Читать книгу «Три кашалота». Погрешность воли. Детектив-фэнтези. Книга 13 - - Страница 4

IV

Послышался сигнал, и «Сапфир» прислал на почту уточнение, без извинения за погрешность, что последнее из пяти убийств было совершено не в 7, а в четыре часа утра, в городе Смерш-Дзержинске под Екатеринбургом. Убитый был одним из команды охраны мэрии, в прошлом – ученый в области проведения анализов и выдачи экспертных заключений о самых разных видах материалов, вплоть до деревянных изделий, если они могли представлять собой ценность в качестве антиквариата. Он был убит ударом тяжелого предмета в голову. Квартира его ограблена не была, но, как показали записи с видеокамер, убийцы унесли несколько фигурок из считавшейся пропавшей коллекции деревянных идолов, до того долго хранившейся в одном из секретных отделов муниципалитета. Идолы эти, числом восемь, вставленные один в другого, наподобие матрешек, были найдены рядом с одним из нефритовых рудников на месте древнего языческого капища.

На экране возник зеленый огонек, раздался приятный, щадящий нервы, звуковой сигнал, напоминающий мелодию колыбельной, и следом Вьегожев услышал достаточно твердый, как побудка армейского горна, женский голос одного из сменных секретарей генерала Бреева Венеры Огуречной:

– Олег Дмитриевич, через шесть минут вам необходимо быть у Георгия Ивановича!

– Хорошо, уже иду!..

В кабинете генерала были глава отдела «Сократ» полковник Халтурин, его заместитель майор Сбарский и еще двое из операторских служб: начальник специального отдела неопознанных тел аномальных зон «Спонтан» капитан Мария Васильевна Верзевилова и начальник бюро оперативного розыска дублирующих артефактов «Борозда» старший лейтенант Кузьма Сергеевич Михайлевич. Указав жестом на общий стол, Бреев спросил:

– Олег Дмитриевич, прошу вас послушать, что предлагает отдел «Спонтан» и дать ответ, возьмется ли ваше бюро за решение этой задачи. Если нет, передадим ее другим операторам.

– Я вас понял! – ответил Вьегожев генералу. – И – весь внимание! – добавил он коллегам, демонстративно потрусив папкой с документами под мышкой. Кто бы ни заходил в кабинет, всегда приносил с собой либо такую же папку, либо гаджет. В папки, если у офицера не было готового отчета для доклада, прихватывалась любая информация, лишь бы она содержала хоть что-то отражающее проблему, и была бы видна способность сотрудника подойти к ней с любой, даже самой неожиданной стороны. Кто обладал способностью на ходу, «с колес», в считанные секунды выуживать информацию из гаджета, заполненного электронной памятью железного мозга ведомства «Сапфир», вставлял свое слово, когда бы ни посчитал нужным.

Генералу импонировало, когда сотрудники конструировали различные решения по ходу дела. Созданную сообща модель можно было тщательно рассмотреть со всех сторон, и время для этого не ограничивалось. Поскольку отдел Вьегожева уже был подключен к работе по делу об убийстве ученого Фаворита Чистяева и получил вводные для поиска новых зацепок по делу, в обсуждении проблемы он должен был играть роль своеобразной «лакмусовой бумажки»: собственные специфические выводы, как и новые данные каждой службы, корректировали направление общей работы.

Выслушав доклад майора Сбарского, указавшего на детали о причине смерти физика Чистяева в момент окончания симпозиума, когда было объявлено о сборе на фуршет при закрытии мероприятия, – а смерть вызвал сердечный приступ, – Бреев кивнул Верзевиловой. Она находилась между двумя рослыми фигурами Вьегожева и Михайлевича, где, казалось, могли утонуть и ее точеная фигура, как у балерины, стройная, худощавая, и ее доклад. Поэтому, хотя она и знала цену своим высоким ораторским способностям, – а высокие нотки ее голоса позволяли ей представить самый четкий доклад в любой, даже скрытой реальности, – все же она попросила генерала:

– Георгий Иванович, разрешите отчитаться с помощью демонстрации видеофильма? Я уже поработала со «Скифом»!

Система видеореконструкции исторических событий «Скиф» прежде именовалась системой копирования исторических фактов, а после усовершенствования оставила свое старое звучное название. При внесении в нее имеющихся данных по определенной проблематике, включая оперативную видеосъемку, она позволяла окунуться с головой в суть сообщения с помощью зрения и слуха, как в суть сюжета погружаются любители увлекательного кино.

В кабинете Бреева стояли его стол с вращающемся креслом на колесиках, рядом, в особой зоне, большой кожаный черный диван с тумбой, на которой лежал пульт, а перед диваном огромное пространство занимал подвешенный к потолку крупный монитор. Верзевилова, подойдя к тумбе, взяла пульт, направила его на экран, нажала на кнопку и приступила к докладу.

– Ученый Чистяев несколько лет работал в Екатеринбурге над восстановлением ряда лабораторий в подземном «городе чекистов». На экране – вид сверху всего этого огромного участка, где, на самом деле, мог бы разместиться настоящий город. Его еще в начале тридцатых годов обозревал, облетев на самолете, Иосиф Сталин. Реконструкция позволяет нам посмотреть на этот участок его глазами, почти в том же виде, каким он и был в ту самую эпоху.

Верзевилова подняла лазерную указку.

– Вот!.. – повела она лучом по экрану, – Рисунком ландшафта явно очерчивается, на мой взгляд, некий архитектурный символ древних народов. Это, как видно, – указывала докладчица, – в основном, большие насыпи курганов, примыкающие друг к другу и образующие как непроходимые препятствия, так и другие причудливые крупные рельефы на местности. А вот здесь, – показала она, – контур их очень напоминает сакральный знак серпа и молота! Это, товарищ генерал, символ вечного движения, связанный с солнцем, но в большей степени с луной. Надеюсь, я все излагаю понятно…

– Да. Продолжайте!

– Как видим, – шла она дальше, – и в минувших эпохах в различных районах планеты правители сооружали крупные объекты в виде гигантских символов: звезд, полумесяцев, свастик и тому подобной атрибутики. – Здесь Верзевилова остановилась, посмотрела на Бреева, который в этот момент с задумчивым видом двинулся по длинной ковровой дорожке к дальним окнам своего кабинета, смотрящим на Кремль. Он увиделся ей в космическом корабле, направляющемся к неведомым звездам, и его, командира, как магнитом тянуло к огромному, чуть ли не от самого пола до потолка, прямоугольному иллюминатору.

Там он остановился и несколько секунд наблюдал за голубыми небесами и замершими на их фоне контурами величественных зданий, затем развернулся и направился обратно.

Верзевилова продолжила доклад, водя лазерным лучом по экрану монитора, тоже огромного, для связи со всем, что сейчас происходило на грешной земле.

– Вот тут, под этими курганами, на месте древних лабиринтов, а также подземных ходов и помещений, построенных еще при Петре I, не чуждом оккультизму и, я бы сказала, даже рьяному приверженцу его, – говорила Верзевилова, – Сталин и приказал отстроить «город чекистов». Как мы знаем, в погоне за великими свершениями он ни в чем не уступал Петру, даже в чем-то идя по следам императора. Чекистам, как и всей стране, этот подземный город служил в течение полувека. Горбачевская политика привела почти к полному его уничтожению, хотя и до девяностых годов здесь эффективно функционировало множество важнейших лабораторий-цехов. В некоторых работало до сотни человек. Вот они… Кадры из самых засекреченных архивов…