Читать книгу Сложно, как дважды два - - Страница 4

Вы ещё не знакомы с Алисой? Не знаете, какой очаровательный секрет она хранит? Я вам искренне завидую. Ибо Алисонька – это неогранённый бриллиант. Тот самый проклятый камень, прикосновение к которому может привести к печальному исходу. Понаблюдаем за нею издалека, чтобы ненароком не стать жертвою колдовства этой красавицы.

Девушка арендовала симпатичный особнячок в аристократическом районе Москвы. Её отец занимал очень высокую должность и в средствах стеснён не был. Пётр Иваньков вёл относительно скромный образ жизни, и лишь единицы были посвящены в изнанку этой скромности. Как вам такое… Собственный гараж эксклюзивных автомобилей? Настоящий дворец у моря, оформленный как гостиница – да ещё и на доверенное лицо? Зная о тайных капиталах Петра, можно было лишь восхищаться скромности его дочери.

Но единственный проезд к особняку перегородил автомобиль. Он остановился резко и поперёк – прямо перед служебным автомобилем. Из салона вышло двое мужчин. Они были похожи настолько, словно их вырастили на опытной ферме всё того же Осколково. Оба – высокие, широкоплечие брюнеты, с почти идентичными чертами лица. Мужчины носили зимние пальто и безупречные сапоги. Макар сжал руль, а следователь бесстрашно вышел из автомобиля. Рука его потянулась к револьверу, без которого он старался не выходить из дома.

– Господа! – объявил следователь. – Вам придётся объяснить, отчего вы столь грубо нарушили правила движения по московским улицам.

– Фёдор Михайлович! – всплеснул руками один из молодцов, бросая пристальный взгляд на незримый пистолет. – Вас-то мы ищем. Буквально с ног сбились!

Иванов осмотрел незнакомцев. Чёрные пиджаки и галстуки (и это – несмотря на холодную февральскую погоду), блестящие туфли. Белозубые улыбки при полностью пустых и отрешённых глазах. Автомобиль «Пётр Третий» на правительственных номерах. Никак, Секретная полиция. Отчего же они заинтересовались его скромной персоною?

– Прошу прощения, – произнёс следователь. – Кем бы вы ни были, допросить служащего моего ранга вы не вправе. Разве что, по личному допущению Императрицы.

– Ох, Фёдор Михайлович! – всплеснул руками второй молодец. – Ну как это – допросить? Самого господина Иванова? Сие было бы неслыханной дерзостью. Мы ждём вас по совершенно иному поводу. Произошла страшная трагедия. И, по мнению господина Муравьёва, разобраться в её хитросплетениях по силу лишь вам.

– Так точно, – произнёс второй. – Мы инициировали масштабное расследование. Однако же, господин Муравьёв полагает, что участие гражданского следователя необходимо. Но – лучшего следователя.

Приплетать министра внутренних дел в этот момент было совсем некстати. Муравьёв – типичный аристократ, который поднялся на золотом лифте социальной лестницы в считанные годы. И должность свою он занимал лишь в силу благородного происхождения. Иванов – совсем другое дело. Вот уже десять лет он работал на сложнейшем участке, не имея никаких карьерных амбиций.

– Господа… – произнёс Фёдор. – Есть ведь субординация. И у меня – собственный начальник.

– Вот он и дал поручение этому недотёпе везти вас в Осколково! – произнёс первый молодец. – А как мы видим, приехал он совершенно не туда. Неужто Москвы не знает?

– Одну секунду, – попросил Иванов. – Дам поручение водителю – и тотчас же поступлю в ваше распоряжение.

Скандал, скандал имперского масштаба. Очевидно, произошло некое преступление, для раскрытия которого созвали целую группу. В неё должен быть включён и Фёдор. Вот почему Цискаридзе приказал Макару забрать следователя и лететь в Осколково. Они существенно отклонились от маршрута…

– Макар, – сказал Фёдор. – Занеси букет госпоже Иваньковой. И передай, что я прибуду, едва освобожусь.

