Читать книгу Однажды в Вегасе - Кира Монро - Страница 6

ГЛАВА 5

Оглавление

Lord Huron — The Night We Met


Во вторник утром я вышла из лифта на двадцать первом этаже с дорожной сумкой на плече. До рейса оставалось несколько часов. Если встреча с Элизабет не затянется, я успевала в аэропорт.

Спала я часа четыре. Вернувшись от Джейка, сразу позвонила Эндрю и пересказала разговор с Хэнли. О собственных клятвах, фамилии Браун и оплаченной видеозаписи сказала под конец. Хотелось ограничиться новостями о разводе, но я уже понимала, что опять решаю за него, о чём ему стоит знать.

— Саму запись нашли?

— Пока нет. Проверяют архив.

В трубке щёлкнула дверца шкафа. Я представила Эндрю в нашей спальне: он снял галстук, расстегнул ворот рубашки и убирает пиджак. Захотелось оказаться рядом, обнять его и самой расстегнуть остальные пуговицы. Вместо этого я сидела на гостиничной кровати и рассказывала, как когда-то собиралась взять чужую фамилию.

Он спросил, когда я прилетаю, и сказал, что встретит меня. Я напомнила, что могу заказать машину.

— Я знаю, что можешь, милая. Всё равно приеду.

Я открыла билет и отправила ему номер рейса. Потом мы ещё немного поговорили о погоде в Сиэтле и о том, во сколько мне нужно выехать в аэропорт. Эндрю больше не спрашивал, почему я задержалась у Джейка, а я охотно поддерживала разговор о дороге домой. Хотелось верить, что самое трудное мы уже обсудили. Спрашивать, так ли он считает, я не стала.

***

Офис Элизабет занимал половину этажа. За стеклянными дверями тянулся коридор с одинаковыми кабинетами. В приёмной пахло свежим кофе, за огромными окнами виднелись крыши соседних домов.

Секретарь нашла наши фамилии в расписании и попросила подождать. Я поставила дорожную сумку возле кресла. За последние дни «Джонстон и Браун» всё чаще встречались в письмах и документах. Уже не требовалось объяснять, какое отношение мы имеем друг к другу, — достаточно было назвать фамилии.

Джейк появился через несколько минут с небольшим чемоданом и сумкой для документов. На нём были тёмные брюки и белая рубашка с расстёгнутым воротом. Рукава он закатал до локтей, и я сразу посмотрела на внутреннюю сторону предплечья.

Вчера я впервые увидела татуировку, а сегодня уже искала её взглядом. Хотелось спросить о матери, но в приёмной, перед встречей с адвокатом, такой вопрос прозвучал бы не к месту. Я только поздоровалась.

Джейк остановился возле меня и кивнул на сумку.

— Уже выписалась?

— Да. Отсюда сразу в аэропорт.

Он поставил свой чемодан у стены и сел напротив. Между нами лежала стопка журналов. Верхний обещал десять способов устроить идеальную свадьбу в Нью-Йорке.

Я перевернула его обложкой вниз. Джейк проследил за моей рукой, уголок его рта дрогнул, но от комментариев он удержался.

После вчерашнего вечера мы почти не переписывались. Я отправила копии документов, он ответил: «Получил». Больше обсуждать было нечего. Тем не менее я несколько раз открывала переписку, надеясь, что он найдёт повод написать.

Вскоре нас пригласили в переговорную. Вживую Элизабет показалась менее строгой, чем на экране. На рамке монитора висели жёлтые стикеры, у стены громоздились папки. Она отодвинула чашку, попробовала чай и поморщилась. Меня почему-то успокоило, что она тоже забывала выпить его вовремя.

Я поставила сумку возле окна. Джейк оставил рядом свой чемодан и сел со мной за стол. Перед нами лежали две анкеты и черновик заявления, который Хэнли прислал ночью. Элизабет предупредила, что сегодня ей в основном нужны данные Джейка. Вопросы, касавшиеся только его, они обсудят отдельно.

