Читать книгу Стеклянный мир - Дмитрий Вектор - Страница 3

Дэниел покинул центр управления поздним вечером. За окном Торонто погружался в сумерки, и город выглядел непривычно. Половина улиц была темной – светофоры не работали, уличные фонари на современных LED-панелях погасли. Горели только старые натриевые лампы на тех магистралях, где их еще не успели заменить.

Он поймал попутку на старом Шевроле – владелец, мужик лет сорока с засаленной бейсболкой, вез домой жену из больницы. Женщина сидела на заднем сиденье бледная, с забинтованной рукой.

– Упала на станции метро, когда эскалатор встал, – пояснил водитель. – Толпа повалила. Три часа в приемном покое ждали. Врачи без компьютеров как слепые котята. Карты пациентов, анализы – всё в базах данных. А базы мертвые.

Дэниел кивнул сочувственно. Он не думал о больницах. О том, сколько людей зависит от цифровых систем жизнеобеспечения. Аппараты ИВЛ, мониторы, дозаторы лекарств. Если там тоже электроника.

– Говорят, многих не спасли, – женщина на заднем сиденье говорила тихо, глядя в окно. – В реанимации. Когда всё отключилось. Не успели перевести на ручное.

Дэниел промолчал. Что тут скажешь? Мир рушился, и они только начинали понимать масштабы катастрофы.

На улицах творилось безумие. Перекрестки без светофоров превратились в месиво застрявших машин. Кое-где полиция пыталась регулировать движение вручную, но их было слишком мало. Люди шли по проезжей части – тротуары были забиты. Многие несли сумки с продуктами. Магазины работали, но только за наличные, и начался ажиотаж. Не паника пока, но нервозность чувствовалась в воздухе.

У одного супермаркета Дэниел увидел очередь – человек двести, может больше. Охранники у входа пускали по несколько человек. Внутри горел свет – генератор, наверное. Но сколько продержится топливо?

– Завтра будет хуже, – сказал водитель, словно прочитав его мысли. – Логистика рухнула. Грузовики не едут – электроника. Поезда не ходят. Самолеты не летают. Через пару дней прилавки опустеют.

– Правительство что-то делает?

– По радио говорят успокаивающие речи. Мол, ситуация под контролем, запасы есть. Но я двадцать лет на складах работал. Знаю, как эта система устроена. Она ниточка к ниточке. Один сбой – и всё посыпалось. А тут не сбой. Тут коллапс.

Они ехали молча. Радио передавало новости: введен комендантский час с десяти вечера до шести утра. Мобилизованы резервисты. Армия патрулирует крупные города. Призывы не поддаваться панике.

Когда Шевроле свернул на улицу Дэниела, впереди виднелась толпа. Человек пятьдесят окружили магазин электроники. Витрина была разбита. Охранник лежал на асфальте – живой, судя по тому, как шевелился. Люди выносили коробки. Телевизоры, ноутбуки, планшеты. Мертвое железо. Абсурд какой-то.

– Идиоты, – водитель покачал головой. – Зачем им это? Всё равно не работает.

– Привычка, – ответил Дэниел. – Или надежда, что заработает. Люди не хотят принимать реальность.

Он вышел на своей улице, расплатился – сотня долларов, втрое больше обычного тарифа, но спорить не стал. Деньги теперь были просто бумагой. Ценность имело другое: еда, вода, топливо, безопасность.

Дом встретил темнотой. Электричество отключили в шесть вечера, как и обещали по радио. Отключения поочередные, каждый район по четыре часа. Экономят ресурсы. Дэниел поднялся по лестнице – лифт, естественно, не работал – на двенадцатый этаж. Ноги гудели. Он не привык к таким нагрузкам.

Квартира была освещена свечами. Кэролайн сидела на кухне с Эмили. Дочь, девятнадцатилетняя студентка второго курса, выглядела потерянной. Обычно в это время она сидела в соцсетях или смотрела сериалы. Теперь просто смотрела на пламя свечи.

– Папа, – она вскочила, бросилась обнимать. – Ты долго. Мы волновались.

– Всё хорошо, солнце, – Дэниел обнял ее, ощущая, как дрожит ее худенькое тело. – Дорога была трудной. Город забит.

Кэролайн подошла, поцеловала его. Лицо у нее было напряженным.

– По радио говорят страшные вещи. Грабежи, беспорядки. Дэн, что происходит? Это надолго?

Он снял куртку, сел за стол. Хотелось есть – он ничего не ел с утра. Кэролайн поставила перед ним тарелку с холодным жареным мясом и овощами.

– Не знаю, как долго, – ответил он честно. – Ситуация серьезная. Не техническая неполадка. Что-то фундаментальное.

– Что значит "фундаментальное"?

Дэниел посмотрел на дочь, потом на жену. Стоит ли говорить им о куполе? О проекции неба? Они подумают, что он сошел с ума.

– Мы не знаем точно, – начал он осторожно. – Но есть признаки того, что что мир изменился. Возможно, мы находимся в условиях, которых не понимаем. Ученые работают над этим.

– Ты говоришь загадками, – Кэролайн нахмурилась. – Дэниел, это конец света?

– Нет. Нет, это не конец. Но это другое начало, может быть. – Он помолчал. – Послушайте, главное сейчас – продержаться. У нас есть запасы еды?

– На неделю, может чуть больше, – ответила Кэролайн. – Крупы, консервы, макароны. Вода в бутылках – ящик. Плита газовая, она работает. Я сегодня готовила.

– Хорошо. Завтра схожу в магазин, куплю еще. Пока есть возможность.

– Там очереди, – Эмили покачала головой. – Я ходила днем. Два часа стояла. Народ сметает всё подряд. Женщины дрались из-за пачки риса. Это ужасно.

