Читать книгу Тени прошлого - - Страница 6

Ужасно хотелось спать…

Угрюмо подперев щёку рукой, Астрид изо всех сил старалась не зевать, хотя единственное, чего сейчас хотелось – закрыть глаза и уснуть. Матильда кидала на неё подозрительные взгляды, но молчала. За это Астрид любила её чуть ли не больше всего. Кормилица обязательно выскажет ей всё, что думает, но позже – когда она придёт в себя и перестанет клевать носом, походя на бледного, неупокоенного мертвеца.

Они подъезжали к столице Элдергарда, и дорога стала заметно лучше. Смотреть по-прежнему было не на что – их окружали поля, вспахиваемые крестьянами, а вдалеке виднелся серый, беспокойный океан. Зато карету хотя бы не подбрасывало каждые пять минут, лишь мерно покачивая из стороны в сторону. Правда, спать от этого хотелось только сильнее, и в конце концов Астрид даже моргать стала реже, чтобы глаза не слипались сами собой. Но и это не особо помогало. В какой-то момент она всё же провалилась в сладкие объятия царства Флорисы. Пусть и ненадолго…

Карета вдруг замедлилась, и Матильда заинтересованно отодвинула шторку на окне.

– Мы въезжаем в столицу!

Астрид вздрогнула, и неясные образы дымкой рассеялись в голове, уступая место реальности – суровой и неприятной… Кажется, ей виделся дом: тёплый, солнечный берег океана и стая птиц, парящая над блестящей гладью воды. В сердце тоскливо защемило. Она посмотрела на взбудораженную Матильду, но упрямство недолго боролось с любопытством. Последнее, как всегда, победило.

Согнав с плеч сонное наваждение, Астрид придвинулась ближе, разглядывая город за окном. Столица встретила их какофонией звуков, словно они выбрались из непроницаемого кокона тишины и спокойствия. Первое, что бросилось в глаза – высокая каменная стена, опоясывающая город, которая буквально вопила о том, что из столицы никто не посмеет уйти без позволения короля.

Астрид знала, что об этом не стоит даже думать. Разрешат ли ей вообще покидать замок? Не говоря уже о стенах города… Она принялась рассматривать каменные, ничем не примечательные дома. Они одинаковыми постройками выстроились в ряд, окружённые скудной зеленью в горшках. На некоторых из них, словно клякса на пергаменте, цвёл плющ, разбавляя общую серость. Несмотря на оживлённое движение, в городе было безукоризненно чисто, но люди словно бы шли по давно изученному маршруту, не смея отклониться от курса. Или, может, Астрид просто так казалось. По крайней мере, она очень хотела, чтобы ей просто казалось…

Карета свернула направо. Дома постепенно сменяли друг друга, становясь более высокими, более изящными и уже не столь унылыми. Это вселяло некое подобие надежды. Особенно, когда из-за домов показалась красная крыша храма, величественно возвышающегося над остальными постройками в городе. Но даже так за ней виднелась стена, давящая неизбежным напоминанием: они все здесь не больше, чем пленники короля.

Когда на карету внезапно легла тень, Астрид поняла, что они подобрались к замку. Любопытство продолжало бурлить внутри, но она заставила себя отвернуться от окна. Какой смысл торопиться увидеть свою темницу? Ей покажут замок даже, если она этого не захочет.

– Не надо улыбаться, если не хочется, – заметив резкую перемену в настроении воспитанницы, тихо сказала Мати и наклонилась поближе, протягивая руку к безупречной причёске принцессы.

Астрид не смогла сдержать улыбки: её слова были такими непривычными и неправильными для наставницы и дамы её положения.

– Можешь поднять подбородок повыше и показать всем, чего ты стоишь.

Матильда потянула на себя светлую прядку волос, и та выбилась из строгого порядка на голове, упав на лицо непослушным локоном. Астрид улыбнулась шире. Так было гораздо лучше – она снова была собой. Ей не нравилось, как уложили её волосы по приказу Мишель: множество косичек, туго стянутых на затылке в пучок. На них водрузили небольшую диадему с самоцветами королевского герба, словно очередную насмешку над её и так унизительным положением. Скоро она перестанет быть принцессой Эринбурга, разорвав любую связь с домом. Но не при знакомстве с королём Рэндаллом и его сыном. Там Астрид всем своим видом должна олицетворять Эринбург, сияя безупречностью и красотой.

Хотя на деле она была вовсе не столь безупречна… Непокорна и упряма, как эта прядка волос, спадающая на лицо непослушным локоном. Даже красивое платье лавандового цвета с белыми вставками и тугим корсетом было очередной ложью. Астрид любила лёгкость и свободу в движении, а не эту ужасную скованность, продиктованную модой двора. Такое очевидное, ничем не прикрытое лицемерие… Как же она его ненавидела!

