Читать книгу Сложно, как дважды два - - Страница 6

Редкий дворянин соглашался брать на себя столь грязную, по меркам аристократии, работу. Впрочем, Иванов превратил работу следователя в искусство. Наблюдать за его движениями было приятно. Почерк в протоколе был восхитителен. Но всё это – ерунда по сравнению со сложностью загадок, которые покорялись полицейскому. Служба в Российской Империи была делом почётным и благородным.

Однако же, господина Иванова многие считали юродивым за его принципиальность и честность. Многие, да не все. Несмотря на колоссальный опыт в следствии, Фёдору ещё не приходилось составлять протокол осмотра в таком громадном помещении. Соглядатаем к нему приставили Николая Сергеевича, чтобы следователь случайно не перенёс в протокол какую-нибудь государственную тайну. Каждый жест, каждое движение Иванова тот оценивал ревностно, как первые шаги собственного ребёнка.

– Нет-нет, – покачал головой секретный полицейский, заглядывая через плечо. – Так не годится. Название оборудования указывать не стоит. Видите ли… Завод «Бош» возражал против того, чтобы их роторная установка использовалась на сим опытном производстве в Осколково. И данный механизм доставлен в Россию окольным путём – чрез Османскую империю.

Фёдор вздохнул, но промолчал. Завод футуристического вида всё больше вызывал в нём раздражение и злость. По ходу составления протокола выяснилось, для чего нужны каски. Оказывается, даже на заводе из будущего случались происшествия! В один момент раздался треск, а потом – свист. Иванов инстинктивно пригнулся: звук напомнил ему полёт пули.

Одна из деталей силового каркаса выскочила из временных креплений и отправилась в полёт над цехом. Металлическая заготовка пронеслась в метре от головы Фёдора. Следователь с непривычки дёрнулся, а Николай даже бровью не повёл. Вот ведь, стальные нервы!

– Пожалуйста, не указывайте точные размеры машинного блока, – сказал Николай, не обращая никакого внимания на деталь. К ней бросился один из рабочих, в то время как другой спешно прилаживал замену. – Информация весьма чувствительна…

– Я предоставлю вам готовый протокол, – раздражённо ответил Иванов. – А покуда, сударь, не мешайте мне выполнять мою работу.

Ситуация продолжала действовать Фёдору на нервы. В особенности – слова Шуйского. Ну с чего он взял, что пропажа документов всенепременно говорит про убийство? Разумеется, кто-то воспользовался ситуацией. Неприятель завладел чувствительными бумагами, но какое дело до этого ему, Её Величества старшему следователю?

– У вас уже есть гипотезы? Версии? – в нетерпении спрашивал сотрудник Секретной полиции.

– По-прежнему настаиваю на несчастном случае, – буркнул Фёдор.

– Вы хитры, – похвалил следователя Николай. – Мы тоже любим секреты.

– Угу, – съязвил Иванов. – Секретнее всего организация, в которой вы проходите службу.

И это стоило того: смущённый агент замолчал и даже отошёл на почтительное расстояние от своего подопечного. Осмотрев цех вдоль и поперёк, Иванов так и не обнаружил хоть каких-либо следов, указывающих на преступление. Господин Шуйский, страшно довольный собой, отправился ужинать в кабинет Никиты Горбачёва. Директор «ГМ» не соизволил поприветствовать следователя лично. Да и в целом не проявил никакого участия в расследовании. Фёдор подумал, что если это действительно убийство, то как минимум один подозреваемый – в наличии.

– Скажите мне, Николай, – произнёс Иванов, подходя к сопровождающему. – Сообщил ли вам Никифор Севастьянович о некой любопытной детали?

– Не понимаю, о чём вы, – ответил полицейский.

– О некой детали, связанной с гибелью Гагарина, – продолжал Фёдор. – Которая, якобы, и указывает на чей-то злой умысел.

– Сообщил, – тут же произнёс человек в чёрном. – Более того: источник его осведомлённости стоит перед вами.

– В таком случае… – сказал Иванов. – Отчего вы сразу мне об этом не сказали? Что за документы похитили у покойника?

– Вы ведь должны расследовать убийство, – пожал плечами полицейский. – А не заниматься секретами государственной важности. Я не могу сказать вам, что было в тех бумагах, под страхом высылки в острог.

Фёдор снова вздохнул. Следователь подумал, что на этом образцовом заводе все что-то недоговаривают. Увлекшись работой, он буквально потерял счёт времени. А когда посмотрел на часы… Половина девятого! Алиса, должно быть, перебила всю посуду, не дождавшись его. Следователь испытал если не стыд, то острый укол совести.

– Мне необходимо сделать телефонный звонок, – произнёс Иванов.

– Да, конечно, – кивнул Николай. – Заодно полюбуетесь, в каких условиях трудится наш рабочий класс.

Вместе они зашли в помещение для отдыха персонала. Фёдор раньше никогда не бывал на заводах, но быт сотрудников он представлял иначе. Аккуратные шкафчики, длинные лавки, а ещё – кресла, диваны, чайники. Телевизор! В это время голубой экран показывал ненавистный Иванову сериал – «Почти неповреждённые светильники». Телефон отыскался в небольшой комнатке, что была под замком. Секретный полицейский стал возле следователя.

– Связь допустимо использовать лишь в чрезвычайных ситуациях, – объяснил Николай.

– Я прошу прощения, – кашлянул Фёдор. – Это конфиденциальный звонок.

– Таковы правила, – пожал плечами человек в чёрном. – Вы находитесь на особо охраняемой территории.

