Читать книгу Дурдом на земле - - Страница 9

Прошёл час. Или, может быть, три. Ника потеряла счёт времени. Она брела по колено в чавкающей, пахнущей тиной воде. Её дорогие технологичные ботинки промокли насквозь. Ржавый компас в руке упрямо вёл её вперёд, в самую трясину. Комары, огромные, как воробьи, облепили её тучей.

Солнце начало стремительно садиться. Она остановилась посреди колышущейся топи. Впереди была только вода и гнилые коряги. Компас продолжал показывать прямо. Тупик.

С криком, в котором смешались ярость и отчаяние, Ника швырнула компас в болото. Он исчез с тихим бульканьем. Она опустилась на ближайшую кочку. Её мир, построенный на логике, рухнул.

В это же время Стас сидел под гигантским дубом на проклятой поляне. Он перестал пытаться уйти. Десятый круг окончательно сломил его волю. Его «тропа покоя» оказалась изощрённой пыткой. Его интуиция, его дар – всё оказалось ложью.

Оба – и логик, и интуит – потерпели полное, сокрушительное фиаско. Они достигли дна.

Ника сидела на уходящей под воду кочке. Весь её внутренний мир был занят одной-единственной, самой страшной из всех мыслью.

Я не знаю, что делать.

Эта мысль была для неё равносильна смерти. Она, которая всегда знала. Она закрыла лицо руками и заплакала. Не истерично, а тихо, горько, безнадёжно. Она плакала от страха, от бессилия, от одиночества. И от странного, почти невыносимого облегчения.

Стас опустил голову и прислонился спиной к коре дуба. Он перестал пытаться «чувствовать». Перестал искать выход. Он просто сдался.

Я не могу, – прошелестело в его душе. Это было не поражение, а освобождение.

И вот в этот момент одновременной, тотальной капитуляции, между ними протянулась невидимая, тонкая нить.

Стас вдруг ясно, как наяву, почувствовал её ледяной, липкий страх и удушающее одиночество. Это было не его чувством. Это было её.

А Ника сквозь свои слёзы вдруг ощутила его глухую, тяжёлую боль. Не обиду, а тихую, выжженную пустоту человека, потерявшего самого себя.

– Ника! – крикнул Стас в пустоту.

Стас! – в тот же миг отозвался её голос, но не снаружи, а прямо в его сердце.

Он вскочил. Он больше не выбирал тропу. Он просто побежал туда, куда тянуло его это чувство.

Она встала с кочки. Вода была уже по пояс. Она пошла на его зов, не разбирая дороги.

Они нашли друг друга на краю болота, когда последний луч солнца погас. Грязные, мокрые, измученные. Они бросились друг к другу и молча обнялись.

И в этот миг, в их общем молчании, родилась она. Мёртвая тишина леса вдруг ожила. Она наполнилась шёпотом растущей травы, дыханием мха, биением сердца земли. Она была не снаружи. Она была между ними.

Они сидели на влажной земле, обнявшись, и слушали. Они не нашли Живую Тишину. Они стали ею.

Солнце окончательно село. Лес погрузился в бархатную темноту, но она больше не казалась враждебной. Светящийся мох на деревьях зажёгся ярче, указывая им дорогу домой.

Когда они, поддерживая друг друга, вышли из леса, Яга уже ждала их на крыльце, доедая последний огурец из банки. Рядом с ней, скрестив на груди руки, стоял Веденей.

– Ну что, нагулялись, голубки? – хмыкнула Яга.

– Мы… – начала Ника, но осеклась. Как объяснить то, что произошло?

– Вижу, – сказала Яга. – Принесли. Одна ум из головы в сердце опустила, другой – уши прочистил. Годится. Первый ингредиент есть. Теперь за вторым пойдёте.

Она бросила в темноту огуречный огрызок.

– Надобно мне… Ветер Перемен. Только не простой, а тот, что дует в обе стороны сразу. И чтоб к завтрему управились.

Ника и Стас переглянулись. Это было ещё более абсурдно, чем предыдущее задание. Но теперь в их глазах была не растерянность, а тихий, общий азарт. Они не знали, как выполнить это. Но они знали, что будут делать это вместе.

Глава 9. Уравнение с тремя неизвестными

Утро встретило их запахом блинов и едкого дыма. Яга, напевая что-то похожее на частушки про Кощея, пекла на печи толстые, ноздреватые блины. Рядом, на лавке, сидел Веденей и с неодобрительным видом чинил старый валенок. Вчерашний поход в лес казался лихорадочным сном, но звенящая тишина, поселившаяся внутри Ники, и ясный, спокойный взгляд Стаса были тому неоспоримым доказательством.

Ника, выспавшаяся и отмытая от болотной грязи, подошла к Яге с планшетом, в котором уже был открыт новый проект: «Операция „Ветер Перемен“».