Карета, дёрнувшись в последний раз, замерла, и вся бравая уверенность Астрид мгновенно испарилась. Неприятное волнение тут же сковало собой тело. Её взгляд потеряно заметался по сторонам, не зная, за что зацепиться, пока Матильда не обхватила её влажную от волнения ладонь.

– Помни о том, кто ты есть. И ничего бойся.

О, Астрид слишком хорошо помнила о том, кто она такая… Именно это и пугало её до дрожи. Как избавиться от позорного страха, сжимающего собой всё внутри? Как не думать о предстоящем кошмаре, что ждал её в Элдергарде? Матильда так в неё верила, но у Астрид не было и капли той же уверенности в себе.

– Добро пожаловать в Иденфорд – столицу Элдергарда!

Астрид вздрогнула от неожиданности, когда дверь кареты резко распахнулась, и высокий молодой человек протянул ей руку с обворожительной улыбкой на губах. Она привыкла узнавать людей по одному лишь виду, но его положение, как и возраст, отгадать не получилось.

Он явно служил во дворце, но на простого слугу был не похож. Его элегантный строгий камзол из тёмного бархата был расшит серебряными нитями, образующими собой замысловатое изображение, похожее на герб знатного рода – горы, скрытые в облаках. Медные волосы, обрамлявшие симпатичное веснушчатое лицо, были стянуты на затылке в короткий хвост, а необычайно светлые глаза пронзительно следили за каждым её движением. Он склонил голову в почтительном жесте, но не поклонился. Точно не принц. Может быть, советник? Нет, слишком молод…

Астрид без стеснения разглядывала его в ответ. Сначала пыталась выдавить улыбку, а потом, вспомнив слова Матильды, лишь сдержанно кивнула, вложила свою ладонь в чужую и позволила незнакомцу помочь ей спуститься на землю.

– Благодарю, – равнодушно сказала она, заметив, как уголки его губ дрогнули в намёке на улыбку. – Представитесь?

– Лорд Вентор, госпожа, – вежливо ответил молодой человек, продолжая сдерживать улыбку, в то время как его глаза уже откровенно смеялись.

Астрид показалось это по меньшей мере странным… Она ждала того, что их будет встречать сам король или хотя бы наследный принц, но молодой лорд, который даже не мог держать себя в руках при встрече высокопоставленных гостей, был последним в её списке. Может, для него это и было забавной игрой, не имеющей ничего общего с суровой реальностью, но Астрид не могла разделить его веселья. А потому просто предпочла отвернуться, чтобы не сболтнуть лишнего.

Замок оказался огромным, но таким же мрачным и серым, как и всё вокруг – из тёмного камня с десятками величественных башен, уходящих высоко в небо. Единственной его интересной деталью были вылепленные из стекла шпили высоких башен. На фоне общей серости они сразу бросались в глаза. Наверное, на солнце выглядело впечатляюще, но вот бывало ли в Элдергарде солнце?

Замок петлёй огибала полоска реки, сворачивая дальше вглубь столицы, словно кто-то подговорил её изогнуться именно здесь. Может, так оно и было, пока магия не попала под запрет… Когда-то маги были в почёте, а их фантастические умения не раз помогали в строительстве городов или в защите от стихийных бедствий. К сожалению, Астрид не застала тех времён, но любила истории из книг, своими глазами наблюдая труды магов в Эринбурге, практически полностью построенном на магии.

– Поделитесь первыми впечатлениями об Элдергарде? – вдруг спросил молодой лорд, и Астрид резко обернулась, пытаясь понять, причудилась ли ей насмешка в его голосе или нет.

Но он выглядел абсолютно серьёзно. Если это можно было так назвать…

– Я ещё немногое видела из окна своей кареты, лорд Вентор, – осторожно ответила Астрид, борясь с желанием кинуть на Матильду встревоженный взгляд в поиске поддержки. – Надеюсь, мне ещё выпадет возможность оценить красоты Элдергарда.

