Читать книгу Железо и Воля - - Страница 6

Чудовище ринулось в атаку. Его клешни, способные перерубить стальную балку, со свистом рассекли воздух. Но оно атаковало не двух растерянных рабов, а двух ветеранов, повидавших смерть. Иван отскочил, уводя удар, а Катя, как тень, рванулась вперёд, пытаяс зайти ему за спину.

Они проигрывали в силе, в броне, в размерах. Но у них было нечто, чего не было у монстра: тактика, взаимовыручка и яростная, негнущаяся воля. Воля, которую не могли сломать ни Сибирь, ни горячие точки, ни «Кузня». И сейчас эта воля должна была столкнуться с инопланетным ужасом на потеху толпе. Бой только начинался.

Рёв толпы был оглушительным, но для Ивана и Кати он сливался в отдалённый гул, как шум прибоя. Весь их мир сузился до круга песка и существа, медленно выползающего навстречу.

Это был Арахнид-солдат. Гориллоподобное туловище, покрытое блестящим чёрным хитином, толщиной в броню, покоилось на шести мощных, шипастых лапах. Две передние, удлинённые, заканчивались серповидными клешнями, способными дробить сталь. Но самое жуткое – его голова. Лишённая видимых глаз, она была усеяна десятками фасеточных сенсоров, мерцающих ядовито-жёлтым светом. Из пасти, усеянной рядами иглообразных зубов, стекала едкая слюна, прожёгшая дыры в песке. А над ним, угрожающе изгибаясь, висел хвост-бластер, на конце которого копилась сфера раскалённой энергии.

Победить такое существо в ближнем бою считалось невозможным. Охотники отлавливали их с орбиты, усыпляя электромагнитными сетями. На арене же Арахнид был королём, машиной для убийства, приносящей баснословные доходы организаторам.

– Поняла, – коротко бросила она, перебирая стилеты. – Ноги. Ищем слабину.– Красавчик, – скрипуче пробормотал Иван, сжимая монтировку. – Катя, хвост – главная цель. Не дай ему прицелиться.

Монстр рванул вперёд с неожиданной для его массы скоростью. Клешня просвистела в сантиметрах от головы Ивана. Он пригнулся, откатился, чувствуя, как песок взметается от удара. Катя, используя его как прикрытие, рванулась вперёд, пытаясь воткнуть стилет в сочленение на одной из несущих лап. Лезвие скользнуло по хитину, не оставив и царапины.

Арахнид взревел, разворачиваясь. Хвост-бластер жужжал, наводясь на Катю. Иван, не раздумывая, швырнул монтировку, как копьё. Железный прут ударил в основание хвоста, не пробив броню, но сбив прицел. Сфера энергии вырвалась и врезалась в стену арены, оставив расплавленную воронку.

Это стоило ему внимания. Вторая клешня зацепила его сбоку, отбросив, как тряпичную куклу. Он услышал, а не почувствовал, как ломаются его рёбра, и грудь заполнилась горячей, солёной жидкостью. Он рухнул на песок, пытаясь отползти.

Катя, увидев это, забыла про осторожность. Она не стала уворачиваться. Она пошла в лобовую. Пока Арахнид тянулся к поверженному механику, она вскочила ему на спину, вонзив оба стилета в щель между сегментами хитина у основания шеи.– ВАНЯ!

Монстр взвыл от настоящей боли. Он затрясся, пытаясь сбросить её. Катя держалась изо всех сил, вырывая клинки и вгоняя их снова и снова, заливаясь чёрной, маслянистой кровью. Но одна из лап дотянулась до неё, когти впились в бедро, срывая мясо до кости. Она с криком сорвалась и упала рядом с Иваном.

Арахнид, истекая кровью, но всё ещё смертельно опасный, развернулся к ним. Его хвост, снова накопивший энергию, был направлен прямо в них. Конца ждать было недолго.

Иван, через пелену боли, увидел окровавленную монтировку, лежащую в паре метров. И увидел рану на шее чудовища, которую нанесла Катя – глубокую, из которой сочилась жизнь. Последний шанс.

– Катя! – хрипло крикнул он. – Отвлекай!

Она, стиснув зубы, поднялась на одно колено и швырнула в его сенсоры один из своих стилетов. Лезвие блеснуло, привлекая внимание. Голова Арахнида дёрнулась.

Этой секунды хватило. Иван, собрав всю свою волю, всё, что осталось от сил десантника, в голове как заклинание пронеслись слова ротного: «Сбили с ног – сражайся на коленях. Совсем упал – лежа наступай».

Его сознание плавало в кровавом тумане, ноги были ватными, а каждое движение отзывалось огненной болью в рёбрах. Но он сделал последний рывок. Не вперёд, а вверх – оттолкнувшись плечом от липкой, залитой кровью стены, он с рёвом, больше похожим на предсмертный хрип, бросился на инопланетного монстра.