– Доброе утро, – начала она официально. – Нам необходимо уточнить детали по вчерашнему заданию. Объект поиска: «Ветер Перемен». ТЗ: «Тот, что дует в обе стороны сразу». Нам требуются более чёткие спецификации. Каковы его физические характеристики: скорость, температура, плотность? Какова точная геолокация или хотя бы азимут поиска? И, самое главное, каковы критерии успешного выполнения задачи? В какой контейнер его следует поместить?

«Молодец, Ника, – одобрительно хмыкнул в её голове Контролёр. – Структурируй хаос. Загони их абсурд в рамки понятного проекта. Без чёткого ТЗ результат – пшик. Узнай все переменные, прежде чем строить уравнение».

Яга перевернула блин, ловко подкинув его на сковороде.

– Ишь ты, какая деловая, – хмыкнула она, не оборачиваясь. – Контейнер ей подавай. Ветер, милая, в карман не спрячешь. Особенно такой.

– Но как мы поймём, что нашли именно его? – не унималась Ника. – Нужен измеряемый результат. KPI.

– А так и поймёте, – Яга шлёпнула горячий блин на тарелку. – Как найдёте, так внутри у вас что-то… переменится. У одного мозги на место встанут, у другого – руки зачешутся.

Она наконец повернулась и посмотрела на Нику своими пронзительными глазами.

– Ветер Перемен, цифровая ты моя, – это сквозняк. Сквозняк между тем, что было, и тем, что будет. Поймать его можно только там, где ничего никогда не меняется.

Ника зависла. Её Контролёр тоже. Парадокс. Логическая ошибка. Система выдавала Error 404: Logic Not Found.

– Это… это взаимоисключающие понятия, – пробормотала она.

– А то! – радостно подтвердила Яга. – Вся жизнь – сплошное взаимоисключающее понятие.

Стас, который до этого молча наблюдал за сценой, подошёл ближе. Он чувствовал почти физическое облегчение. Ему не нужно было думать, анализировать, строить планы. Нужно было просто слушать.

«Обожаю эту женщину! – ликовал в его голове Шут. – Она говорит на языке поэзии и абсурда! Наконец-то хоть кто-то в этой вселенной не пытается всё разложить по полочкам! Физик, у тебя, наверное, сейчас короткое замыкание?»

«Анализирую, – бесстрастно отозвался Физик. – Заявление содержит логический парадокс, что может указывать либо на дезинформацию, либо на то, что объект „Ветер“ существует в многомерном пространстве, где линейная логика не применима. Требуется больше данных».

– Так куда нам идти? – спросил Стас.

Яга хитро прищурилась, отломила кусок блина и протянула ему.

– А вот тебе, сокол, единственная подсказка. Идите по той дороге, что от дома ведёт, пока в дурака не упрётесь. Там и спросите. Всё, брифинг окончен. Ешьте блины и ступайте, а то к закату не обернётесь.

«В дурака?! – взвыл Контролёр Ники. – Это что ещё за критерий поиска? У неё в голове сплошной хаос! Это не план, это – самоубийство!»

Ника хотела возразить, потребовать ещё данных, но Стас мягко коснулся её руки.

– Пойдём, – сказал он. – Разберёмся по ходу.

Она посмотрела в его спокойные глаза и впервые не стала спорить. Вчерашний опыт научил её, что в этом мире её логика – не самый надёжный инструмент.

Они собрали в старый брезентовый рюкзак флягу с водой, остатки блинов и моток верёвки, который Веденей молча сунул им в руки, проворчав: «Пригодится».

– Я отвечаю за навигацию, припасы и оценку физических рисков, – сказала Ника, затягивая лямки рюкзака. Это был её способ справиться с тревогой – структурировать хаос.

– А я – за контакты с необъяснимым, – улыбнулся Стас.

Они вышли на едва заметную, заросшую иван-чаем дорогу. Их поход начался со спора.

– Судя по карте, дорога сворачивает на север через два километра и выходит к заброшенной ферме. Это наиболее вероятный ориентир, – заявила Ника, сверяясь с планшетом.

– А мне кажется, нам нужно будет свернуть раньше, вот у того кривого дуба, – ответил Стас, указывая вдаль.

– На основании чего? – её тон стал ледяным.

– Не знаю. Просто… чувствую.

«Чувствует он! – фыркнул её Контролёр. – Прекрасно. Пока ты тут пытаешься составить маршрут, он играет в оракула. Вероника, бери командование на себя!»

– Давай так, – предложила Ника, пытаясь применить навыки ведения переговоров. – Дойдём до дуба. Если там не будет явных признаков тропы, мы идём по моему маршруту. Это компромисс.

– Договорились, – легко согласился Стас.