Он как-то странно улыбнулся, коротко кивнул в знак одобрения и переключил внимание на Матильду, интересуясь её впечатлениями. Когда лорд Вентор вновь посмотрел на Астрид, взгляд его был почти серьёзен, лишь отдалённо напоминая прежнее веселье. Она почувствовала необъяснимое смятение, так и не сумев понять, что кроется за его улыбками. Слово «подозрительный» подходило ему больше всего, но в чём подозревать лорда чужого королевства, которого видишь впервые? Астрид сделала заметку у себя в голове, что нужно быть с ним поосторожнее. А заодно понять, как здесь вообще всё устроено…

Мишель в окружении напыщенных фрейлин и стражи уже направлялась в их сторону. Для долгожданной встречи с братом она выбрала чуть ли не лучший свой наряд: фиолетовое платье с глубоким вырезом, расшитое золотом и крупными самоцветами, что идеально подчёркивало её и без того прекрасную фигуру. В сочетании с короной, придерживающей её излюбленную причёску из многочисленных кос с вплетёнными в них золотыми кольцами, она представляла собой поистине величественное зрелище. Словно уже собралась на свадьбу…

Даже Лукас сегодня выглядел, как настоящий маленький принц, в белоснежной рубашке и лиловом камзоле. На его тёмных, чуть вьющихся волосах сверкал золотой ободок с самоцветами королевской семьи. Астрид невольно подумала о том, что в последний раз видела его таким нарядным на коронации Мишель. От этой помпезности и вычурности почти воротило. Она не видела в этом дне и в этом знакомстве ничего праздничного, чтобы так выряжаться. Но, разумеется, для всех остальных её помолвка была настоящим торжеством.

Астрид заставила себя отвернуться, чтобы не видеть счастливого лица брата и строгого взгляда мачехи.

– Госпожа, прошу, – как ни странно, спасением стал загадочный лорд Вентор, указывая на мост, ведущий прямо к высоким кованым воротам замка.

Астрид пришлось подчиниться. Другого выбора, кроме как войти в замок, у неё всё равно не было. Она кинула тоскливый взгляд на карету, и призрачная надежда на волшебное спасение рассеялась в груди.

В душе разрасталась зияющая пустота. В голове было абсолютно пусто. Астрид рассеянно следовала за лордом Вентором, минуя однообразные серые коридоры. Она не думала о доме, не думала об отце или предстоящей свадьбе. Просто шла, и стук её каблуков отдавался в голове призрачным эхом.

– На самом деле, госпожа, боюсь, что Элдергард не сможет вас удивить.

Астрид невольно вздрогнула от тихого голоса, ворвавшегося в липкий туман её сознания, и подняла на лорда Вентора растерянный взгляд:

– Прошу прощения?

Он больше не улыбался. Смотрел на неё по-настоящему серьёзно, с пристальным интересом, словно пытаясь увидеть насквозь и добраться до самых отдалённых уголков её мыслей, вытянув всё тайное наружу. Астрид совсем не понравился этот взгляд.

– После красот Эринбурга Элдергард вряд ли сможет вас удивить, – терпеливо повторил лорд Вентор, свернув в очередной коридор. – Нам нечем похвастаться перед вами, госпожа.

Первые пару секунд Астрид казалось, что ей просто послышалось, но, кинув на лорда быстрый взгляд, она заметила на его губах заговорщическую улыбку. Это какая-то проверка или он просто пытается поддержать разговор? Астрид не очень понимала, что отвечать на подобное. Она не могла даже обернуться, чтобы увидеть в глазах Матильды подсказку, потому что лорд Вентор намеренно говорил очень тихо. Так, чтобы услышала только она.

– Так вы бывали в Эринбурге? – невинно поинтересовалась Астрид, надеясь, что голос не выдаст её растерянности.

– О да, – уже привычно усмехнувшись, кивнул лорд Вентор, и взгляд его потеплел, словно он вспомнил что-то очень хорошее. – Я бывал в Эринбурге. Чудесное место.

Астрид хотела с ним согласиться, хотела поддержать беседу о родном королевстве, что согрело бы душу, но она заставила себя промолчать. Несмотря на напускное дружелюбие, лорд Вентор не вызывал у неё ни капли доверия. Как и Элдергард с его жестокими обычаями и суровым климатом. Как и этот замок и все речи, что в нём звучали. Ей нужно быть осторожной со своими словами, если она хочет выжить.

– Если вам так будет угодно, – пожав плечами, сухо ответила Астрид, и больше лорд Вентор не пытался завести разговор, видимо поняв тщетность данной затеи.

Коридоры продолжали сменять друг друга, пока перед ними не выросла высокая кованная дверь, украшенная красно-золотыми узорами. Они сплетались воедино, образуя странный символ – серп луны, зависшей над мечом. Он показался Астрид до боли знакомым, но она не могла понять, где видела его до этого. И чем дольше она смотрела на символ, тем сильнее он слипался в глазах, превращаясь в один скомканный красно-золотой комок.