– Да, ваше высокоблагородие… – прошептал в ответ водитель. – А что мне будет…

Кто перед ним – Макар понял не разумом, а интуицией. Такие серьёзные господа могли служить только в Секретной полиции. Какие у них машины! А какой водитель! Настолько серьёзный тип, что одним лишь взглядом уничтожал таксистов. Макар вжал своего «Петра Первого», чтобы сотрудники Секретной полиции смогли проехать. Фёдор, тем временем, осматривал своих новых коллег.

– Разрешите представиться – Николай Сергеевич, – произнёс первый брюнет.

– А я – Сергей Николаевич, – сказал второй.

– Я вас точно перепутаю, – честно признался Фёдор. – Откуда вы такие похожие?

– Разумеется, это секрет… – начал Николай. – Но вам определённо можно доверять. В Академии Силы – очень высокие требования к уму, сноровке и внешности. И, как говорит наш дорогой шеф, граф Орлов, элита – это всегда братья.

– Будь вы братьями, ваши отчества бы не отличались, – вставил Иванов.

– Истинно так, – кивнул Сергей. – У нас разные отцы, но это не мешает нам быть братьями по вере, оружию и посвящению.

– Что же стряслось? – спросил Иванов. – Отчего такой всесильной организации потребовалась подпись обычного, как вы выразились – гражданского следователя.

– Скажите, Фёдор Михайлович… – вместо ответа сказал Николай. – Любите ли вы научную фантастику?

– Терпеть не могу, – признался следователь. – К тому же, со времён моей юности многие фантастические технологии обрели плоть. Взять хотя бы те же дистанционные телефоны…

– Верно говорить – мобильные, – поправил Николай. – У вас что, нет собственного аппарата? С вашим благосостоянием? Вы невероятно скромны.

Фёдор вздохнул. Он терпеть не мог разговоры о своём происхождении и капиталах. Тем паче, ассигнации были заработаны задолго до его рождения. Деньги были всего лишь свободой, универсальным ключом, который мог открыть пред Ивановым любую дверь. Но сами по себе не дарили ему наслаждения. Другое дело – тайны.

– Я настаиваю, что первым задал вопрос, – произнёс Фёдор. – Что за происшествие в Осколково?

– Восстание машин, – сказал Сергей. – Убийство.

– И отчего же Секретная полиция не может разобраться в таком простецком деле? – спросил Иванов, зевая.

Сергей и Николай переглянулись. Должно быть, они не ожидали от своего визави подобного поведения.

– Господин Муравьёв настаивал на привлечении стороннего специалиста, – произнёс Сергей. – Он позвонил вашему шефу, Генриху Цискаридзе, и потребовал вашей явки. А вы – как сквозь землю провалились.

– Я был на медицинских процедурах, – объяснил Иванов. – А после, поглядев на часы, подумал, что возвращение в отделение лишено всякого смысла.

– Мы ни в коем случае не отчитываем вас, – сказал Николай.

– Ещё бы! – буркнул следователь.

– С помощью своей аппаратуры мы отследили телефон, установленный в служебном автомобиле, – продолжал Николай. – Подключились к вашему звонку. И точно знали, где вас ждать.

Фёдора словно ледяной водой окатили. Да что они себе позволяют? Эти тайники слушали его разговор? Заметив замешательство следователя, Николай и Сергей улыбнулись – и лица их стали похожими ещё больше. Вылитые братья!

– Мы уже давно не ведём чувствительных бесед по телефон, – сказал Николай. – Ибо все разговоры можно не только прослушать, но и записать.

– Вернёмся к вашему делу, – произнёс Фёдор, сделав акцент на слове «вашему». – Что за восстание машин? Известно ли вам, что я специализируюсь на расследовании преступлений?

– Более чем, – кивнул Николай, возвращая лицу серьёзное выражение. – Машина не только восстала, но и убила своего создателя. А вам, господин Иванов, предстоит выяснить, кто её запрограммировал.

Фёдор вздохнул. Секретная полиция, прослушивание разговоров, заумные словечки – что могло быть пошлее? Тем более, он так и не позвонил своей красавице. Делать это в присутствии двух молодцов не хотелось. Что если они запишут разговор, а потом – будут слушать его долгими зимними вечерами?