Она уточняла адреса и даты, спрашивала, приобретали ли мы что-нибудь совместно. За восемь лет Джейк успел сменить несколько квартир, учиться во Флориде и пожить в Техасе. Я слушала внимательнее, чем требовалось для проверки документов. Хотелось спросить, нравилось ли ему там, с кем он жил, почему переехал. Пришлось напомнить себе, что Элизабет нужны адреса, а у меня через несколько часов самолёт.

Она перевернула страницу и отвлеклась на уведомление о новом письме.

— Хэнли пишет. Часовня нашла видео.

Джейк поднял голову.

— Запись церемонии?

— Фрагмент. Четыре минуты сорок семь секунд. Начало повреждено, остальное пока восстановить не удалось.

Она скачала файл. На экране открылось чёрное окно проигрывателя.

— Для развода запись не нужна. Я могу переслать её вам, посмотрите позже.

Я посмотрела на Джейка. Ещё вчера мне хотелось немедленно увидеть нашу свадьбу. Теперь пугало, что через несколько секунд я услышу собственный голос и узнаю, что обещала ему в часовне. Он услышит это вместе со мной.

Я положила ручку на анкету.

— Давайте сейчас.

— Да, — сказал Джейк. — Я тоже хочу посмотреть.

Элизабет закрыла жалюзи на стеклянной стене и повернула монитор к нам. Мы придвинули стулья. Колено Джейка оказалось рядом с моим, и я немного отодвинулась, прежде чем началась запись.

Первые секунды по экрану бежали цветные полосы. Потом изображение дёрнулось и прояснилось: маленький зал, красные шторы, искусственные колонны и пластиковые цветы. Под мигающей вывеской стоял мужчина в серебряном пиджаке.

Сначала я услышала себя.

— Этот размер мне не подойдёт. Я утром останусь без пальца.

Потом появилась в кадре. Синее платье с открытыми плечами, спутанные волосы, бумажный браслет казино на запястье. В одной руке я держала бутылку воды, другой показывала служителю кольцо. Меня покачивало, но размер я обсуждала вполне серьёзно и дважды переспросила цену. Хотелось бы верить, что к выбору мужа я отнеслась хотя бы вполовину так же внимательно.

В кадр вошёл Джейк. Куртка висела у него на плече, две верхние пуговицы рубашки были расстёгнуты. Он посмотрел на кольцо, затем на мою руку.

— Есть побольше? Пусть Ник сама выберет.

Я узнала интонацию. Сейчас он произносил моё имя точно так же, и мне было странно видеть, как та, двадцатилетняя я, без всякого удивления поворачивается к нему. Для неё это обращение уже стало привычным. Я же не помнила даже, когда он впервые так меня назвал.

— Я не хочу утром снимать кольцо вместе с пальцем, — объяснила я на записи.

Джейк улыбнулся и взял у меня бутылку, пока служитель искал другой размер. Я отдала её, не глядя.

Мне почему-то захотелось пересмотреть именно это движение.

Служитель вернулся с кольцом. Джейк протянул его мне, и я сама надела его, несколько раз сжала и разжала пальцы.

— Это подходит.

— Тогда его и берём.

Нас отправили к арке. По дороге я зацепилась каблуком за провод и схватила Джейка за руку. Он удержал меня, отодвинул провод ногой. Я поправила ему воротник и оставила ладонь на груди.

Смотрела на этот жест и пыталась вспомнить хотя бы ткань под пальцами. Ничего. На экране я касалась его без смущения, а сейчас следила за тем, чтобы наши колени не соприкоснулись.

Джейк рядом со мной сидел неподвижно.

На записи он занялся бумажным браслетом на моём запястье: подцепил край, разорвал и убрал в карман. Я тут же снова взяла его за руку, продолжая смотреть на служителя.