Голову вдруг прострелила ужасная боль. Астрид вскрикнула от неожиданности и зажмурилась, схватившись за виски. Кто-то словно ударил её под колени, и она упала на холодный каменный пол, едва успев выставить руку вперёд. Взгляд упёрся в красный ковёр, а золотой узор на нём, так похожий на тот, что украшал дверь тронного зала, внезапно поплыл перед глазами и рассыпался подобно песку, оставшись на ткани россыпью мелких точек. Сверху обрушился тяжёлый, удушливый запах чего-то отвратительного.

Астрид не понимала, что происходит. Боль нарастала, грозя разорвать голову на миллиарды маленьких кусочков. Она попыталась сделать вдох, чтобы хоть как-то уменьшить эту агонию, но мерзкий запах забил собой все лёгкие. Казалось, что её сейчас просто вывернет наизнанку прямо на глазах у всего двора… Астрид неосознанно сжала пальцы в кулак, ногтями царапая каменный пол. Это было похоже на пытку: не пошевелиться, не вздохнуть, не закричать. Всё, что оставалось – смотреть на красный ковёр перед собой, пока глаза слезились от запаха, боли и унизительного положения, в котором она оказалась. Почему никто не помогает ей встать?!

Что-то влажное вдруг прочертило дорожку по её щеке, и время будто бы застыло. Астрид в ужасе распахнула глаза. Алая капля, сорвавшись с её кожи, мучительно медленно упала на ковёр и растеклась там уродливой кляксой. Какого Фораса? Это… Кровь? Глаза жгло так сильно, что противиться больше не было сил. С трудом разлепив губы, она закричала, и мир на мгновение погрузился во тьму.

Астрид моргнула и обнаружила себя перед высокой дверью со странным узором. Она резко подняла вверх ладонь, удивлённо разглядывая аккуратно подстриженные ногти, словно не царапала ими пол пару мгновений назад. Астрид коснулась щеки и не нашла следов крови, а боль прошла, словно по волшебству. Как и мерзкий запах, что мешал вздохнуть.

Что за…

– Госпожа, всё в порядке? – заметив её смятение, осторожно поинтересовался лорд Вентор.

Астрид вздрогнула и растерянно обернулась: Матильда, Лукас, Мишель и все поданные, отправившиеся с ними на встречу к королю, смотрели на неё с тревогой и ожиданием. Внутренности обдало неприятным холодком – ничего из этого не было на самом деле. Всего лишь видение. Которых у Астрид не должно было быть…

Она заставила себя отвернуться и медленно, неуверенно кивнула лорду Вентору.

– Д-да, – голос всё же дрогнул, когда Астрид, разлепив пересохшие от волнения губы, выдавила из себя это простое, лживое слово.

Дверь медленно открылась, убрав с глаз странный, беспокойный узор. Астрид нервно вцепилась в подол платья, судорожно прокручивая в голове случившееся. Почему именно сейчас? Почему с ней?.. Чья-то рука подпихнула её в спину, заставив сделать шаг вперёд.

Их встретила свежая прохлада и яркий свет. По сравнению с остальным замком: душным, хорошо натопленным и пригвождающим к полу каменным сумраком, тронный зал ощущался глотком свежего воздуха. Устав разглядывать красно-золотой ковёр на полу, Астрид подняла голову вверх и замерла, на миг забыв, как дышать. Над ними простиралось величественное, гордое небо за стеклянным потолком, затянутое сизыми тучами. Завороженная открывшимся видом, она даже не заметила, как они прошли весь зал, остановившись перед каменной лестницей, ведущей к двум тронам. Они были грубо высечены из чёрного мрамора, словно специально оставленные неаккуратными глыбами, прикрытыми тёмно-синей тканью с гербом Элдергарда – странным летающим существом.

Астрид невольно вспомнила тронный зал Эринбурга с многочисленными окнами, заливающими солнечным светом всё вокруг, ненавязчивым рисунком на полу, мраморными колоннами в виде диковинных существ и двумя тронами, с душой высеченными в камне и украшенными ветками свежей сирени. Разница между двумя королевствами была столь велика, что невольно вызывала горькую усмешку. Никакой стеклянный потолок не мог осветить это место по-настоящему. Тёмное и неприветливое, оно представало перед гостями во всей своей красе – жестоким, холодным и бездушным.

– Королева Эринбурга Мишель Мендасиум, принцесса Эринбурга Астрид Мендасиум и принц Эринбурга Лукас Мендасиум, – громко объявил лорд Вентор, плавным, заученным движением указывая на каждого поочерёдно.

