Читать книгу Кино вечером: 10 способов не сойти с ума - - Страница 2

Мы в последнее время существуем в вакууме. В гордом одиночестве. В отсутствие будущего. Социальные связи пошли прахом, соцсети – симулякр, нет вообще уверенности, что завтра не прилетит. Мы впали в очевидную зависимость от каких-то известных обозленных двухлеток, которым приспичило, чтобы их все уважали и они ради этого готовы на все, которые портят нам жизнь просто потому, что могут.

И это – наша реальность. Вся система представлений о мире меняется: семья, друзья. В результате мы остаемся в полном одиночестве, с двумя котами – и это еще в лучшем случае – и с подпиской Netflix.

Я всегда знала, что кино – это не просто так. Это замена/подмена реальности. Наше окно в мир. Я, собственно., всегда хотела быть или режиссером – или проповедником. Разумеется, проще иметь дело с тем, что уже кто-то прожевал. Обдумал, даже если у него для этого мозгов особо нет.

Не будем говорить о том, что кино – это еще и обезболивающее, которое иногда просто необходимо. Когда сил не на что нет, но все-таки хочется чувствовать себя живым. Находиться в контакте. Что возлагает на безответственных, в общем-то, киношников дополнительные обязательства.

В общем, это я так. О своем. Поскольку намерена здесь не философии предаваться, а разделить с вами радость. Посмотреть кино. Которое, на мой взгляд, просто-таки стоит посмотреть. При том, что и вообще сериал. Английский. Мини. 6 серий. Атмосферный и страшно сентиментальный. Я щитаю, сейчас всем это надо.

«Убийство перед вечерней», Великобритания, Acorn TV. 2025 год. Премьера сентября. По одноименной бестселлерной книжке Ричарда Коулза. Режиссер Дэйв Мур. С Мэтью Льюисом и Амитом Шахом. Дело происходит в 80-е годы 20-го века. Рейтинг на Кинопоиске – 7.0.

Ну, то что это – детектив, так значения большого не имеет. Детектив – это только форма. В отличие от содержания. Туда можно напихать чего угодно, главное, придумать вопрос. Без ответа. И потом, каждый уважающий себя творческий англичанин считает своей обязанностью написать хотя бы один детектив. Такой национальный жанр. Проверка на вшивость.

Тут автор прямо-таки в моем вкусе. Ричард Коулз – бестселлерный детективный автор, кроме того, что по профессии англиканский священник, а заодно еще и рок-звезда, официальный и всевозможный активист. Наш человек. 1962-го года рождения. Бумер.

Представитель поколения, попавшего между молотом и наковальней. Когда пришел жить в один мир, а получил в результате совершенно другой.

Итак, сюжет. Все, как мы любим. Крошечный английский городок, магазин, церковь, в церкви – молодой викарий. Тоже со своей историей – идеалист, сбежал из дома во имя Бога, решительно намерен творить добро, церковное начальство его не одобряет, проповедь нужно успеть написать до воскресенья, все дела.

Пошел собачек (у него – две таксы) перед сном прогулять, зашел заодно помолиться в храм, а там – труп. Совершенно вообще знакомый, прихожанин. Начинается расследование.

Викарий этот живет с мамочкой, вполне себе токсичной. На первый взгляд. Она – пассивно-агрессивная, она – авторитарная, она лезет, куда ее не просят.

Но нужно сказать, что положение ее, при всей незавидности, куда как лучше, чем у нынешних родителей, которые все понимают и боятся не дай бог деточку не травмировать. И претензий к своему поведению она слышит куда как меньше, вернее, и вообще их не слышит. Не то чтобы это была ролевая модель, но все же призадумаешься.

– Приходи на похороны.

– Не вижу причин, в гробу я его видала. Простите за юмор.

– Меня обвиняют в недостойном поведении, порочащем репутацию церкви.

– Ну так думай скорее. Не хочу, чтобы ты дважды сделал меня бездомной.

– У нас не бывает ссор как таковых. Мы обмениваемся залпами, а потом отступаем. Раненые, до следующего боя.

У викария проблемы не только с матерью. Еще и с церковным начальством. Он – из породы идеалистов, которая как-то теперь уже повывелась. Но в 80-е такие еще были. Он навещает больных СПИДом, он участвует в массовых протестах, он хочет изменить мир к лучшему.

– Мне удавалось им помочь. Мне удавалось напомнить отвергнутым и забытым душам, что их любят, даже если они себя не выносят. И что Божья любовь ассиметрична. Он не ожидает получить ее взамен. И это – то, к чему я сбежал много лет назад. К Божьей любви. Без осуждения, без вины.

– У правильных поступков обычно есть цена. И только тебе решать, стоит ли платить эту цену.

