Читать книгу Впечатление обманчиво. Мистика - - Страница 16

***

– Как же хорошо, что они наконец замолчали.

Единственные два парня в группе держались поодаль – не из мужской солидарности, а просто из нежелания слушать девчоночью трескотню. Впрочем, в последние пару часов девчонки притихли: уже не шушукались, не хихикали, то и дело косясь на парней хитрым глазом через плечо, а только устало сопели, продираясь через кусты.

– А по-моему, так уж лучше бы болтали. – Игорь Подбировский как-то зябко, почти по-женски повёл плечами, отвечая Максу Лужникову. – Не по себе теперь.

Практиканты шагали через лес уже часа четыре, если не пять, – сказали бы точнее, если бы хоть кто-нибудь засёк, во сколько они вышли из Старых Дубков. Поначалу пойти искать одиноко живущую старушку показалось всем отличной идеей, опасения высказала только староста Алёна Сизова:

– Как мы её найдём? Это же через лес идти надо…

Осторожность Алёны подняли на смех: вот трусиха, леса испугалась, да ведь тебе же сказали, что там тропинка – не собьёшься! А теперь вот что-то не смешно уже никому. Никакой тропинки под ногами давно нет, хорошо хоть у Кати Дымовой компас в телефоне нашёлся. Правда, и он помогал мало: стрелка на экране то крутилась как сумасшедшая, то прыгала из стороны в сторону, но всё-таки большую часть времени уверенно указывала на север, куда ребятам и было нужно. Чем дальше они отходили от деревни, тем хуже обстояли дела у электроники: мало того что невозможно было позвонить, так телефоны и даже наручные часы вовсе перестали показывать время, дату и прочие полезные сведения.

– Что тут за аномалия магнитная, – ворчал Макс, прикладывая резко поглупевшие «умные часы» к уху.

Давно хотелось есть и пить. Студенты рассчитывали добраться до отдалённого хутора минут за сорок, в крайнем случае – за час, и ничего с собой в дорогу не взяли. Конечно, по дороге можно было собрать немного черники, но разве можно в двадцать лет горстью ягод наесться? С водой было и вовсе туго: ни одного ручейка не попалось, даже заболоченных мест ребята не видели, хотя лес становился всё гуще и темнее.

– Мне кажется, мы мимо этого дерева уже проходили, – сказала вдруг обычно тихая Оля Рыжкова, указывая на высокую ёлку.

– Ты их различаешь, что ли? – пропыхтела в ответ Лиза Калинина. Она согнулась и упёрлась руками в колени, чтобы хоть как-то отдышаться.

– Смотри, у неё макушка так смешно загнута, – показала Оля. Верхушка ёлки и вправду загибалась крючком под тяжестью шишек. – И нижние ветки все сухие.

– Да не может быть, – сердито возразила Катя. – Мы же всю дорогу правильно шли. – Она потрясла телефоном с компасом.

– А ты уверена, что он, – тычок в телефон, – правильно тебе показывает, куда идти? – Макс, самопровозглашённый плейбой, а попросту – задавака, скрестил руки на груди, всей своей позой выражая сомнение.

– Нет, не уверена, – огрызнулась Катя, – но если ты такой умный, предложи что-нибудь получше!

– Можно я предложу? – поднял руку Игорь. – Давайте привал устроим, передохнём чуть-чуть. Идти-то всё тяжелее становится.

С этим сложно было поспорить: светлый, преимущественно лиственный лес часа три назад незаметно превратился в смешанный, а недавно – в тёмный еловый. Высоченные папоротники разворачивали крылья под раскидистыми вековыми елями, прятали колючий валежник, норовивший выдрать клок из штанов, и коварные ямки, в которые того и гляди попадёшь и целым уже не выберешься. Таня Буранова уже успела подвернуть в одной такой ямке ногу и последний час еле плелась, страшно хромая и ноя на весь лес.

– Я за, – выкрикнула она, едва услышав предложение Игоря. Кроме Макса, никто возражать не стал, но его, конечно, не послушали.

Ребята повалились, прямо кто где стоял: все до смерти устали, ноги с непривычки гудели, а конца-краю дороге не было. Они даже не были уверены, в правильном ли направлении идут. Точнее, почти все были уверены, что идут не туда, но вслух об этом говорить опасались.

– Что за звук? – встрепенулась вдруг Алёна. До этого она помалкивала – то ли обиделась, что над ней посмеялись, то ли просто устала.

– Ничего не слышу, – нахмурился Макс. – О чём ты?

– Как будто… не знаю… рычит кто-то, – неуверенно сказала староста.

– Да кто тут может рычать, – отмахнулся он, но рука при этом дрожала, так что Максу никто не поверил.

– Медведь? – севшим от ужаса голосом предположила Лиза.

– А ты и на дерево забраться не сможешь, если что, – поддела её Наташа Демьянчик, главная заноза в известном месте у всей группы.

Вяло переругиваясь, студенты отдыхали; о еде и воде оставалось только мечтать, и даже собирать чернику, которая, куда ни глянь, аппетитно синела на кустах, не хотелось. Вдруг Игорь, сидевший поодаль, ойкнул и подскочил: прямо перед ним появилась бодрая тётушка лет пятидесяти. Даже при всём высокомерии молодости называть её бабушкой язык не поворачивался.

– Что, замучились, молодёжь? – бодро спросила она. Одета незнакомка была в кислотно-голубой синтетический пуловер и синие спортивные штаны, на голове как-то залихватски косо сидела хлопковая светлая косынка в выцветший голубоватый цветочек, похожий на призрак гербария из альбома первоклашки, на ногах – резиновые сапоги. В одной руке женщина держала корзину, в другой – кривоватую палку. Колоритная дама, в общем.

– Замучились, – с готовностью подтвердила Танька. Щиколотка у неё вздулась и, похоже, здорово болела.

– И заблудились, – тихо добавила Алёна, не обращая внимания на грозные взгляды Кати.

– А куда идёте-то? – поинтересовалась тётенька, поставив корзину на землю и обводя группу любопытными, но какими-то колючими глазами. От одного взгляда на неё мороз по коже продирал, хотя поначалу она показалась обычной весёлой дачницей.

– К Дарье Никитичне, – сказал Макс. Видимо, он решил взять переговоры на себя, потому что говорил тоном, который, должно быть, казался ему самому авторитетным.

– А-а, к Никитичне! – протянула незнакомка, и глаза её заблестели как-то совсем уж нехорошо.

– Вы знаете, где это? – вежливо спросила Алёна, даже с места привстала. Решила, наверное, что некрасиво сидеть перед старшими.

– Да кто ж не знает!

– А вы не могли бы нас туда отвести? – не веря своему счастью, спросил Игорь.

– Чего б не отвести! Тут недалеко, подымайтесь да пойдём. – Она подхватила с земли корзину.

От этих слов второе дыхание открылось даже у Таньки (возможно, и у её подвёрнутой ноги тоже), не говоря уж об остальных. Ребята поспешно поднимались с земли, отряхивали со штанов прилипшие сухие хвоинки, подбирали брошенные как попало сумки с блокнотами. Вряд ли группа когда-либо собиралась куда-то с такой скоростью – разве что в столовую во время большого перерыва. Забыв усталость, жажду, голод и все прочие огорчения последних часов, ребята бодро припустили за незнакомкой. Алёна шла последней; глаза у неё были беспокойные, а лоб то и дело прорезали глубокие морщины.