Как того требуют правила, Астрид чуть склонила голову в знак уважения, хотя ни капли этого уважения не испытывала. Она упрямо не смотрела на троны, блуждая рассеянным взглядом по залу, пока двор Эринбурга низко кланялся королю. Ей была неприятна сама мысль о том, что им вообще приходится выказывать уважение правителю королевства, что однажды чуть не стёрло их родной дом в пыль. Но она подавила в себе отвращение, дождавшись, пока принц и король поднимутся со своих мест, и наконец подняла свой взгляд.

– Король Элдергарда Рэндалл Экстоллент и наследный принц Эльтарион Экстоллент, – торжественно объявил лорд Вентор.

Какая-то неведомая сила ударила Астрид под дых, и она едва нашла в себе силы устоять на ногах. На помощь неожиданно пришла Мишель. Она подхватила её под локоть, но даже не взглянула в её сторону. Астрид задрожала, не зная, как справиться с накатившим на неё леденящим ужасом.

Надо смотреть. Нельзя отводить взгляда. Нельзя показывать слабости…

Рэндалл замер прямо перед ней, и его тёмные, неестественно тёмные глаза, в которых, казалось, пляшет сам Форас, внимательно оглядели её с ног до головы. Астрид уже знала, как будет выглядеть король Элдергарда… Волевой подбородок, острые скулы, правильный нос, бледная аристократичная кожа и пугающе тёмные глаза. Разве что улыбка на губах была скорее притворно дружелюбной, чем презрительной.

– О вашей красоте ходило много легенд. Кто-то даже поговаривал, что вы прекраснее самой Эрины. Должен признать, они были правы, – Рэндалл усмехнулся, но его глаза остались холодными.

Комплимент, который должен был взволновать и расположить Астрид к себе, не вызвал ничего, кроме тревоги. Никто и никогда не сравнивал её с Эриной. Особенно в Эринбурге…

В голове по-прежнему стоял туман, а горло сжимали когти страха. Астрид не могла вымолвить и слова, и единственное, на что её хватило – это выдавить слабую улыбку, которая должна была походить на смущение.

– Разумеется, несправедливо сравнивать вас с какой-то глупой легендой о несуществующей королеве магов, – продолжил Рэндалл, и только глухой бы не заметил, как похолодел его голос при упоминании магии. Но он практически сразу же взял себя в руки, вернув тону подобие дружелюбия. – Ваша красота здесь и сейчас. Надеюсь, Элдергард придётся вам по вкусу. Чувствуйте себя, как дома.

«Это уж вряд ли», – с ужасом подумала Астрид, пропустив от волнения первую часть его высокопарной речи. Она так ничего и не ответила, низко склонив голову в знак благодарности, лишь бы не смотреть в глаза королю. А потом вдруг вспомнила о присутствии молчаливого принца, застывшего в стороне. Внезапное видение и сбывшийся кошмар настолько сбили её с толку, что она даже не удосужилась рассмотреть будущего супруга повнимательнее. Конечно, окажись он вдруг безобразным уродцем, это едва ли спасло бы её от нежелательного брака, но простое любопытство никто не отменял.

К тому же, Эльтарион оказался вовсе не безобразен. Он был точной копией своего отца, за исключением разве что светлых глаз. И только глупец стал бы отрицать, что король Рэндалл хорош собой, но его холод, который не могла скрыть даже красота, обезображивал не хуже жестокой славы, что тянулась за ним кровавым следом. Однако, в отличие от отца, Эльтарион не выглядел столь же безжизненным и пугающим.

Астрид не могла понять, правда ли его красота обусловлена более мягкими чертами лица, или она просто пыталась себя в этом убедить, но на лице принца не было ни капли презрения или надменности. Впрочем, как и хоть какого-нибудь интереса к своей будущей невесте. Он оглядел королевский двор Эринбурга, скользнул взглядом по Лукасу и Мишель, едва заметно кивнув ей в знак приветствия, и наконец остановился на Астрид. Всего на миг, чтобы позволить их взглядам встретиться. А затем отвернулся, вновь сосредоточив внимание на Мишель.

Астрид едва заметно выдохнула. На неё смотрели по-разному: с уважением, восхищением, умилением или завистью, но никогда с таким равнодушием. Она испытывала что-то похожее на разочарование, смешанное с облегчением. Возможно, идея этого брака не только ей казалась сущим бредом.

– Как ты возмужал! – воскликнула Мишель, и её голос был пропитан такой теплотой, что Астрид невольно повернулась в её сторону.

Неужели она может так нежно сжимать в объятьях кого-то, кроме Лукаса?

– Прошло много лет, тётушка, – мягко ответил Эльтарион и обнял её в ответ. – Мне пришлось вырасти.