Тут еще чисто христианские всякие соображения. О вине. О прощении. О собственной добродетели – и о собственном, конечно, несовершенстве. О том, что легко быть хорошим, считать, что все мы тут – друзья, «люди – добрые», пока не окажешься перед выбором. И выбор не гарантирован. Ни моральный. Ни физический.

– Но когда дошло до дела, я не хотел быть милосердным. Я хотел лишь покарать ее. Единственным доступным способом.

– Но не покарал, верно?

– Осуждение и вина – вот все, что я ей желал. Что это говорит обо мне?

– Взросление тела обязательно, а вот духа – опционально.

Викарий противостоит полицейскому следователю, впрочем, отношения у них прекрасные. Просто разница в подходах.

– Он – не первый убийца, который «нашел труп». Думаю, это так они отводят подозрения.

– А хорошее в людях вы ищете?

– Я оставляю это вам.

– На земле творится такой ад, а этим двоим плевать? Они просто танцуют, пока мир охвачен огнем?

– Думаю, речь о возможности любви посреди полного отчаяния.

– Моя версия более реалистична.

– Постойте, человек, против которого вы протестовали, будет теперь решать вашу судьбу?

– Вправду попахивает средневековьем.

– Вряд ли вас ждет счастливый конец.

Но суть дела и вообще не в этом. Это –другой мир. Принципиально другой. В других отношениях с понятиями тайны, секретов, священного, важного. Никогда не думала, что стану скучать по 80-м. И все же тогда жизнь была немного серьезнее – и все немного серьезней к ней относились. За счет, вероятно, исторического багажа. Не нашего. Но эти люди все еще были рядом.

– Ну уж, да. Наше поколение умело хранить тайны. А сейчас, глянь: болтают направо-налево.

– Лучше оставить прошлое в прошлом.

– Навряд ли это возможно. Иногда столкнуться с прошлым – полезное дело.

– Даже если это принесет боль и хаос?

– Даже тогда.

И вот, собственно, главная фишка. Этого всего сериала. Притом, что убийства в городке напрямую ведут к событиям Второй мировой войны. И вскрываются тайны. И подробности биографий, буквально твоих пожилых соседей. И обнаруживаются секретные бункеры, оружие, радиостанции, трупы, пролежавшие 40 лет.

И речь идет о жизни и смерти, о верности, о родине, о предательстве, чести, правосудии. О забытых каких-то вещах.

Это совершенно неожиданно все закручено, интрига там. Но. Неожиданно только для сегодняшнего зрителя. Ионы, родства не помнящего. Для которого жизнь началась, извиняюсь, с тетриса. И с чупа-чупса. Между тем, в истории еще кое-что было. Не настолько сладкое и не такое популярное.

И хотела бы напомнить, что во время Второй мировой, до вступления в войну США, а потом и СССР, Великобритания была единственной страной, которая с нацизмом вообще-то официально воевала. Два года. При занятой немцами Европе. В полном одиночестве.

«Я не могу обещать ничего, кроме пота, крови и слез». Немецкая авиация остров беспощадно бомбила. Британцы готовились к вторжению. Были полны решимости погибнуть, но сражаться до конца. Такие вещи не проходят даром. Это вшито в сознание – и в подсознание. Чувство долга, чувство чести. Чувство предназначения.

Эти простые люди были гораздо лучше, чем мы сегодня можем себе представить.

Один одиозный профессор психологии как-то сказал, о нынешних всех пресловутых «травмах», с которыми юные поколения носятся. О том, что лично он пережил в качестве солдата четыре войны (он – израильтянин). И ничего.

И что рыдать о том, что мамочка тебя недостаточно любила – не лучший способ посвятить чему-то свою жизнь. Кстати, в сериал «токсичная мать» окажется не столько вообще-то токсичной, сколько надеждой и опорой, источником мудрости и образцом подлинной материнской любви. Когда от ребенка ожидают думать своей головой, еще и с учетом обстоятельств, а не только сопли ему вытирают.

И вот казалось бы: чисто развлекательное кино. Других задач себе не ставило. Но это, знаете, как у Феллини. Который был убежден, что если ты правильно задал вопрос, ответ может найтись где угодно. На рекламной странице в утренней газете.

Правда-правда, Феллини так имена для своих героев порой находил. Но я вообще-то думаю, что люди просто в свою работу вложили больше, чем им за это заплатили.

Колористически это такое – современное ретро. Очень красиво, все постарались. Больше похоже на фильмы про 40-е годы, когда их пытаются достоверно воссоздать. Конечно, ни 40-е такими не были, ни 80-е. Чтобы вот такие уж блеклые краски. Чисто вопрос киношной моды, дизайнерский. Но красиво и напоминает об эхе Второй мировой. Предыдущей истории. И это правда, мы все тогда его еще слышали. Никто не мог бы сказать, «можем повторить. Об этом в сериале тоже сказано, только не в лоб, не напрямую.