Читать книгу Искусство материнства без жертв и чувства вины (Часть 1) - Дарья Куйдина - Страница 5

Сначала маску на себя: Эгоизм, который спасает семью

В любой инструкции по безопасности полетов, которую мы обычно пролистываем или слушаем вполуха, разглядывая облака в иллюминаторе, есть пункт, написанный кровью: «В случае разгерметизации салона сначала наденьте кислородную маску на себя, а затем – на ребенка». Эта фраза – не просто техническое предписание. Это самая точная, самая глубокая и самая игнорируемая метафора материнства. Когда мы слышим её в самолете, наш мозг на долю секунды бунтует. Инстинкт кричит: «Спасай дитя!». Культурный код шепчет: «Мать должна умереть, но спасти потомство». Но физика неумолима и цинична в своей правдивости: если ты потеряешь сознание от гипоксии через тридцать секунд, ты не сможешь помочь никому. Рядом с твоим бесчувственным телом будет сидеть задыхающийся ребенок, которому некому надеть маску. Вы погибнете оба. В материнстве нет разгерметизации салона с воем сирен и выпадением масок, но есть тихая, ежедневная, ползучая гипоксия. Мы медленно задыхаемся от недосыпа, от эмоциональных перегрузок, от сенсорного перенасыщения, от бесконечного «мам, мам, мам». И мы продолжаем, синея и теряя ориентацию в пространстве, пытаться надеть маску на ребенка – развлекать его, развивать, успокаивать. А потом наступает момент, когда мы просто падаем. И наш ребенок остается один на один с нашим выгоревшим, пустым, безжизненным телом, которое, может быть, физически еще ходит и говорит, но эмоционально уже мертво.

Здоровый эгоизм – это не ругательство. Это единственная стратегия выживания в долгосрочной перспективе. Нас учили, что эгоист – это тот, кто думает только о себе и плюет на других. Давай перепишем это определение. Здоровый эгоист – это человек, который заботится о себе, чтобы иметь силы заботиться о других. Это человек, который понимает, что он – это главный инструмент заботы. Если ты – хирург, твой скальпель должен быть острым и стерильным. Если ты – скрипач, твоя скрипка должна быть настроена. Если ты – мама, твоя психика, твое тело, твоя душа должны быть в порядке. Потому что ты работаешь собой. Ты успокаиваешь ребенка своим спокойствием, ты согреваешь его своим теплом, ты учишь его своей мудростью. Если инструмент сломан, расстроен, затуплен – работа не будет выполнена, или будет выполнена так, что нанесет вред. Пытаться воспитывать счастливого ребенка, находясь в состоянии глубокого истощения – это всё равно что пытаться оперировать ржавым ножом. Больно, грязно и опасно для жизни пациента.

Вспомни свое состояние, когда ты не спала толком несколько ночей, когда ты не ела нормально, а перехватывала куски на бегу, когда у тебя болит голова. В этом состоянии любой, даже самый невинный поступок ребенка превращается в катастрофу. Пролитый сок кажется вселенским потопом. Громкий смех звучит как скрежет металла по стеклу. Медлительность ребенка, завязывающего шнурки, вызывает желание взорваться. Ты кричишь. Ты срываешься. А потом, когда волна ярости отступает, тебя накрывает стыд. Ты думаешь: «Я чудовище, я не умею держать себя в руках». Нет, моя дорогая. Ты не чудовище. Ты просто млекопитающее, загнанное в угол биологического дистресса. Твой мозг в этот момент переключается в режим выживания. Кора головного мозга, отвечающая за логику, эмпатию, терпение и педагогические приемы, отключается, чтобы сэкономить энергию. Управление берет на себя лимбическая система – древний мозг, который знает только три реакции: бей, беги или замри. И когда ребенок (раздражитель) продолжает воздействовать на твою нервную систему, твой древний мозг выбирает «бей». Это не ты плохая мать. Это твоя физиология кричит о помощи. Ты не можешь быть терпеливой, когда твой организм кричит SOS. Требовать от себя педагогической мудрости в состоянии истощения – это как требовать от машины ехать без бензина. Ты можешь сколько угодно давить на газ, бить по рулю и уговаривать машину, но она не поедет. Ей нужно топливо.