Мишель тихо засмеялась и отстранилась, чтобы заглянуть в его глаза. В её взгляде мелькнуло что-то похожее на беспокойство, но тут же сменилось гордостью. Она погладила Эльтариона по рукам, словно всё ещё не верила в то, что он действительно вырос, и широко улыбнулась. Так тепло и по-семейному, что у Астрид тоскливо сжалось сердце.

У неё из семьи остались лишь Матильда и Лукас. Раньше этого было вполне достаточно, но почему-то здесь, в Элдергарде, Астрид чувствовала себя до ужаса одинокой и брошенной. Наверное, когда-нибудь она так же увидит Лукаса повзрослевшим мужчиной и ей будет нелегко принять тот факт, что она так много пропустила в его жизни.

Внутренности неприятно резануло. Мысль о скорой разлуке причиняла боль, и Астрид попыталась отвлечься. Она невольно подумала о том, что Эльтарион очень высокий. Абсолютно глупая мысль, но это единственное, за что ей удалось ухватиться.

– А ты у нас значит будущий король Эринбурга, – с улыбкой сказал Эльтарион и присел рядом с Лукасом, протянув ему ладонь в знак приветствия.

Астрид удивлённо выгнула бровь. «Странный способ знакомства», – тут же подумала она, но нашла это милым. И даже его слова о короне Эринбурга, произнесённые столь тёплым тоном, не вызвали в ней привычной бури негодования. Отчего-то сразу было понятно, что Эльтарион не подразумевал ничего плохого, просто по-доброму обращаясь к ребёнку.

Собственно говоря, именно потому, что Лукас и был ребёнком, непосвящённым в истинное положение дел, и вышло так неловко:

– Приятно познакомиться, принц Эльтарион, – ответил он, довольный тем, как по-взрослому к нему обращаются, и важно пожал предложенную ладонь. – Но будущая королева Эринбурга Астрид.

Тронный зал погрузился в оглушающую тишину. Астрид не сдержала смешка, запоздало зажав рот рукой, однако взгляды всех присутствующих уже были прикованы к ней. Наивность Лукаса умиляла и ужасала одновременно. Не отреагировать на это было выше всяких сил. Особенно когда она увидела растерянное лицо Эльтариона. Огромных сил ей стоило проглотить очередной смешок, подступающий к горлу, но нужно было что-то сказать, пока это не сделала за неё Мишель.

– Прошу прощения, – больше не скрывая широкой улыбки, Астрид низко склонила голову в подтверждение своих слов. – Мой брат большой любитель неожиданных шуток.

Хватило одного быстрого взгляда, чтобы Лукас едва заметно кивнул, поняв, что взболтнул лишнего. Слова им были не нужны: они давно привыкли к молчаливым переглядываниям на виду у всего двора.

Астрид заставила себя рассмеяться, а за ней, быстро приняв правила чужой игры, последовали остальные. И, возможно, минутка её позора стоила того, потому что Эльтарион, рассмеявшись вместе со всеми, украдкой кинул на неё благодарный взгляд. Конечно, она бы прожила и без его одобрения, но это было всяко лучше полного безразличия. Кто знает, может быть, благодарность принца за спасение своей драгоценной чести ещё пригодится ей в будущем?

Разумеется, Рэндалл всё равно не поверил их маленькому спектаклю, Мишель недовольно поджала губы, а Матильда низко опустила голову, мысленно обещая высказать Астрид всё что думает. Но, Боги, как же хорошо, что это будет позже…

– А где Миранда? – сдержанно поинтересовалась Мишель, когда наигранное веселье стихло, но по её резкому движению, которым она поправила волосы, Астрид поняла, что мачеха нервничает.

– Ей нездоровится, – коротко ответил король, даже не взглянув в сторону сестры. – Иначе она бы обязательно встретила наших гостей. Миранда – моя дочь, и вы обязательно познакомитесь позже. В конце концов, мы скоро станем одной семьёй.

Последнее Рэндалл адресовал уже Астрид, впившись в неё странным взглядом и мерзко улыбнувшись. Несмотря на все попытки выглядеть дружелюбным, он вызывал необъяснимое отвращение и страх. Астрид не привыкла бояться чего-то, кроме собственной слабости, но «Элдергард» и «привычка» уже звучали до безобразия смешно. Пришлось медленно, осторожно кивнуть, потому что все слова опять застряли в горле липким комком тревоги. Если так пойдёт и дальше, то её самый главный страх стать молчаливым украшением двора точно воплотится в жизнь…

– Ну что ж, – продолжил Рэндалл равнодушным голосом, словно вся эта встреча порядком затянулась. – У нас ещё будет возможность познакомиться поближе сегодня за ужином. А пока вам покажут комнаты, где вы сможете отдохнуть после долгой, утомительной дороги.

