Читать книгу Зараза - - Страница 3

Будни

Тимур

Рабочая неделя тянется, как жвачка из-под дивана – липкая, бесконечная и уже безвкусная. Стены военной прокуратуры давят, как кредит на мою «Девочку», а личная жизнь… Какая, к черту, личная жизнь? После работы – священный ритуал: диван, пицца «4 сыра» (хотя сыра там, как моей мотивации – чуть-чуть), кола (диетическая, ведь я же «за ЗОЖ») и иногда пиво (недиетическое, потому что жить тоже надо).

Разбавляет эту идиллию только Пацан – мой четвероногий тиран. Он свято верит, что его миссия – вытаскивать меня на улицу, будто я тот самый забытый мячик под шкафом. Бегаем, прыгаем, утрамбовываем пиццу… Потом – зубки, баиньки, и снова по кругу.

На работе меня радует только одно – наш небольшой, но до невозможности заботливый женский коллектив. Видимо, у меня лицо вечно голодного студента, потому что коллеги буквально взяли шеф-поварской контроль над моим питанием.

Варечка-секретарша – миниатюрная блондинка с кудряшками цвета пшеницы и хитрющими глазками. Каждый понедельник она «случайно» заходит ко мне в кабинет под предлогом "свежих пирожков" – то с капустой, то с вишней, то не пойми с чем. "Тимур Георгиевич, угощайтесь, столько напекла, а есть некому!" – причитает она, делая трогательные глазки. Но я-то прекрасно понимаю: её интересует не мой голод, а возможность пофлиртовать под видом заботы. А меня, если честно, интересуют только её пироги.

Светлана Ивановна – женщина внушительных габаритов с лицом, напоминающим добродушный месяц август, и руками, которые явно созданы не для заполнения кадровых документов, а для варки варенья. Этот добрая женщина, чем-то отдаленно напоминающая мою маман, подкармливает меня домашним вареньем – малиновым, смородиновым, а иногда даже экзотическим крыжовниковым с апельсином. «Для мозгов полезно!» – уверяет она.

Но и это не всё!

Марина из бухгалтерии – дама с формами, достойными рубенсовских полотен, и вечной печалью в глазах периодически приносит домашние сырники «чтоб мужчина силы не терял». Олеся с третьего этажа – высокая, как тополь, брюнетка со взглядом «ястреба на охоте» виртуоз "случайных" визитов. Её шарлотка – это, конечно, шедевр кулинарии. Но есть нюанс: пирог исчезает за пять минут, а Олеся – нет. Приходится изобретать гениальные отговорки: "У меня срочные переговоры!", "Меня ждут на выездном совещании!". Однажды я даже попытался притвориться, что у меня аллергия на корицу, но на следующий день она принесла шарлотку с ванилью. Похоже, это война на истощение.

Александр Петрович (да, мужчина!) – мой единственный оазис в этом кулинарном безумии. Суровый архивариус с лицом, напоминающим переплет советской энциклопедии, и вечным недовольством в голосе. Наш архив – последний оплот мужской солидарности. Здесь хорошо: пахнет старыми бумагами, пылью и свободой. "Забирай моё хачапури", – бурчит он, – "жена опять перестаралась". Мы сидим, едим, иногда молчим, иногда обсуждаем футбол. Здесь можно даже вздремнуть в обед – никто не придет с пирожками и дурацкими разговорами.

Я, конечно, не жалуюсь… Но сухомятка – это вредно, борщик бы не помешал! Хотя бы для разнообразия. А то скоро придется не просто штаны менять – придется пробивать в бюджете статью "спецодежда для постоянно растущего сотрудника".

К концу недели меланхолия накрыла меня так, что в пятничное утро я проснулся с одной-единственной мыслью: «Сегодня – без тебя, грусть!» Взял Пацана (мой верный бело-рыжий двортерьер с умными глазами и вечно виляющим хвостом), достал велосипед (мне, конечно – Пацан предпочитает передвигаться на своих четырех лапах, зато как он обожает бежать рядом!) – и мы рванули в Серебряный Бор, подальше от городской суеты и тоскливых мыслей.

Шесть утра. Время, когда город только просыпается, а мы уже мчим по лесным тропинкам. Воздух – свежий, с легкой прохладой и ароматом хвои. Белки, будто разделяя наше настроение, игриво прыгают с ветки на ветку – наверное, они тоже радуются, что наступила пятница. Солнце приятно согревает, его лучи пробиваются сквозь листву, создавая на земле причудливые узоры. Птичий хор исполняет утреннюю серенаду, и кажется, будто весь лес ликует вместе с нами.

Мы с Пацаном носились по тропинкам, как два счастливых безумца. Он с азартом обнюхивал каждый куст, заглядывал под каждое бревно, а я просто наслаждался свободой и этим моментом – ни дедлайнов, ни забот, только лес, солнце и мой верный рыжий комок энергии.

Вернулись домой обалдевшие от счастья, уставшие, но довольные. Пацан моментально уткнулся мордой в свою миску и принялся жадно уплетать завтрак, громко чавкая и периодически поднимая на меня благодарный взгляд.