– Я настаиваю, – продолжал Иванов. – Предстоит тяжёлый разговор с женщиной. С девушкой. Всякие слабонервные люди могут испытать приступ мигрени.

– Не беспокойтесь, – улыбнулся Николай. – По роду деятельности мне приходится прослушивать десятки разговоров, и мигрень мне не грозит. Вы не причините мне вреда, уверяю.

С трудом сдерживая себя, Фёдор был вынужден подчиниться. Что ж, придётся быть осторожным. Номер телефона Алисы Иванов помнил наизусть. Он набрал знакомые цифры и принялся ждать соединения. Гудки. Наконец, на том конце провода сняли трубку.

– Алиса… – сказал Фёдор. – Прости, что я не приехал. Меня отправили в командировку.

– В своём ли ты уме, Федя? – прокричала в трубку Алиса. – Я ждала тебя, лично, без соглядатаев. Подготовилась.

Девушка сделала ударение на этом слове. Иванов вздохнул.

– Заходит этот бугай, – продолжала девушка. – Сует мне в лицо цветы. И смотрит! Так, словно я ему что-то должна. Мне подумалось, что ты решил поизмываться надо мною. Знаешь, в чём я была?

– Прости, душа моя… – перебил Фёдор. – Это Макар, наш водитель. Веришь ли? Меня, как узника, погрузили в автомобиль – и отвезли на место преступления.

– Нет, ты дослушай! – возмутилась Алиса. – Я была абсолютно нагая. Абсолютно! Тоненький шёлковый халатик, сквозь который видно…

– Дорогая, – смущённо сказал Иванов. – Я не один!

– Ах вот как? – взвизгнула девушка. – Не звони боле, забудь этот номер.

– Нет-нет, я в командировке! – поспешил оправдаться следователь. – Тут секретный объект. И ко мне приставили личного охранника.

Фёдор толкнул Николая в плечо, но тот рта не раскрыл. Вот ведь, вредитель! Напротив, тот показал на рот, делая вид, что тот зашит.

– Куда тебя отправили? – спросила Алиса. В голосе её появилось сомнение.

– В Осколково, – ответил Иванов, понизив голос.

Стоящий рядом Николай покачал головой. Вот ведь, безмолвный слушатель! Фёдор едва не потерял терпение.

– Ага, как же! – бойко ответила Алиса. – В командировку тебя отправили! Небось, твой пузатый начальник опять затащил тебя на балет. На запрещённый балет. И в антракте твоя совесть проснулась, чтобы слегка клюнуть за яйца. Балерина у тебя на коленях сидит? Или уже – на колени опустилась?

Алиса кричала громко, а потому сотрудник Секретной полиции услышал её слова и прыснул от смеха. О тайном балете Николай знал больше всякого подданного Её Величества. О подобном развлечении для истинных ценителей классического искусства ходили легенды. Якобы, совсем не в Красном квартале, а в местечке по соседству, есть огромный банный комплекс. И там, за очень большую плату и лишь при огромном желании… Демонстрируют хрестоматийные постановки – но с неклассическими балеринами. Раскованными и согласными на всякий танец.

– Я не могу разглашать подробности, – процедил Фёдор, косясь на соглядатая. – Но происшествие чрезвычайное. Уверен, о нём ты узнаешь из газет. Уверяю тебя, душа моя, здесь нет никаких балерин! Одни лишь… Балетмейстеры.

– Смею ли я ожидать вашего визита хотя бы ночью? – спросила Алиса.

– О, да, – ответил Иванов. – И эта ночь тебе запомнится. До скорой встречи, душа моя.

Фёдор повесил трубку. Следователь достал сигарету: он держался уже несколько часов, но привычка взяла верх. Посмотрев на никотиновую палочку, он громко произнёс:

– Осуждаю, ибо слаб!

– Что, тоже слушаете доктора Блиновского? – спросил Николай с воодушевлением. – Вы на верном пути! Только посмотрите на меня.

Секретный полицейский убрал в стороны полы пиджака и показал идеальный рельеф торса, который угадывался даже через рубашку. Фёдор смущённо подумал о собственном пузе.

– Мы знакомы, – небрежно бросил следователь, выдыхая дым. – С Блиновским.

– О, это гений, – продолжал секретный полицейский. – Гениальный врач! Благодаря нему я бросил пить, курить и смог похудеть. На пять килограммов!

Фёдор с сомнением осмотрел своего собеседника. Представить того полным было решительно невозможно. Невзирая на яростные осуждения, вкус табака хуже не стал. Напротив, сигарета показалась сладкой, как шоколад. Эх, ещё бы выпить кофейку… Вроде бы, сия слабость не возбранялась при похудении?

– Полагаю, что осмотр окончен, – сказал Фёдор. – Меня необходимо отвезти в Москву. На ту же улицу, где вы столь вероломно подвергли меня вовлечению в свою следственную группу.

– Безусловно, – кивнул Николай. Он украдкой помахал ладонью перед носом, разгоняя табачный дым. – Но не хотите ли вы осмотреть кабинет Гагарина?

– Разумеется, – кивнул следователь. – Надеюсь, труп несчастного уже убрали?

– О да, – ответил полицейский. – Едва вы пошли звонить, я дал знак.

– Где работал погибший? – спросил Иванов.

– Прошу вас об одном: не удивляйтесь. Видите ли, у Петра Гагарина были непростые отношения с генеральным директором сего завода…

Удивление не было подходящим словом. Скорее, Фёдор начал сомневаться в том, что произошедшее – действительно несчастный случай. Но это ежели сильно забежать вперёд.