Он коротко кивнул лорду Вентору, отдав молчаливый приказ, и, потеряв к Астрид всякий интерес, развернулся к Мишель. Лорд Вентор в мгновение ока вырос перед Астрид и сверкнул широкой улыбкой, закрыв собой весь обзор. План подсмотреть или даже подслушать разговор Мишель и Рэндалла с треском провалился. Не то чтобы Астрид действительно рассчитывала, что у неё это получится, но только глупец бы поверил, что они просто решили мило поболтать и обсудить годы разлуки.

Мишель не виделась с братом тринадцать лет, и было не похоже, что она хоть каплю рада «долгожданной» встрече. Семейные чувства в ней вызывал разве что Эльтарион – ещё более странный, молчаливый принц Элдергарда, который, стоило приёму закончиться, тут же испарился, будто только этого и ждал.

Всё было не так, как Астрид себе представляла. И это злило. Злило и пугало одновременно. Потому что она совершенно не знала, чего теперь ожидать.

– Госпожа, – напомнив о себе, лорд Вентор осторожно указал на дверь. – Пройдёмте, я покажу вам ваши покои.

Его улыбка стала натянутой, а Матильда вдруг подхватила её под руку, подгоняя в нужном направлении. Астрид поняла, что её зовут уже не в первый раз. Она обернулась напоследок, заметив, как Мишель следует за Рэндаллом, огибая грубые тёмные троны, и скрывается из виду. Её уход не давал Астрид покоя. Что она собиралась обсуждать с тираном? Ужасные манеры падчерицы и скорую свадьбу? Или захват Эринбурга и истребление всех магов до единого?

Астрид раздражало собственное бессилие. В этом замке она была не больше, чем девицей с богатым приданным. У неё не было ни знакомых, ни поддержки, ни какой-либо силы. Даже угрожай Эринбургу опасность – здесь Астрид была абсолютно бессильна. И это пугало…

– Что с тобой такое? – прошептала Матильда, ведя под руку Лукаса, который любознательно оглядывался по сторонам, впитывая в себя каждую деталь мрачно обставленного замка.

Он совсем ничего не понимал… Для него это было первым путешествием в жизни, и в отличии от Астрид оно не было омрачено угнетающим пониманием того, что путь домой навсегда закрыт. Лукас мог позволить себе безмятежно радоваться, воспринимая всё, как необычную смену обстановки. Для Астрид это было непозволительной роскошью.

– А что со мной такое? – рассеянно спросила она, пожав плечами.

Вопрос был до ужаса глупым, потому что она знала, что с ней буквально всё не так. Странные ощущения после видения и встречи с королём никуда не ушли. Они просто притупились в сознании, оставшись там неясной дымкой, которая медленно, слишком медленно, растекалась под кожей. Астрид не поняла, как они покинули тронный зал и прошли извилистые коридоры, оказавшись у каменных лестниц. Она даже пропустила тот момент, когда Мати забрала Лукаса у нянечек. Благо лорд Вентор наконец молчал, иначе Астрид точно не выдержала бы его назойливой болтовни.

– Ты бледнее смерти! Вот-вот и в обморок грохнешься, – с беспокойством заметила Матильда.

– Просто надо отдохнуть, – отмахнулась Астрид, но, честно говоря, совсем не была уверена в том, что и впрямь не упадёт в обморок прямо сейчас.

В голове стоял неприятный туман, и она из последних сил заставляла себя переставлять ноги, слепо следуя за лордом Вентором. Обратной дороги нет… Она уже в Элдергарде.

– Ваши покои, принц Лукас, – объявил молодой лорд, замерев у деревянной резной двери.

Астрид удивлённо моргнула, осознав, что они успели преодолеть вереницу лестниц и оказались на просторной полукруглой площадке. Башня – догадалась она, разглядывая широкие ступени, что вели дальше наверх. Придётся потрудиться, чтобы запомнить этот пролёт среди десятка похожих. Заблудиться в этом замке было проще простого… И с чего вдруг она уже начинает думать об Элдергарде, как о будущем доме?

Лукас с восторженным криком забежал в комнату, и Мати виновато обернулась:

– Я скоро вернусь. Помогу ему немного и приду, хорошо?

Астрид осталось лишь коротко кивнуть. Лукасу нужно было помочь обустроиться в комнате, пока не придут его нянечки, а она уже давно не ребёнок. Сама справится…

Но сколько бы Астрид не повторяла эту мысль у себя в голове, всё равно не смогла удержаться, чтобы не проводить закрывающуюся дверь взглядом. Вот она и осталась одна на растерзание врагу… Не так буквально, конечно, но лорд Вентор ей откровенно не нравился. Зато он, напротив, оставшись с ней наедине, вернул себе всё веселье, бодро проследовав к двери напротив с прилипшей к губам улыбкой:

– Не расстраивайтесь, госпожа. Ваша комната совсем рядом.