Я хочу рассказать тебе историю про «чашку чая». Ко мне пришла на консультацию женщина по имени Марина. У неё было трое детей погодков, и она была похожа на тень. Она говорила тихо, монотонно, глядя в одну точку. Её запрос был прост: «Как мне перестать орать на детей? Дайте мне технику дыхания или таблетки». Мы начали разбирать её день. Выяснилось, что Марина просыпается в шесть утра, готовит всем завтрак, собирает старших в школу, играет с младшим, убирает, готовит обед, встречает старших, везет на кружки, делает уроки, готовит ужин, купает, укладывает… И в этом графике не было ни одной паузы. Ни одной. Она ела стоя, доедая за детьми. Она ходила в туалет с открытой дверью, потому что младший начинал плакать, если терял её из виду. Она не принимала душ по утрам, потому что «некогда». Я спросила её: «Марина, а что вы любите? Что вас наполняет?». Она посмотрела на меня с недоумением, как будто я спросила её о курсе квантовой физики. «Я люблю… горячий чай. С лимоном. И чтобы в тишине», – наконец выдавила она. «Когда вы последний раз пили чай в тишине?» – спросила я. Она заплакала. Она не помнила.

Мы договорились с ней об эксперименте. Он казался ей кощунственным, невозможным. Задача была такой: каждый день, в 14:00, когда младший засыпает на дневной сон (или играет в манеже, если не спит), Марина идет на кухню, закрывает дверь, заваривает себе чай в красивую кружку, садится у окна и пьет его 15 минут. Никакого телефона. Никакой уборки в это время. Никакого планирования ужина. Только чай, окно и она. Она сказала: «Но за эти 15 минут я могла бы помыть посуду!». Я ответила: «Посуда подождет. Ваша кукушка – нет». Через неделю она пришла ко мне другим человеком. Нет, круги под глазами не исчезли, и дети не стали ангелами. Но в её глазах появился блеск. Она сказала: «Вы знаете, эти 15 минут спасли меня. Я жду их с утра. Я знаю, что бы ни случилось – истерика, двойка, разбитая ваза – в два часа у меня будет мой чай. Это мой островок безопасности. И я заметила, что стала спокойнее реагировать на шалости. У меня появился маленький зазор между стимулом и реакцией».

Этот феномен объясняется просто. Когда ты знаешь, что у тебя есть гарантированное время для себя, твой мозг перестает паниковать. Он понимает: «Помощь идет. Скоро будет отдых». Уровень кортизола снижается. Ресурс пополняется. Это не магия, это биохимия. И самое удивительное, что дети моментально считали это изменение. Когда Марина закрыла дверь на кухню в первый раз, они скреблись и ныли. Она твердо сказала: «Мама пьет чай, чтобы быть доброй. Через 15 минут я выйду». На третий день они уже сами говорили друг другу: «Тсс, мама пьет чай, не трогай её, а то она не зарядится». Они поняли прямую связь: мама отдохнула = мама добрая. Дети прагматичны. Им выгодна добрая мама. И они готовы потерпеть 15 минут (и даже час!), если знают, что на выходе получат адекватного, веселого родителя, а не мегеру.

Забота о себе – это не обязательно дорогой СПА-салон или неделя на Мальдивах (хотя это тоже прекрасно). Забота о себе – это искусство микро-шагов. Это способность слышать сигналы своего тела до того, как оно сломается. Это умение сказать «стоп». Это навык сканировать себя: «Что я чувствую сейчас? Я голодна? Я хочу пить? Мне холодно? Мне нужно в туалет? У меня затекла спина?». Мы, мамы, часто игнорируем эти базовые сигналы годами. Мы терпим желание сходить в туалет, потому что «сейчас докормлю». Мы не пьем воду, потому что лень идти на кухню, а ребенок спит на руках. Мы ходим в неудобной одежде. Мы мерзнем на прогулках. Мы относимся к себе хуже, чем к домашнему питомцу. Ты бы позволила своей собаке терпеть и не вывела бы её гулять? Ты бы не покормила кошку? Почему же ты так жестока к себе?

Начни с базы. Физиология – это фундамент психики.

Сон. Я знаю, это больная тема. Но сон – это приоритет №1. Если есть выбор: помыть полы или поспать 20 минут днем вместе с ребенком – выбирай сон. Грязный пол никого не убил. Хронический недосып убивает нервную систему, иммунитет и либидо. Договорись с мужем о «дежурствах» в выходные, чтобы ты могла выспаться хотя бы раз в неделю до полудня. Это не блажь, это медицинская необходимость.

Еда. Ты должна есть. Не доедать, а есть. Свою еду. Вкусно. Сидя. Голодная женщина – это опасная женщина. Низкий уровень сахара в крови вызывает агрессию. Сделай себе правило: сначала кормишь себя, потом ребенка. Как в самолете. Ребенок не умрет, если подождет кашу 5 минут, пока ты съешь бутерброд и выпьешь кофе. Зато ты будешь кормить его с улыбкой, а не с дрожащими от гипогликемии руками.

