Читать книгу Русское безграничье. Репортажи из зоны СВО - Григорий Кубатьян - Страница 6

Поселок Каменск, расположенный на краю Мариуполя, считается частью города. Через дорогу напротив него находится разрушающийся завод Ильича, который потихоньку пилят на металлолом. Весной 2022 года в этих местах шли бои. Здесь проходила первая линия обороны Мариуполя. В жилых домах сидели украинские снайперы, а на заводе прятались «азовцы».

Первый участок в поселке – ферма, на которой разводят осетров. Участок принадлежит Сергею Пономареву. Когда шли бои, в подвале его дома прятались соседи – 26 человек. А он их кормил осетриной. Что было, то и ели. С того времени над входом в подвал остались огромные надписи «дети», «люди» и вмятина на стальных воротах от гранаты подствольника.

Сергей встречает меня доброжелательно, показывает ферму. В бассейнах плавают ленский и русский осетры, стерлядь и бекстер (гибрид белуги и стерляди) – несколько сотен голов. Ферму Сергей построил вместе с друзьями. Они продают услуги связи, а рыба – это так, для души. Пока что осетры дохода не приносят.

Парни сами изготовили кирпичи из гранитного отсева и цемента. Сами возвели дом и все постройки. Пробурили скважины, чтобы в бассейнах была проточная вода. Сергей купил бочку 10‐граммовых мальков в поселке Спартак, что под Донецком. Там сохранились пруды, где выращивали рыбу. В 2015‐м там еще не шли бои и можно было проехать. С того времени прошло 9 лет, заметный срок. Большая часть мальков умерла, но те, что выжили, стали полутораметровыми осетрами. Один такой весит до 20 кг.

Подросшие осетры были готовы метать икру (дорогущую, черную!), но в неволе нерест нужно провоцировать искусственно. Для этого рыбе делают укол. Ее не убивают, а «доят». При правильном уходе осетр дает икру два раза в год. Вызвали специалиста со шприцем и даже успели одного осетра уколоть, но начался штурм Мариуполя. Электричество пропало, встали насосы, качающие воду. Несмотря на запуск генератора, первый нерест был обречен.

– Мы сидели в подвале, – вспоминает Сергей. – Я выскакивал во двор, бегал проверить осетров. А вокруг такая стрельба была! Вот там на третьем этаже украинские снайперы сидели, – показывает он. – А тут через поле «азовцы» с завода Ильича убегали, их российская армия с самолетов расстреливала!

Во дворе у Сергея стояла солнечная панель для выработки энергии. Кто-то из военных подумал, что это вражеский радар, и расстрелял ее. Линия фронта проходила через его двор. Приходилось кричать: «Здесь гражданские! Не стреляйте!»

Подвал в доме Сергея большой и глубокий. Не просто подвал, а подземный гараж и автомастерская. Целое бомбоубежище. Плюс запас питьевой воды: свои скважины и несколько бассейнов.

Один за другим соседи шли прятаться сюда. Сергей пускал всех. Некоторых собирал по поселку. Еле уговорил пожилую родственницу прийти к нему. Она надеялась, что дома в погребе отсидится. Но потом пришла. И слава богу, потому что в ее дом прилетела мина, он сгорел со всем имуществом.

В подвале было холодно – около 12 градусов. Грелись, накрывшись одеялами.

– Здесь моя мать спала, – показывает Сергей стоящую у стены кровать. – А здесь стояла палатка, в ней семья с ребенком пряталась, слишком холодно было.

Перегородки в подвале поставили сами, чтобы защититься от случайных, летящих в ворота пуль. В неразберихе боя кто-то запустил в ворота гранатой из подствольника. Стальные ворота чудом выдержали, осталась вмятина.

– Хорошо, что не залетела. Всех бы поубивала! – восклицает Сергей. – А то, что окна вылетели, так мы потом все починили.

Печку для готовки мужики слепили из глины, дымоход соорудили из вентиляционной трубы. Печь топили круглосуточно, но обогреть большой подвал было сложно.

Варили крупу. Съели большого осетра и 500 граммов икры. Из нее могли получиться новые мальки, а вышли бутерброды на всю большую компанию.

– Что было в холодильнике, все съели, – рассказывает Сергей. – Рыбу мороженую, кукурузу. Вино у нас собственного производства, все выпили – 500 литров!

– Сами столько выпили?! – удивляюсь я.

– Военные мимо проходили. Помогли слегка.

– У вас здесь свой виноград растет?

– Конечно! А у вас что, не растет? – недоверчиво смотрит Сергей.

– Я из Петербурга.

– А… Понятно, – с сочувствием вздыхает фермер.

Сидели в подвале с конца февраля по апрель. Потом пришли русские солдаты и сказали: «Выходите, вы под нашей защитой. Больше вас никто не обидит». Мародерства не было. Солдаты привозили еду и вещи. Приходили сюда постоянно. Чтобы отдохнуть и посмотреть, как плещутся осетры, – для успокоения нервов.

Сергей родился в Мариуполе. Он вспоминает 2014 год и говорит, что если бы Россия тогда приняла решение, то вся Украина ушла бы в Россию с удовольствием.

– В 2014 году мы выходили митинговать против Майдана. Нас милиция поддерживала, все были за российскую власть: быстрее бы пришли! – вспоминает Сергей.

Во время парада 9 мая 2014 года случилась перестрелка. Сын Сергея вместе с друзьями пошел на парад, и одному из них возле центрального универмага выстрелили в голову. Чудом остался жив. В город зашли «азовцы».

– Мы махали российскими флагами и надеялись, что придет русская армия и все будет хорошо. Но она не пришла, – с горечью говорит Сергей. – А что сделаешь без оружия?! Многих наших перебили, пересажали, позакапывали. Слышали про аэропорт? Там была пыточная, называлась «библиотека». Брата моей жены туда забрали.

По инерции жители Мариуполя еще воспринимали Украину своим государством, которое защитит от банд, от насилия. Искали защиты у киевских властей, но не находили.

Родственница Сергея, та, у которой сгорел дом, собралась ехать на операцию во Львов. Уже шла СВО, и Сергей уговаривал ее ехать лечиться в Донецк. Но она уперлась: «Поеду во Львов, только там сделают!» Уговорила сына Сергея отвезти ее туда. Сын посадил в машину ее, свою жену и тещу, и вместе поехали. К северу от Васильевки в Запорожье тогда был переход.

– Во Львове ее лечить не стали, сказали: «У вас все хорошо». И она скончалась! – вспоминает Сергей.

Осаду Мариуполя женщина выдержала, а посещение больницы во Львове нет. Сергей связался с сыном по телефону и настаивал: «Тикай оттуда!» Сын с женой и тещей бросились обратно в Васильевку. Там его остановили вэсэушники и сказали: «Женщин пропустим, а тебя нет». И в сторону отвели. То ли задержать хотели, то ли расстрелять. Но солдаты отвлеклись, и он в приграничной суматохе незаметно заскочил в автобус. Так спасся.