плюхнулись в бассейн. Вода тоже пованивала. Как только я оказался в бассейне, мне захотелось писать, и я облегчился. Здесь было полно народу: мужчины и женщины, мальчики и девочки, разных возрастов. Реду нравилась вода. Он плескался, прыгал, потом начал нырять, а когда выныривал, то струйкой выплевывал изо рта воду. Я тоже пытался плавать, но у меня не получалось так самозабвенно, как у Реда. Я никак не мог заставить себя не смотреть на его руку, вернее, на полуруку. Я неизменно пялился на нее, когда Ред не мог этого видеть. Рука действительно заканчивалась на локте, как будто закруглялась. Я разглядел маленькие пальчики. Мне показалось, что их всего три или четыре: тоненькие, скрюченные, очень красные, с крошечными ноготками. Они не собирались расти дальше; вот такие они были и все тут. Мне не хотелось думать об этих уродцах, и я нырнул, чтобы напугать Реда. Я решил подплыть сзади и схватить его под водой за ноги. И вдруг прямо передо мной появилось что-то большое и круглое. С ходу я уткнулся лицом в это большое и круглое и понял, что это огромная мягкая женская задница. В тот же момент меня схватили за волосы и поволокли на поверхность. На женщине была голубая плавательная шапочка с подвязочками, которые скрывались в жировых складках ее подбородка. На передних зубах мерцали серебряные коронки, изо рта несло чесноком.

– Ах ты маленький извращенец! Хотел пощупать на халяву, да?

Я отпрянул от нее и попятился, она стала преследовать меня. Ее обвислые груди колыхались на воде и гнали перед собой волну.

– У-у, поганец, онанист сопливый! Хотел полапать мои титьки? Тебе хотелось попробовать, как это, да? А не хочешь попробовать моего говна? Как насчет порции моего говнеца, маленький выродок?

Я отступал все дальше, становилось все глубже. Я уже поднялся на цыпочки, нахлебался воды, а она все продолжала двигаться на меня – женщина-пароход. Дальше я отступать не мог. Она подошла вплотную. Бледные пустые глаза без признаков какого-либо цвета уставились на меня. Я почувствовал, как ее тело коснулось моего.

– А ну-ка, схвати меня за пизду, – приказала она. – Я знаю, ты хотел этого, так давай – хватай! Хватай, тебе говорят!

Она не отступала.

– Если ты не сделаешь это, я скажу спасателям, что ты приставал ко мне, и тебя посадят в тюрьму! Так что хватай!

Я не мог решиться на такое. Неожиданно она сама схватила меня между ног и дернула. Она чуть не оторвала мой стручок! Я отпрянул, упал на спину и пошел ко дну. Я отчаянно работал руками, лягался и в конце концов вынырнул. Женщина была в шести футах от меня, и я поплыл вперед, хлебая воду.

– Я скажу спасателям, что ты ко мне приставал! – неслось мне вслед.

Между нами проплывал мужчина.

– Этот ублюдок, – закричала она ему, указывая на меня, – эта маленькая тварь схватила меня за пизду!

– Успокойтесь, леди, – ответил мужчина, – мальчик просто подумал, что это решетка от водостока.

Я добрался до Реда.

– Слушай, надо сматываться! Вон та жирная тетка собирается рассказать спасателям, что я хватал ее за пизду.

– А зачем ты это сделал? – спросил Ред.

– Ну, я хотел попробовать, какая она на ощупь.

– Ну и какая?

Мы выскочили из бассейна, сполоснулись под душем. Ред нацепил свою руку, и мы оделись.

– Ты правда это сделал? – опять спросил Ред.

– Ну, когда-то же надо начинать.

Примерно через месяц семья Реда уехала. В один день они просто исчезли. Как и не было. Ред никогда и ничего мне не рассказывал наперед. Реда не стало, не стало футбола, не стало его тоненьких красных пальчиков с крошечными ноготками, они исчезли. Ред был хорошим парнем.

Хлеб с ветчиной

Подняться наверх