Тело. Твое тело выносило и родило человека. Оно совершило титаническую работу. Оно заслуживает любви и заботы. Намажь его кремом. Сделай растяжку. Прими душ не за 3 минуты «по-солдатски», а за 10, с ароматным гелем. Почувствуй воду. Вернись в тело. Когда мы в стрессе, мы живем в голове, мы диссоциируемся от тела. Возвращение в тело заземляет и успокаивает.

Но забота о себе – это не только физиология. Это еще и информационная гигиена и защита своих границ. Мы живем в эпоху информационного шума. Пока ты кормишь ребенка грудью или качаешь коляску, ты скроллишь ленту соцсетей. И что ты там видишь? Успешный успех, идеальные тела, политические новости, катастрофы, споры в комментариях. Твой мозг не отдыхает, он перегружается еще больше. Ты напитываешься тревогой и завистью. Устрой себе цифровой детокс. Гуляй без телефона (или только с музыкой/аудиокнигой). Корми ребенка, глядя на ребенка или в окно, а не в экран. Дай мозгу возможность переварить информацию, побыть в тишине. Тишина лечит.

А теперь давай поговорим о самом сложном: о праве на личное пространство и время. Многие мамы говорят: «У меня нет помощников, муж на работе, бабушки далеко, я не могу оставить ребенка ни на минуту». Я понимаю. Это тяжело. Но даже в ситуации полной изоляции можно найти лазейки. Можно включить мультики (да, снова они, спасители наши!) на 30 минут, чтобы просто полежать в ванне. Можно нанять няню на час в неделю (студентку, соседку), чтобы просто пройтись по парку одной. Можно договориться с другой мамой на площадке: сегодня ты смотришь за обоими полчаса, пока она пьет кофе, завтра – она. Мы часто не просим о помощи, потому что думаем, что должны справляться сами. Гордыня. «Я сама». А потом мы падаем. Просить о помощи – это не слабость. Это зрелость. Это признание того, что для воспитания ребенка нужна деревня, даже если эта деревня наемная или временная.

Есть такой термин – «трогательная усталость» (touched out). Это состояние, когда тебя так много трогали за день (ребенок висит на тебе, кормится, лезет на руки, дергает за волосы), что любое прикосновение вызывает физическое отвращение. И когда вечером муж пытается обнять тебя, ты отпрыгиваешь, как ошпаренная, и кричишь: «Не трогай меня!». А он обижается, думает, что ты его разлюбила. А дело не в любви, дело в сенсорной перегрузке. Твое тело кричит: «Это моя территория! Оставьте меня в покое!». В этом состоянии жизненно важно восстановить границы своего тела. Побыть одной. Чтобы никто не касался. Чтобы кожа «остыла». Объясни это мужу. Скажи: «Милый, я люблю тебя, но сейчас я как оголенный провод. Мне нужно полчаса в ванной или прогулка одной, чтобы перезагрузиться. И тогда я смогу обнять тебя с удовольствием». Мужчины понимают прямые инструкции. Они не понимают намеков и истерик. Дай ему инструкцию по эксплуатации твоей уставшей нервной системы.

Эгоизм, спасающий семью, заключается еще и в том, чтобы не класть все яйца в одну корзину. Твоя личность не должна сводиться только к роли Матери. Это опасно. Если ты – только мама, то любые проблемы ребенка разрушают твою самооценку до основания. Если ребенок заболел – ты плохая. Если он хамит – ты ничтожество. Но если у тебя есть другие опоры – работа, хобби, спорт, друзья, творчество – ты становишься устойчивее. Ты можешь сказать себе: «Окей, сегодня я как мама потерпела фиаско, ребенок орет. Но зато я написала классную статью / испекла вкусный пирог / пробежала 5 километров». Разнообразие ролей дает страховку. Ты переключаешься. Ты черпаешь энергию в одном месте и приносишь её в другое. Мама, которая пришла с тренировки по танцам, уставшая физически, но заряженная эмоционально, даст ребенку больше радости, чем мама, которая весь день «служила» ребенку, но внутри копила тоску.

