Читать книгу Николай II. Трагедия - Иван А. Смирнов - Страница 8
АКТ I
СЦЕНА 5. Семейное счастье и проклятие крови
ОглавлениеЦарское Село. 1904 год.
Часть первая. Идиллия
Солнечная гостиная в Александровском дворце. Воздух напоен ароматом цветущих яблонь. ВЕЛИКИЕ КНЯЖНЫ – ОЛЬГА, ТАТЬЯНА, МАРИЯ, АНАСТАСИЯ – играют в лото. АЛЕКСАНДРА ФЁДОРОВНА вышивает у окна. НИКОЛАЙ читает газету, с нежностью поглядывая на дочерей.
ОЛЬГА
(разбирая фишки)
Пятьдесят один! У меня есть!
ТАТЬЯНА
(строго)
Сестра, не торопись. Ты снова путаешь ряд.
АНАСТАСИЯ
(вертясь перед зеркалом)
А я – сорок четыре!
Я почти выиграла!
Смотрите, как я
Танцую менуэт!
Анастасия делает забавный пируэт. Все смеются.
МАРИЯ
(тихо, отцу)
Папа́, а ты когда ещё возьмёшь нас на яхту?
Там так хорошо… и нет этих церемоний.
НИКОЛАЙ
(откладывая газету)
Скоро, моя крошка. Очень скоро.
Вот только дела государственные…
(Вздыхает, смотрит на жену.)
Но здесь, с вами, я забываю о троне.
Здесь я – просто отец. И это – счастье.
АЛЕКСАНДРА
(поднимая на него взгляд)
Наш тихий мир, наш островок покоя.
Четыре розы… и ни одного шипа.
Господь милостив.
Часть вторая. Наследник
Входят ВРАЧ и АКУШЕРКА. Лица их торжественны. Акушерка держит на руках запеленутого младенца.
ВРАЧ
Ваше императорское величество!
Поздравляю! Господь даровал России
Наследника!
Николай застывает на мгновение, затем стремительно подходит и берет ребёнка на руки. Руки его дрожат.
НИКОЛАЙ
Сын… У меня сын! Алексей…
Имя предков наших… Слышишь, Аликс?
Мальчик! Здоровый мальчик!
АЛЕКСАНДРА
(с молитвенно сложенными руками)
Слава Тебе, Господи! Свершилось!
Династия спасена… Мой мальчик…
Мой долгожданный…
Все дочери окружают отца, встают на цыпочки, чтобы разглядеть брата. Радость, всеобщее ликование. Слышен праздничный колокольный звон и пушечный салют вдали.
ОЛЬГА
Он такой маленький! И волосики светлые…
АНАСТАСИЯ
Я буду его защищать! Я самая смелая!
Николай целует лоб жены. В его глазах – слёзы счастья.
НИКОЛАЙ
Теперь всё совершенно. Наш союз
Благословен и небом, и Россией.
Вот он – наследник! Будущий царь!
Я вижу в нём продолженье всех начал…
Часть третья. Проклятие крови
Проходит несколько недель. Та же комната, но свет стал холоднее. Николай один, он стоит у того же окна, но выражение лица у него разбитое. Входит Александра. Она не плачет, но её лицо – маска ужаса и отчаяния.
НИКОЛАЙ
(не поворачиваясь)
Опять… синяк. Без всякой причины.
Кровь не останавливается… два дня.
Он плачет… плачет от боли, а я…
Я не могу ничего сделать. Ничего!
АЛЕКСАНДРА
Молчи! Не говори об этом вслух…
(Подходит ближе, голос её прерывается.)
Врачи сказали… Гемофилия.
Проклятие… проклятие моей крови.
Мой дядя… брат… они умерли от пореза.
А теперь… мой сын… мой мальчик…
НИКОЛАЙ
(оборачивается, в его лице – растерянность и гнев)
За что? Чем мы провинились, Аликс?
Мы добродетельны, мы любим друг друга…
Мы просили у Бога только этого сына!
И он нам его дал… но с каким знаком!
Со знаком Каина… нет, хуже!
АЛЕКСАНДРА
(дико)
Это наказание! Наказание за грехи…
Мои грехи… или твои… или всей династии.
Романовы прогневали Бога… и кара
Падает на невинного… на младенца!
О, Боже мой, Боже мой… за что?
Она падает на колени перед киотом.
АЛЕКСАНДРА
(шепчет истово)
Смилуйся… отведи эту чашу…
Возьми мою жизнь…
Но пощади его!
Я всё отдам… всё…
Николай смотрит на молящуюся жену, потом снова в окно, на безмятежный парк.
НИКОЛАЙ
(тихо, словно самому себе)
Наследник… будущий царь…
Который может умереть от царапины.
Какой жестокий парадокс, Господи!
Ты дал мне всё… и всё отнял в одночасье.
Что за сила, враждебная и тёмная,
Следит за нашим родом и смеётся?
Рок… Рок висит над нами, Аликс.
Не мы им управляем, а он – нами.
Александра поднимается с колен. В её глазах появляется странный, почти фанатичный блеск.
АЛЕКСАНДРА
Нет. Я не приму этого. Я буду бороться.
Если врачи бессильны… есть иная сила.
Сила веры… Сила тех, кто говорит с Богом.
Я найду того, кто исцелит его.
Я найду святого старца… или чудотворца.
Я продам душу, но спасу его!
Она стремительно выходит. Николай остается один. Он подходит к колыбели, где спит Алексей, и смотрит на него с бесконечной болью.
НИКОЛАЙ
Спи, мой мальчик… Спи, царевич…
Мир жесток к тебе… и ко всем нам.
Какое царство ты унаследуешь?
Царство боли… или царство, что рухнет
Под тяжестью этого проклятия?
Он медленно опускается на стул у колыбели и застывает, словно надгробие. Свет гаснет, оставляя его в полной темноте.
Занавес.