Он схватил монтировку, поднялся и вогнал её глубоко в открытую рану, и с дикой силой повёл вниз, вспарывая чудовище.

Изнутри хлынули внутренности. Арахнид затрепетал в предсмертной агонии, его хвост беспорядочно выстрелил в потолок, а затем он рухнул, накрыв его своей тушей.

Тишина на трибунах была оглушительной. А потом взорвалась рёвом восторга и ярости. Ставки были сорваны. Невозможное произошло.

Последнее, что видел Иван, прежде чем сознание поглотила тьма, – как стражи в чёрной броне, не спеша, словно могильщики, пересекают арену, волоча за собой медицинские капсулы. Не для спасения. Для ремонта испорченного имущества.Иван лежал на окровавленном песке, придавленный неподвижной лапой чудовища. Он не чувствовал ни боли, ни триумфа – лишь леденящую пустоту истощения. Его взгляд, затуманенный, нашёл Катю. Она была в нескольких шагах, её тело неестественно выгнуто, одна рука заломлена под спину. Но их взгляды встретились – и в этом мгновенном контакте было всё: и понимание цены победы, и немой вопрос «ты жив?», и та самая стальная воля, что не позволила им сломаться.

***

Управляющий Кселон смотрел на отчёты. Его тонкие пальцы постукивали по столешнице. Потеря Арахнида была чувствительным ударом по бюджету. Существо было чрезвычайно дорогим. Но… доход от ставок в этот день побил все рекорды за последний цикл. Ажиотаж вокруг двух выживших рабов был невероятным.

Они оказались не мясом, а активом. И активом, который можно… улучшить.

– Протокол «Феникс», – отдал он распоряжение, и в голосе его прозвучала сталь. – Для единиц Гамма-7-Эпсилон и Дельта-3-Сигма. Полная физическая регенерация. Оптимизация мышечных волокон и нейронных связей. Загрузить базовые пакеты боевых искусств и владения стандартным холодным оружием Гильдии.

Он поднял взгляд на голограмму, где замерли в боевой стойке двое рабов – мужчина и женщина.

– И добавить модуль тактического анализа. Пусть учатся читать поле боя, а не просто машут мечами. А также… – его тонкие губы растянулись в подобие улыбки, – повысить болевой порог. На двадцать процентов. Зрители обожают, когда бойцы держатся до последнего.

Управляющий откинулся в кресле, сложив пальцы домиком.

– И присвойте им клички. «Ворон» и «Сирена» звучит куда эффектнее. Вложитесь в промо-кампанию. Я хочу, чтобы о них говорила вся галактика. Они должны стать новыми любимцами арены.

***

Когда Иван и Катя пришли в себя, они лежали в стерильных капсулах регенерации. С шипящим звуком  створки разошлись. Влажный, насыщенный озоном воздух ударил в лицо. Они стояли голые друг напротив друга, и на мгновение время замерло.

Капли влажной взвеси стекали по её коже, оставляя на плечах и ключицах мерцающие следы. Иван видел, как под её тонкой кожей на боку пульсирует свежая, розовая полоска шрама – память о вчерашней схватке. Его собственное тело гудело ноющей болью в половине мышц, но разум был кристально чистым, обновлённым.

Их взгляды встретились – и в воздухе будто что-то щёлкнуло, короткая и яркая искра, прожигающая всю неловкость ситуации. Он увидел не просто бойца, он увидел женщину – прекрасную, которую он готов защищать любой ценой, но на долю секунды в её глазах мелькнуло то же смущение, что кольнуло и его. Не стыд, а внезапная обнажённость перед тем, с кем только что смотрел в лицо смерти.

Катя первая отвела взгляд, её движения были резкими, почти грубыми, когда она развернула лежащий рядом стандартный комбинезон. Спина у неё была прямая, лопатки напряжены. Иван, не говоря ни слова, последовал её примеру. Шершавая ткань скользнула по влажной коже, и в этом простом действии – застегивании молний, подтягивании ткани – была странная интимность, возможно, даже более глубокая, чем сама нагота. Они одевались не просто в одежду. Они снова облачались в свои роли, в свою защиту.

Когда последняя застёжка была застёгнута, они снова посмотрели друг на друга. Теперь между ними стояла не нагота, а нечто иное – общее пережитое, которое связало их куда прочнее

Катя сделала несколько пробных движений. Её тело было идеальным инструментом, а в голове теперь была целая библиотека смертоносных техник, дополняющих её природные навыки.

Они не просто выжили. Они эволюционировали. Из рабов-смертников они превратились в гладиаторов. Игрушки для толпы. Но игрушки, которые только что доказали, что могут сломать самую дорогую игрушку хозяев. Их жизнь стала дороже. А значит, их возможности возросли. Теперь игра велась на совершенно новом уровне.