Читать книгу По ту сторону стекла - Дмитрий Вектор - Страница 5

Автобусная станция на Харрисон-стрит встретила их хаосом. Эмили думала, что город вымер, что все попрятались по домам, но оказалось – просто все сбежались сюда. Толпа человек в двести, может, больше, давила к кассам, к посадочным платформам. Кричали, толкались, размахивали билетами или телефонами. Кто-то плакал. Кто-то тащил огромные чемоданы, коробки, даже мебель.

– Господи, – выдохнул Дэвид. – Половина города сваливает.

Охранники в светоотражающих жилетах пытались навести порядок, но их было мало – четверо на всю толпу. Один орал в рупор что-то про очередь и спокойствие, но его никто не слушал.

Эмили и Дэвид протиснулись ближе к зданию станции. Стеклянные двери были заклеены непрозрачной плёнкой – чёрной, матовой, чтобы не было отражений. На стенах висели объявления, напечатанные на обычной бумаге:

«ПО РАСПОРЯЖЕНИЮ МЭРИИ ВСЕ ЗЕРКАЛЬНЫЕ И ОТРАЖАЮЩИЕ ПОВЕРХНОСТИ НА ТЕРРИТОРИИ СТАНЦИИ УДАЛЕНЫ ИЛИ ЗАВЕШЕНЫ. ПРОСЬБА СОХРАНЯТЬ СПОКОЙСТВИЕ И СЛЕДОВАТЬ УКАЗАНИЯМ ПЕРСОНАЛА».

Дэвид показал на электронное табло над входом. Половина рейсов отменена. Кливленд – задержка два часа. Детройт – отменён. Индианаполис – отменён. Милуоки – задержка.

– Наш автобус через сорок минут, – сказал он, проверив телефон. – Если вообще придёт.

Они нашли относительно свободное место у стены, подальше от толпы, и устроились на полу, прислонившись спинами к кирпичу. Эмили достала бутылку воды, сделала несколько глотков. Горло пересохло от пыли и страха.

Вокруг люди разговаривали – нервно, громко, перебивая друг друга. Обрывки фраз долетали отовсюду:

«…слышала, что в Сент-Луисе вообще запретили выходить на улицу…».

«…мой брат говорит, в Канзасе национальная гвардия расстреливает мародёров…».

«…по радио сказали, что это наказание божье за грехи…».

«…учёные нашли способ, скоро всё наладится…».

«…конец света, братцы, конец света…».

Эмили закрыла глаза, пытаясь отключиться от шума. Но получалось плохо. Тревога гудела в голове, как натянутая струна. Она достала телефон, проверила новости.

CNN: «Число пропавших в США превысило пять тысяч человек. Власти не исключают введения военного положения».

BBC: «Зеркальный кризис охватил Европу. Лондон, Париж и Берлин сообщают о массовых исчезновениях».

Al Jazeera: «ООН созывает экстренное заседание Совета Безопасности».

Местные новости Чикаго: «Мэр призывает горожан не покидать дома без крайней необходимости. В городе введён комендантский час с 20:00 до 6:00».

Эмили открыла твиттер. Хештег #MirrorCrisis давно перестал быть просто трендом – он захватил всю ленту. Каждый второй пост был об этом.

@sarah_m_1991: «Моя дочь пропала час назад. Она смотрела в зеркало в своей комнате и просто исчезла. Я видела, как её рука прошла сквозь стекло. ПОМОГИТЕ. КТО-НИБУДЬ. #MirrorCrisis».

@physics_dad: «Теория профессора Чен имеет смысл. Если MIT действительно создал квантовый разрыв, мы имеем дело с каскадным эффектом. Барьер между реальностями разрушается экспоненциально. У нас дни, может, часы.».

@endtimes_prophet: «ПОКАЙТЕСЬ. ЭТО АПОКАЛИПСИС. Бог открыл врата ада и демоны выходят через зеркала. Молитесь и ищите спасения в церкви.».

@jenny_chicago: «Кто-нибудь ещё видел, как отражения… разговаривают? Моё отражение шевелило губами, говорило что-то. Я не слышала звука, но читала по губам. Оно сказало: "Скоро я выйду". Я в ужасе.».

Видео набирало миллионы просмотров за минуты. Эмили открыла одно – снято на телефон дрожащей рукой. Торговый центр, огромный атриум со стеклянными стенами. Толпа людей стоит и смотрит на витрину магазина. В отражении видно другой торговый центр – похожий, но не такой. Освещение темнее, стены другого цвета. И в том, отражённом центре, тоже стоят люди. Они смотрят на стекло. На реальных людей по эту сторону.