У ребенка должна быть интересная мама. Мама, у которой горят глаза. Мама, которая может рассказать не только про подгузники и каши, но и про то, какую книгу она читает, какой фильм посмотрела, о чем мечтает. Когда ты занимаешься собой, ты показываешь ребенку, что мир огромен и интересен. Ты расширяешь его горизонты. Ты учишь его тому, что жизнь не заканчивается с рождением детей. Это лучшая профилактика страха взросления. Многие дети подсознательно не хотят взрослеть, потому что видят по родителям: взрослая жизнь – это каторга. «Вот вырастешь – узнаешь, почем фунт лиха». Покажи ему другую модель: «Быть взрослым – это круто. Ты можешь выбирать, чем заниматься, ты можешь зарабатывать деньги и тратить их на свои мечты, ты можешь любить и быть любимым». И лучший способ показать это – быть такой самой.

Часто женщины говорят: «Я потрачу деньги на себя (на массаж, на психолога, на фитнес), когда будут лишние. А сейчас надо купить ребенку…». Лишних денег не будет никогда. Ресурса не будет никогда, если не выделить его приоритетным порядком. Есть закон: сначала заплати себе. Сначала наполни свой кувшин. Представь кувшин и много маленьких чашек вокруг (дети, муж, работа, дом). Если кувшин пуст, ты не нальешь в чашки ничего, кроме пыли и раздражения. Чтобы напоить других, ты должна быть полна. Иногда, чтобы наполнить кувшин, нужно отобрать время и деньги у чашек. В моменте кажется, что ты их обделяешь. Но в перспективе ты даешь им чистую, свежую воду своей любви и энергии. Пустой кувшин не может любить. Он может только требовать, чтобы наполнили его. И тогда мама превращается в вампира, которая тянет энергию из детей, требуя от них послушания и любви, чтобы заткнуть свою черную дыру.

Здоровый эгоизм – это профилактика превращения в вампира. Это честность с собой. «Я сейчас на нуле. Я не могу играть. Я включаю мультики и ложусь на диван». И ты лежишь без вины. Ты лежишь с осознанием, что ты сейчас совершаешь важную работу – ты ремонтируешь маму. Ты восстанавливаешь главный актив семьи. Это не лень. Это техобслуживание.

Я хочу, чтобы ты прямо сейчас составила свой «Список радости». Напиши 20 вещей, которые дают тебе энергию. Это могут быть самые простые вещи: чашка кофе, прогулка, разговор с подругой, чтение книги, ванна с солью, пересадка цветов, вязание, просмотр глупого сериала. Написала? А теперь пообещай мне и себе: каждый день ты будешь делать минимум один пункт из этого списка. Что бы ни случилось. Пусть весь мир подождет. Пусть гора белья растет (она никуда не убежит, поверь мне, белье умеет ждать вечно). Пусть пыль лежит. Главное, чтобы не лежала ты с нервным срывом. Внеси это в свое расписание. «13:00-13:30 – Время для Мамы». И охраняй это время как государственную границу. Сначала семья будет в шоке. Потом они привыкнут. Потом они начнут это уважать. А потом твой ребенок, когда вырастет, скажет: «Моя мама умела жить. Она научила меня любить себя».

И еще. Перестань ждать, когда станет легче. «Вот пойдет в сад…», «Вот пойдет в школу…», «Вот вырастет…». Легче не станет, станет по-другому. Новые этапы принесут новые вызовы. Жизнь – это то, что происходит сейчас, пока ты ждешь «лучших времен». Ты живешь в черновике, надеясь переписать набело потом. Но чистовика не будет. Этот день – единственный. Твоя усталость сегодня – настоящая. Твоя потребность в радости – настоящая. Не откладывай себя на потом. «Потом» может не наступить. Или наступит, но у тебя уже не будет сил и желаний. Носи свои лучшие платья сейчас. Пользуйся дорогими духами на детской площадке. Ешь из красивой посуды в обычный вторник. Будь красивой для себя. Кайфуй от себя. Женщина, которая кайфует от себя, гипнотически действует на окружающих. Дети тянутся к ней, муж смотрит с интересом, мир открывает двери. Потому что энергия притягивает. А жертвенность отталкивает.

Надень маску. Глубоко вдохни. Почувствуй, как кислород наполняет легкие. Почувствуй, как проясняется голова. Почувствуй, как возвращаются силы. Теперь посмотри на своего ребенка. Улыбнись ему искренней, живой улыбкой. И помоги ему. Теперь ты можешь. Теперь у тебя есть чем поделиться. Ты спасла себя, и тем самым ты спасла его. Это и есть высший пилотаж материнства. Не умереть ради ребенка, а жить ради себя и вместе с ним, наслаждаясь этим безумным, трудным, но таким прекрасным полетом.