Они шли в напряжённом молчании. Ника чувствовала раздражение от его детской веры в «чувства». Стас – от её недоверия. Их хрупкое единство, рождённое вчерашней ночью, уже трещало по швам под давлением старых привычек. Они были снова не командой, а двумя конкурирующими системами.

И оба ещё не знали, что этот абсурдный квест был придуман Ягой не для того, чтобы они что-то нашли. А для того, чтобы они наконец-то перестали искать.

Деревня, где остановилось время

Дорога была старой, едва заметной. Она петляла между полей, поросших иван-чаем, и перелесков, где пахло грибами и прелой листвой. Мир снова стал почти обычным, и Ника почувствовала, как её Контролёр оживает, пытаясь взять реванш. Она сверялась с GPS, отмечала в уме ориентиры, строила прогнозы.

– Через пятьсот метров должен быть поворот, – уверенно заявила она. – А твоего кривого дуба на карте нет. Наверное, срубили.

Стас ничего не ответил. Он просто шёл, наслаждаясь отсутствием внутреннего шума. Его «слух» возвращался, но теперь это было не ожидание чуда, а простое внимание к жизни вокруг. Он заметил, как ястреб кружит в небе, как ящерица юркнула под камень.

И тут за поворотом они увидели деревню. На покосившемся столбе висел выцветший указатель: «Верхние Глухари». Она появилась внезапно, словно проявилась из тумана, и её не было ни на одной карте Ники.

«Аномалия, – констатировал её Контролёр, но на этот раз в его голосе была не паника, а холодное любопытство. – Незарегистрированное поселение. Интересно. Нужно собрать данные».

Деревня была странной. Дома, хоть и старые, были крепкими, с резными наличниками, на окнах – чистые занавески, в огородах – ни одного сорняка. Но на улицах не было ни души. Ни лая собак, ни мычания коров, ни детских криков. Стояла звенящая, почти неестественная тишина.

– Покинутое поселение? – предположила Ника. – Но всё выглядит так, будто хозяева только что вышли.

– Они здесь, – тихо сказал Стас. – Я их чувствую. Они… ждут.

На завалинке у самого первого дома они увидели его. Старик в застиранной рубахе и лаптях сидел, сгорбившись, над шахматной доской, установленной на перевёрнутом ведре. Напротив него, с невозмутимым видом, сидел огромный, чёрный, как смоль, кот.

Яга сказала: «…пока в дурака не упрётесь». Ника посмотрела на старика, потом на Стаса. Неужели?..

– Шах, – произнёс старик, передвигая ладью. Кот лениво моргнул и демонстративно зевнул. – Эх ты, Васька! Опять зевнул ход! Думать надо! Стратегически!

Ника и Стас подошли ближе.

– Простите, – вежливо начала Ника, переходя в режим сбора информации. – Мы ищем…

– А чего его искать-то? – перебил старик, не поднимая головы. – Счастье-то? Оно не в поиске, оно в ожидании. Вот мы с Васькой ждём, когда он ход сделает. Третий час ждём.

«Так, – включился Контролёр Ники. – Субъект уходит от ответа. Использует демагогию. Нужно переформулировать вопрос. Более конкретно».

– Мы ищем не счастье, – терпеливо продолжила Ника. – Мы ищем Ветер Перемен. Нам сказали, что вы можете знать, где он.

– А-а, вон оно что, – старик наконец поднял на них свои удивительно ясные, цвета летнего неба, глаза. – Ветер, говорите? Так он завсегда здесь. Только дует хитро.

– Вы не подскажете, где именно? – Ника пыталась вернуть разговор в конструктивное русло.

– А ты, милая, куда торопишься? – старик снова посмотрел на доску. – Жизнь – она как шахматы. Думаешь, самый умный, ходы просчитываешь, а тут кот возьмёт и лапой все фигуры смахнёт. И начинай сначала.

Ника сжала кулаки. Этот разговор был абсолютно неэффективен.

Стас же молча присел на корточки рядом. Он смотрел на доску, на кота, на старика. Он не пытался получить информацию. Он просто присутствовал. Его внутренний Шут был в восторге от этого театра абсурда. Прошло несколько минут в полном молчании, нарушаемом только жужжанием пчелы.

– Хорошая позиция, – наконец сказал Стас, кивая на доску. – У коня.

Старик посмотрел на него с живым интересом.

– Видишь? – он кивнул на Нику. – А она только фигуры видит, а игры – нет. Она думает, что со мной разговаривает. А я – так, для отвода глаз. Разговаривать надо с главным.

Он посмотрел на кота.

Ника чуть не застонала от досады.

Стас улыбнулся. Он понял. Он посмотрел коту прямо в его зелёные, потусторонние глаза.

– Уважаемый, – совершенно серьёзно обратился он к коту. – Не подскажете, где здесь дует Ветер Перемен?