Я же, скинув пропотевшую футболку, отправился под душ. Ледяные струи воды смыли с меня остатки усталости, пот и следы утренних приключений. Обновленный, с мокрыми волосами и свежей головой, я наскоро заправился геркулесовой кашей (гадость редкостная, но полезная – этим и берет) и отправился на службу.

До работы долетел на своей «Девочке» – и, о чудо, без привычной утренней толкотни. Даже Третье транспортное кольцо, обычно задыхающееся в бесконечных пробках, сегодня раскрыло передо мной свои объятия. Пустые полосы, свободные развязки, отсутствие привычных "пробочных вампиров", высасывающих последние капли утреннего терпения – казалось, сама дорога решила сделать мне подарок в этот прекрасный день.

Я несся по городу, как по взлетной полосе, чувствуя, как адреналин бодрит лучше самого крепкого кофе. «Сегодня точно мой день», – подумал я.

Влетел в кабинет, как снаряд, едва не снес по пути Варечку-секретаршу с ее вечными "Тимур Георгиевич, пирожки с кофе будите?". Переоделся в форму на автомате – галстук, китель, погоны. Все по уставу, все как положено. И утонул в своем кожаном кресле помощника начальника военной прокуратуры, как в окопе после марш-броска.

Это чертово кресло – отдельная история. Глубокое, как воронка от авиабомбы, мягкое, как пуховая перина в генеральской даче. Откинешься назад – и все, приехали. Можно случайно заснуть и проснуться уже на пенсии, с седыми висками и медалью "За усердие".

Взял телефон в руку.

– Здорово! – загремела трубка голосом Боди, – Начальство снизошло до простых смертных?

– У начальства пятничные планы.

– Подробнее! – оживился Бодя. – Я сегодня выходной, готов весь день посвятить руководству!

– Весь день не получится… – отвечаю. – А вот вечер… Как насчет бургеров, креветок и пива?

– Ммм… Мой любимый набор! – заурчал Бодя. – Время и место?

– 18:00, как обычно.

– Добро! – грохнул он. – Санек с Марком будут?

– Еще не звонил.

– Понял. Отбой.

– Отбой! – автоматом ответил я.

Санек с Марком тоже согласились (ну а кто откажется от халявного бургера с пивом?). Сижу, потираю руки. Наконец-то жизнь! А то документы, совещания… Когда жить-то?

Конец рабочего дня наступил неожиданно – как обычно, когда работы вагон.

Переоделся в гражданку: голубая футболка (в цвет глаз – вдруг вечер завершится с какой-нибудь нимфой!), джинсы, кеды (на случай погони за той самой нимфой), солнцезащитные очки (красавчик я или где!).

Бар «Хищник» встретил приятной прохладой, полумраком и запахом табака. Интерьер – «нашествие инопланетных чудовищ»: кирпичные стены, дубовые столы, цепи, крюки… Идеальное место для мужских посиделок.

Парни уже сидят, жрут бургеры и треплются. Машу официанту, параллельно жму краба друзьям.

– То же самое, что и им! – говорю. – Жрать хочу – аж живот сводит!

Официанты здесь быстрые, как Пацан за котом. Не успел облизнуться – уже несут бургер и пиво.

– Ну, мужики, как жизнь?

Каждый начинает делиться новостями.

Бодя, развалившись на стуле, начал свой привычный монолог про "все бабы – стервы":

– Эта Лизка совсем берега потеряла! – хлопнул кулаком по столу, едва не опрокинув бокал с пивом. – Совсем мужику жить не дает! В понедельник, представляете, после суточного караула познакомился с одной интеллигенткой. – Тут Бодя выразительно провел руками по воздуху, изображая пышные формы. – Не просто тело – с высшим образованием, между прочим! Вечером договорились… ну, вы поняли, культурно пообщаться.

Бодя сделал драматическую паузу, осушил бокал.

– И в самый ответственный момент звонит эта Лизка-коза! Орет в трубку: "Бодь, у нас потоп, срочно приезжай!" Я, дурак, сорвался как ошпаренный. Примчался – а эта стерва воду из ведра опрокинула, когда полы мыла! – Бодя сжал кулаки. – Из-за лужицы в коридоре я такого траха лишился! В отместку сожрал у нее все жаркое из холодильника и лег спать. Пусть знает!

Санек мрачно хмыкнул и подхватил эстафету:

– Твоя Лизка – ангел по сравнению с моим стажером. Это не сотрудник, а 33 несчастья в юбке!

Он нервно провел рукой по лицу, вспоминая:

– В первый же день она споткнулась и вылила на меня крутой кофе. Я думал, мне как мужчине конец! Потом дверью по лбу съездила – "ой, не заметила". А вчера я узнал, что в бассейне… – Санек содрогнулся. – Лучше не вспоминать. Я теперь на работу иду как на минное поле.

Марк тем временем молча жевал свой бургер, едва заметно улыбаясь. Ему-то что переживать – у него Янка, счастливчик.

Я сидел, слушал эти байки и думал – хорошо, что у нас есть такие посиделки. Где еще мужики могут так искренне поныть о своих «женских» проблемах?!