Потом кто-то из отражённых людей поднимает руку и прикладывает ладонь к стеклу изнутри. Кто-то из реальных людей делает то же самое – прикладывает ладонь снаружи. Ладони соприкасаются через стекло.

И стекло начинает плавиться.

Камера дёргается, слышны крики. Люди бегут. Видео обрывается.

– Что смотришь? – спросил Дэвид, заглядывая через плечо.

– Лучше не знать.

Она выключила телефон и убрала его в карман. Руки дрожали. Дэвид положил свою руку поверх её – тёплую, успокаивающую.

– Мы справимся, – сказал он. – Доедем до Бостона, найдём ответы.

Эмили хотела верить. Но с каждым часом мир казался всё менее реальным, будто они проваливались сквозь трещину в действительности, в какой-то кошмар, из которого нельзя проснуться.

Прошло полчаса. Толпа на станции не редела, а наоборот, росла. Приходили всё новые люди – с детьми, стариками, домашними животными. Одна женщина тащила клетку с попугаем. Мужчина вёз инвалидную коляску с пожилой матерью. Подростки с рюкзаками, явно сбежавшие из дома.

Все бежали. Но куда? Что они надеялись найти в других городах? Безопасность? Её нигде не было. Феномен был глобальным.

Наконец объявили посадку на их автобус. Толпа рванула к платформе номер шесть. Эмили и Дэвид поднялись, схватили свои вещи и присоединились к потоку. Толкались, протискивались, кто-то наступил Эмили на ногу, кто-то ударил локтём в бок. Она сжала зубы и продолжила пробиваться.

Автобус оказался старым, облезлым, с заляпанными окнами. Но окна были завешены изнутри какой-то тёмной плёнкой – опять же, чтобы избежать отражений. Внутри пахло потом, дешёвым освежителем воздуха и страхом.

Эмили и Дэвид нашли места в середине салона. Села у прохода, он – у окна. Рюкзаки сунули под сиденья. Вокруг втискивались другие пассажиры – всех мест не хватало, кто-то стоял в проходе.

Водитель – мужик лет пятидесяти с седой бородкой – включил микрофон:

– Слушайте внимательно. Поездка займёт примерно восемь часов при хорошем раскладе. Останавливаться будем только на заправках, и то ненадолго. Туалет в конце салона, пользуйтесь по очереди. Никаких зеркал там нет, всё убрали. – Он помолчал, потом добавил: – И ещё. Если вы везёте с собой зеркальца, косметички с зеркалами или что-то подобное – выкиньте сейчас. Не хочу проблем в дороге.

Несколько пассажиров послушно достали карманные зеркальца и бросили в урну у входа. Эмили проверила свою сумку – ничего отражающего. Дэвид тоже.

Автобус тронулся с натужным гудением двигателя. Вырулил со станции, поехал по улицам Чикаго. Эмили смотрела в завешенное окно – сквозь плёнку город казался призрачным, нереальным. Здания проплывали мимо, как тени. Редкие машины. Ещё реже – люди на тротуарах, спешащие куда-то, оглядывающиеся.

Они проехали мимо супермаркета. Витрины выбиты, внутри темно. У входа валяется перевёрнутая тележка, рассыпанные продукты. Мародёры побывали.

Дальше – сквер, где обычно гуляли с детьми. Пустой. Качели раскачивались на ветру, скрипя. На асфальте кто-то нарисовал мелом огромный крест и надпись: «ГОСПОДЬ, СПАСИ НАС».

Потом церковь. Переполненная. Люди стояли даже снаружи, на ступеньках, под дождём, молились, держась за чётки.

Эмили отвернулась. Не могла смотреть. Это был её город, её дом, и он умирал. Медленно, болезненно, превращаясь в декорации к фильму ужасов.

Дэвид положил руку ей на плечо.

– Не думай об этом. Сосредоточься на цели. Добраться до Бостона, найти лабораторию, поговорить с учёными.

– А если они не знают, как это остановить?

– Тогда мы найдём того, кто знает.

Автобус вырулил на шоссе. Город остался позади, впереди простирались пригороды, потом поля, леса. Эмили прислонилась к спинке сиденья, закрыла глаза. Усталость навалилась внезапно, тяжёлым одеялом. Она не спала больше суток. Тело требовало отдыха.

Но спать было страшно. Во сне она не контролировала себя. Во сне зеркала могли прийти к ней.