Читать книгу Стеклянный мир - Дмитрий Вектор - Страница 4

На третий день после катастрофы Дэниела вызвали в центр управления экстренным сообщением по радио. Передача шла в шесть утра, через городскую сеть оповещения: "Коллинз, Чен, Вайнер – явиться в центр немедленно. Готовность к запуску через сорок восемь часов."

Дэниел оделся в темноте – электричество еще не включили. Кэролайн проснулась, села на кровати.

– Тебя вызывают?

– Да. Запуск. Мы наконец получим ответы.

Она молчала. Потом спросила тихо:

– А если ответы окажутся страшнее вопросов?

Дэниел застегнул куртку, повернулся к ней. В сером предрассветном свете, просачивающемся через окно, её лицо казалось бледным и усталым.

– Тогда хотя бы будем знать правду. Это лучше, чем жить в неведении.

Дорога до центра управления заняла три часа. Город просыпался медленно, нехотя. На улицах было меньше людей – многие боялись выходить. Ночью стрельба не прекращалась до утра. Полиция потеряла контроль над несколькими районами. Там правили банды мародеров.

В центре управления собрались все ключевые специалисты. Томас Хендерсон стоял у карты Канады, на которой красным маркером был отмечен город Черчилл на берегу Гудзонова залива.

– Господа, – начал он без предисловий, – Министерство обороны одобрило запуск. Космодром Черчилл законсервирован с 1985 года, но там сохранилась инфраструктура. Военные нашли в запасниках две ракеты "Блэк Брант XII" – метеорологические зонды семидесятых годов. Полностью аналоговое управление. Они летали на высоту до тысячи километров. Мы возьмем одну, оснастим её капсулой с фотокамерами.

Маркус Вайнер развернул чертежи на столе:

– Капсулу уже готовят. Три пленочных фотоаппарата "Хассельблад" – те самые, что использовались в программе "Аполлон". Механические затворы, никакой электроники. Таймеры заведем вручную. Камеры будут снимать каждые тридцать секунд в разных направлениях: вверх, в стороны, вниз. Капсула поднимется до двухсот пятидесяти километров, сделает серию снимков и вернется на парашюте.

– Какова вероятность успеха? – спросила Ребекка Чен.

– Процентов семьдесят на запуск. Процентов пятьдесят на возвращение капсулы в целости. Ракеты старые. Топливо пришлось везти из резервов. Но другого способа узнать, что там наверху, у нас нет.

– Кто поедет на космодром? – Хендерсон оглядел собравшихся.

– Я, – сказал Дэниел. – Хочу своими глазами увидеть запуск.

– И я, – добавила Ребекка.

– Я тоже, – Маркус кивнул. – Нужен кто-то, кто понимает физику процесса. Если что-то пойдет не так, придется принимать решения на месте.

Хендерсон задумался:

– Хорошо. Втроем. Вылет поездом сегодня вечером. Дорога займет два дня. Как раз к запуску успеете.

Дэниел вернулся домой собрать вещи. Кэролайн встретила его на кухне – готовила обед на газовой плите. Эмили сидела у окна с книгой – читать было единственным развлечением теперь.

– Я должен уехать, – сказал Дэниел. – На несколько дней. На север. К Гудзонову заливу.

Кэролайн обернулась, в руке у нее был половник с супом.

– Когда?

– Сегодня вечером. Поездом.

– Поезда ходят?

– Старые составы с дизельными локомотивами. Без цифрового управления. Медленно, но ходят.

Она поставила половник, подошла к нему.

– Это опасно?

– Нет. Просто долго. Буду на связи по радио, когда смогу.

– Дэн – она взяла его за руки. – Ты не рассказываешь мне всего. Я вижу. Что вы там нашли? Что вы ищете на этом запуске?

Он посмотрел ей в глаза. Сколько лет вместе? Пятнадцать. Она заслуживала правды.

– Мы думаем, что Земля окружена чем-то. Куполом. Экраном. И то, что мы видим на небе – звезды, Солнце, Луну – это проекция. Не настоящее. Мы хотим проверить эту теорию. Запустить ракету. Посмотреть, что там, за облаками.

Кэролайн молчала. Потом медленно кивнула:

– Я знала, что это что-то невероятное. По твоему лицу видела. Господи, Дэн. Купол вокруг Земли? Это звучит как научная фантастика.

– Знаю. Но факты указывают именно на это.

– А если это правда? Что тогда?

– Тогда мы узнаем, что находимся в ловушке. И попытаемся найти выход.

Эмили подошла к ним. Она слушала разговор.

– Папа, а кто нас туда посадил? В эту ловушку?

– Не знаю, солнце. Может, никто. Может, это естественное явление. Или может может, кто-то очень могущественный. Мы выясним.

Вечером Дэниел стоял на платформе Юнион-стейшн с рюкзаком за плечами. Ребекка и Маркус уже ждали у состава – старый дизельный поезд, который обычно возил грузы на север. Несколько вагонов переоборудовали под пассажиров.