В моей памяти та ночь давно свелась к пьянству и утренней панике. Теперь я видела себя до того, как испугалась. Мне было хорошо рядом с Джейком. Я узнавала собственную улыбку и то, как придвигалась к нему, хотя места под аркой хватало обоим. Хотелось вспомнить, что он успел сказать или сделать, чтобы я смотрела на него вот так.

Джейк расспрашивал служителя о бумагах и свидетельстве.

— Слышала, Ник? Главное — бумагу не потерять.

— Ты через пятнадцать минут после заселения потерял ключ от номера. Райан нашёл его у тебя в ботинке. Свидетельство я тебе не доверю.

Мы рассмеялись, и из-за камеры донеслось:

— Я до сих пор не понимаю, как он туда попал.

— Райан, — сказала я.

Джейк кивнул и подался ближе к экрану.

На записи я обернулась на голос, но он тронул меня за локоть.

— Сначала поженимся. Про ботинок потом.

Камера качнулась. У края кадра появилась Сара с моей курткой на руке. Она что-то сказала стоявшему рядом человеку, посмотрела на нас и улыбнулась.

У меня свело живот. Я знала, что Сара была с нами в баре, помнила, как утром она помогала собирать вещи. Но о том, что она стояла рядом, пока мы с Джейком женились, подруга ни разу не сказала.

— Сара была на церемонии?

Джейк посмотрел на меня.

— Ты не помнила?

Я покачала головой, не отрываясь от экрана.

— Она же знала, что я ничего не помню. Почему не рассказала?

Видео шло дальше. Служитель спросил о клятвах. Я достала из сумочки сложенный лист, Джейк — свой из кармана куртки. Он заглянул в мою бумагу, и я прижала её к груди.

— Не подглядывай.

— Ты сколько написала?

— Одну страницу.

Я показала ему лист издалека. Джейк успел взять его за край, перевернул и вернул мне.

— С двух сторон. Хорошо, что проверил до свадьбы.

Я толкнула его плечом. Он наклонился и что-то сказал мне на ухо, но микрофон не поймал слов. Я выслушала, кивнула и протянула ему бутылку воды. Джейк отпил и отдал её обратно.

Мне хотелось попросить Элизабет прибавить звук, хотя я понимала, что это не поможет. На записи я услышала его и ответила без всякого удивления. Теперь оставалось смотреть на собственное лицо, пытаясь догадаться, о чём мы говорили.

В углу экрана появились помехи. Изображение несколько раз рассыпалось и снова прояснилось. Мы с Джейком повернулись друг к другу, держа в руках листы.

— Друзья, сегодня вы пришли сюда, чтобы…

Экран стал зелёным. Звук оборвался, и проигрыватель вернулся к началу.

Я ещё несколько секунд ждала продолжения. Мы так и не услышали клятв.

На записи было видно, сколько мы выпили. Но я ждала, что мне станет стыдно за наше поведение, что наконец увижу всю нелепость этой свадьбы. Вместо этого смотрела, как мы смеёмся и держимся за руки, и жалела, что запись оборвалась. Мне хотелось побыть с нами ещё немного.

Элизабет первой нарушила молчание.

— Я попрошу Хэнли выяснить, можно ли восстановить остальное.

Я кивнула и потянулась к бумагам, но так и не взяла их. Перед глазами оставались два сложенных листа. Мы оба что-то написали, принесли с собой и собирались прочитать друг другу. Мне хотелось узнать каждое слово.

Я достала телефон.

— Мне нужно поговорить с Эндрю.

— Сейчас? — Джейк повернулся ко мне.

Палец замер над экраном.

— Он ждёт моего звонка.

Джейк отвёл взгляд. Я уже открыла переписку, но теперь смотрела на него.

Элизабет собрала свои листы.

— Мне нужно уточнить у Хэнли пару пунктов. Я оставлю вас на несколько минут.

Когда дверь закрылась, я положила телефон на стол.

— Что не так?

Джейк провёл ладонью по затылку.

— Ничего. Звони.

— Ты же хотел что-то сказать.