Дэниел сжал кулаки. Первый день, а уже начинается. Паника. Хаос. Закон джунглей.

– Мы справимся, – сказал он твердо. – Главное – не паниковать. У нас есть крыша над головой, есть еда, мы вместе. Этого достаточно.

Кэролайн налила чай из термоса – вскипятила на газовой плите днем. Они пили в тишине, слушая звуки с улицы. Сирены вдалеке. Крики. Где-то разбилось стекло.

– Соседи говорят, на первом этаже вскрыли несколько квартир, – Кэролайн сказала тихо. – Пока хозяева на работе были. Грабители знали, что полиция не приедет быстро. Связь плохая.

– Нужно установить дополнительные замки, – Дэниел встал, подошел к двери. – Завтра куплю. Пока есть наличные.

– Банкоматы не работают, – напомнила Эмили. – Денег ни у кого не осталось почти.

– У меня есть дома. Заначка. – Он не добавил, что эта заначка – три тысячи долларов, которые он копил на машину. Теперь машина не нужна. Нужна еда и безопасность.

Ночь прошла тревожно. Дэниел почти не спал. Лежал в темноте, слушая город. Сирены не умолкали. Где-то рядом кто-то орал – пьяная драка, наверное. Потом выстрелы. Два или три. Глухие хлопки. Кэролайн сжала его руку.

– Это полиция?

– Наверное.

Или грабители. Или напуганные люди, защищающие свое имущество. Граница между порядком и хаосом оказалась тоньше, чем казалось.

Утро второго дня встретило его серым небом. Дэниел вышел на балкон. Внизу на парковке догорала машина – чья-то дорогая Тесла. Бессмысленное насилие. Рядом валялись разбитые витрины ближайшего магазина. Улица была усыпана мусором.

Электричество включили в семь утра. Дэниел включил радио. Новости были мрачными: за ночь в Торонто зафиксировано более тысячи преступлений. Два десятка погибших. Власти призывали к порядку. Введен режим чрезвычайного положения.

По всему миру ситуация аналогичная. Нью-Йорк, Лондон, Токио, Москва – везде хаос. Цивилизация, построенная на цифровых технологиях, рассыпалась за сутки. Люди оказались не готовы к жизни без смартфонов, интернета, электронных денег.

Дэниел оделся, взял заначку из тайника в шкафу. Кэролайн проснулась.

– Ты куда?

– За продуктами. И за замками. Вернусь через пару часов. Закройтесь на все замки. Никому не открывайте.

– Будь осторожен.

Он поцеловал ее и вышел.

На улице было странно тихо для утра будного дня. Обычно в это время народ спешил на работу. Теперь большинство оставалось дома. Работа остановилась. Офисы без компьютеров, заводы без автоматизированных систем, магазины без касс – всё замерло.

Дэниел дошел до ближайшего супермаркета. Очередь была еще длиннее, чем вчера. Человек триста, может больше. Люди стояли молча, с мрачными лицами. У входа – полицейские с дубинками. Атмосфера напряженная, как перед грозой.

Он встал в очередь. Впереди двое мужчин обсуждали ситуацию:

– Слышал, что в Детройте полный беспредел. Национальная гвардия стреляет по мародерам.

– У нас скоро то же будет. Видел, сколько магазинов разграбили за ночь?

– А что ты хочешь? Людям жрать нечего. Денег нет. Работы нет. Каждый за себя.

Дэниел слушал молча. Они были правы. Общество держалось на хрупком равновесии. Уберите несколько ключевых технологий – и всё рухнет. Оказалось, люди двадцать первого века не умеют выживать без гаджетов.

Очередь продвигалась медленно. Час. Два. Наконец Дэниел вошел внутрь. Полки были полупустыми. Хлеб закончился. Молоко – тоже. Осталась крупа, консервы, макароны. Он набрал, сколько смог унести. Расплатился наличными у единственной работающей кассы – древний механический аппарат, который обычно стоял как музейный экспонат.

Выходя, он увидел, как в конце очереди начались толчки. Двое мужчин подрались. Полиция разнимала. Кто-то кричал. Напряжение росло.

Дэниел поспешил домой. По дороге зашел в хозяйственный магазин, купил два навесных замка и цепь. Продавец, старик с седой бородой, усмехнулся:

– Седьмой сегодня покупаете замки. Все боятся. Правильно боятся. Без полиции город превратится в джунгли.

– Полиция есть.

– Их мало. И связь у них плохая. Рации старые, радиус маленький. По городу не координируются. Каждый сам по себе.

Дэниел вернулся домой, нагруженный сумками. Кэролайн встретила с облегчением.

– Слава богу. Я волновалась.

Он установил дополнительные замки, проверил окна. Квартира на двенадцатом этаже – грабители вряд ли полезут так высоко. Но перестраховаться не мешает.

Вечером они сидели на кухне при свечах – электричество снова отключили. Эмили была тихой, подавленной. Она привыкла к другой жизни. К социальным сетям, онлайн-играм с друзьями. Теперь всё это исчезло. Осталась только реальность. Суровая, холодная реальность мира без цифр.

– Папа, – спросила она вдруг, – мы умрем?

– Нет, – Дэниел обнял ее. – Нет, солнце. Мы не умрем. Люди выживали тысячи лет без смартфонов. Мы тоже выживем.

– Но это страшно. Всё изменилось. Так быстро. Еще два дня назад всё было нормально. А теперь.

– Теперь мы адаптируемся. Учимся жить по-новому. У нас получится.

Кэролайн сжала его руку под столом. Дэниел видел в ее глазах вопрос: ты сам веришь в то, что говоришь?