Народу было мало. В основном военные и государственные служащие. Обычные поездки прекратились – людям было не до путешествий.

Поезд тронулся с лязгом и скрипом. Дэниел устроился у окна. За стеклом проплывал ночной Торонто – частично освещенный, частично погруженный во тьму. Город-призрак.

– Никогда не думал, что доживу до такого, – сказал Маркус, сидящий напротив. – Коллапс цивилизации на моих глазах.

– Это не коллапс, – возразила Ребекка. – Это трансформация. Болезненная, но не смертельная. Люди адаптируются.

– Не все. Многие умрут. Уже умирают. Больные без лекарств. Старики без обогрева. Дети в больницах. Статистика будет ужасной.

– Знаю, – Ребекка отвернулась к окну. – Но что мы можем сделать? Мы ученые, не боги. Мы пытаемся понять, что произошло. Это наш вклад.

Поезд грохотал по рельсам. Дэниел достал термос с кофе, который Кэролайн приготовила на дорогу. Пил медленно, смотрел в темноту за окном.

Первую ночь спали на жестких скамейках. Поезд останавливался часто – приходилось ждать, пока встречные составы пройдут. Диспетчерская связь работала плохо. Несколько раз едва избежали столкновений.

Утром второго дня они проснулись на широких просторах северного Онтарио. Бесконечные леса, озера, редкие поселки. Пейзаж был суров и красив. Дэниел смотрел на небо. Серое, затянутое облаками. Обычное осеннее небо Канады. Но теперь он знал – это иллюзия. За этими облаками, за синевой, которую он видел в ясные дни, была стена. Серая, непроницаемая стена.

– О чем думаешь? – спросил Маркус.

– О том, как мы были слепы. Всю жизнь смотрели на небо. Мечтали о звездах. А оказалось, мы в клетке.

– Не факт, что всегда были. Может, раньше небо было настоящим. А потом его заменили. Вопрос: когда и почему?

– И кто, – добавила Ребекка. – Это главный вопрос. Кто способен на такое?

Они обсуждали теории. Внеземная цивилизация. Божественное вмешательство. Эксперимент. Тюрьма. Защита от чего-то снаружи. Каждая версия казалась безумной. Но и реальность была безумной.

На вторую ночь поезд прибыл в Черчилл. Маленький городок на берегу залива, когда-то центр космических исследований, теперь почти заброшенный. Население – человек восемьсот. Живут охотой, рыбалкой, туризмом. Или жили, пока мир не перевернулся.

Их встретил военный грузовик. Водитель, молодой сержант с обветренным лицом, повез их к космодрому. Дорога шла вдоль залива. Вода была темной, холодной. Льдины уже начали формироваться – зима на севере приходит рано.

Космодром располагался в десяти километрах от города. Ржавые ангары, старые здания, покрытые мхом. Место-призрак. Но сейчас оно ожило. Военные установили палатки, привезли оборудование. На стартовой площадке стояла ракета – стройная, белая, около пятнадцати метров высотой.

Главный инженер запуска, полковник Джеймс Макдональд, встретил их у командного бункера.

– Добро пожаловать в прошлое, – усмехнулся он. – Последний раз отсюда запускали в восемьдесят четвертом году. Думал, больше никогда не увижу работающую ракету на этом столе.

– Она готова? – спросил Маркус.

– Настолько, насколько может быть готова сорокалетняя ракета. Топливо залили. Капсулу с камерами установили. Гироскопы проверили – крутятся ровно. Должна взлететь. Вопрос – вернется ли.

Они прошли в бункер управления запуском. Аналоговые приборы, стрелочные индикаторы, рычаги. Как музей шестидесятых.

– Запуск планируем на завтра утром, – сказал Макдональд. – Погода будет ясная. Это важно – нужна видимость для оптического слежения. Камеры отснимут на высоте двести пятьдесят километров. Потом капсула отделится, начнет спуск. Парашют раскроется на высоте пять километров. Приземление в зоне радиусом двадцать километров. Вертолеты уже на дежурстве. Найдем и доставим сюда.

– Сколько времени от запуска до возвращения? – спросила Ребекка.

– Примерно час. Подъем – двадцать минут. Съемка – десять минут. Спуск – полчаса.

Дэниел вышел на улицу. Солнце садилось над заливом. Небо окрасилось в оранжевые и розовые тона. Красиво. Он вспомнил, как в детстве смотрел на закаты и думал о бесконечности космоса. О далеких звездах. О планетах, где может быть жизнь.

Теперь он знал – всё это было иллюзией. За этим прекрасным закатом скрывалась серая стена.

– Завтра узнаем правду, – Ребекка подошла к нему. – Готов?

– Не знаю. Можно ли быть готовым к такому?

– Нет. Но выбора нет.