Он помолчал, глядя на остановившуюся запись.

— Мы только что впервые увидели собственную свадьбу. Я ещё пытаюсь понять, что чувствую. Хотел поговорить с тобой, а ты уже собираешься звонить ему.

— Он мой жених, Джейк. Я обещала держать его в курсе.

— Я знаю.

Мне захотелось напомнить, что я приехала ради развода и завтра — нет, уже сегодня — возвращаюсь домой. Всё это он тоже знал. Я потянулась к телефону, но только придвинула его ближе.

— О чём ты хотел поговорить?

Джейк посмотрел на меня.

— Я думал, будет стыдно смотреть. Что мы там еле стоим на ногах и несём какую-нибудь херню. А потом увидел, как ты поправляешь мне рубашку.

Я опустила глаза. Именно этот момент я тоже продолжала вспоминать.

— Мы были пьяны.

— Были. — Он наклонился вперёд, упершись локтями в колени. — Но мне было хорошо с тобой, Ник. Это даже на записи видно.

Я тоже это видела. Поэтому и потянулась к телефону: хотелось услышать Эндрю и снова почувствовать себя уверенно в собственной жизни. Ещё утром я представляла, как он встретит меня в аэропорту. Теперь сидела рядом с Джейком и жалела, что не услышала наших клятв.

Я перевернула телефон экраном вниз.

— Думаешь, мне было легко смотреть? Я обещала Эндрю позвонить. Это не значит, что меня не задело.

— Я не понимаю, что ты чувствуешь, Ник. Ты посмотрела запись и сразу достала телефон.

Я опустила глаза на свои руки. На видео я свободно касалась его, поправляла воротник. Здесь даже повернуться к нему всем телом казалось слишком откровенным.

— Я не знаю, что чувствовала тогда. Помню, как утром хотела всё отменить. А теперь вижу, что до этого сама держала тебя за руку и собиралась читать какие-то клятвы. Мне нужно время, чтобы это понять.

Джейк выдохнул и посмотрел в окно.

— Мне тоже. Поэтому я и спросил, обязательно ли звонить прямо сейчас. Не хочу сидеть здесь и слушать, как ты рассказываешь ему, что мы увидели.

— Я бы вышла.

— Да. Прости.

Он потёр лицо и откинулся на спинку стула. Мне стало немного легче от того, что он тоже не знал, как разговаривать об этом. Последние дни я слишком часто чувствовала себя единственной, кто не справляется.

Джейк посмотрел на моё кольцо, потом на меня.

— Просто я теперь не знаю, что с этим делать.

Мне хотелось спросить, имеет ли он в виду только запись. Но тогда он мог задать тот же вопрос мне.

Несколько дней назад Джейк сказал, что наш брак закончился для него восемь лет назад. Тогда это меня задело. Теперь мы оба увидели то, что предшествовало утренней панике. Я столько лет вспоминала последствия, что перестала допускать: до них могло быть хорошо.

Элизабет вернулась с распечатанным письмом. К её чести, не стала спрашивать, почему мы сидим молча.

— Хэнли запросил исходный файл у часовни. Возможно, специалистам удастся восстановить больше.

Я кивнула. Ещё недавно мне хотелось поскорее закончить встречу. Теперь я уже ждала следующего письма.

Мы вернулись к анкетам. Элизабет уточнила, когда после свадьбы мы разъехались и жили ли когда-нибудь вместе. Джейк ответил, что уехал в то же утро. Я подтвердила.

На бумаге всё снова становилось простым. Совместной жизни у нас не было, общего имущества тоже. Про четыре минуты сорок семь секунд, после которых мы не знали, что сказать друг другу, никто не спрашивал.

Мы проверили последние пункты и поставили инициалы рядом с исправлениями. Джейк передал мне ручку, придержал лист, пока я писала, и убрал руку.

В приёмной я потянулась к дорожной сумке, но

Однажды в Вегасе

Подняться наверх