И казалось, что он сказал это достаточно вежливо, без намёка на грубость или насмешку, но Астрид всё равно ощетинилась, задетая снисходительным тоном.

– Как благородно, – раздражённо хмыкнула она и смерила лорда холодным взглядом, ядовито добавив. – Благодарю за радушный приём!

С этими словами она захлопнула дверь прямо перед его носом. Грубо, невоспитанно и сумасбродно. Зато полностью отдавая отчёт своим действиям.

Прикрыв глаза, Астрид устало привалилась лбом к двери. Боги! Как же ей хотелось остаться одной с самого утра. Отвратительного, неприятного раннего утра, оставшегося во рту привкусом слабости и бессилия. Она всё же тут, в Элдергарде, как того и хотела Мишель. В статусе знатной невесты для не менее знатного принца. Что дальше?

– Я зайду за вами в шесть, – прозвучал из-за двери приглушенный голос, и Астрид едва не зарычала, чтобы он убирался прочь. – Отдохните перед ужином. Вы и впрямь устало выглядите.

Она отшатнулась от двери, с трудом сдерживая рвущийся наружу крик, и прошипела сквозь зубы, сдирая с волос диадему:

– Идиот!

Ей показалось, что за дверью раздался смех, но это просто не могло быть правдой. Комната оказалась намного просторнее, чем Астрид себе представляла – светлая, с изысканной мебелью и мягким белым ковром по середине, что никак не вписывалось в общую обстановку замка с узкими мрачными коридорами и холодным камнем. Неужто Рэндалл решил показать, что она здесь вовсе не пленница, а желанная гостья? Сбить с толку своей вежливостью и комплиментами?

Однако стоило признать, что комната была довольно милой: широкая кровать с кремовым балдахином, напротив – камин из белого мрамора, не столь изысканный, как в Эринбурге, но всё равно навевающий приятные воспоминания. Возле камина стояло два кресла и стеклянный столик с вазой из фиолетового стекла. Астрид подошла поближе, разглядывая необычные цветы в вазе. Она никогда не видела таких прежде – насыщенно-бордовых с тёмными прожилками, напоминающими застывшую на камнях кровь. Её сундук принесли из кареты и поставили рядом с резным светлым шкафом, а в углу комнаты обнаружился стеллаж с книгами. Астрид бегло оглядела названия на разноцветных корешках: «Культура и история Элдергарда», «Великие подвиги рыцарей Элдергарда», «Летопись королей, от начала и до конца», «Как Бог войныЭнтел спас мир».

– Это вообще кто-то читает? – фыркнула она и, утратив к книгам всякий интерес, приблизилась к широкому окну во всю стену.

За полупрозрачной светлой шторой виднелась дверная ручка. Толкнув стеклянную створку, Астрид оказалась на просторном балконе, и открывшийся вид заставил её задержать дыхание. Столица Элдергарда предстала перед ней как на ладони. Всё такая же мрачная и неприветливая, но по-своему завораживающая своей тёмной загадкой. Отсюда хорошо был виден и величественный храм в правой части города, и извилистые улочки, вырисовывающие собой странный каменный узор, и яркий контраст богатых и бедных домов.

«Красиво», – невольно подумала Астрид и вспомнила свои покои в Эринбурге. Конечно, Элдергард никогда не сравнится с её домом: с доносящимся с океана солёным воздухом, переливистым пением птиц, сладким ароматом цветущих садов и игривым хохотом сирен, плещущихся в волнах. Он никогда не заменит ей солнца и тепла, но, если Рэндалл хотел сделать её пребывание здесь чуточку сноснее, у него почти получилось…

Несмелый поток восторженных мыслей резко оборвался. Астрид не поняла, в какой момент всё изменилось, затянув её в тошнотворный водоворот. Мир смазался в одно неясное пятно, и она едва успела ухватиться за ручку двери, ввалившись обратно в комнату.

Секунды знакомо растянулись в вечность. Голова закружилась, а колени подогнулись. Астрид попыталась выставить руку, чтобы смягчить падение, но с ужасом поняла, что не может пошевелиться. Она рухнула на ковёр, и по телу вдруг прошёл странный холод. Рядом раздался неясный шёпот, который подбирался всё ближе и ближе, протягивая к ней липкие лапы, пока не забрался в голову, заполняя собой всё сознание. Неразборчивый и шипящий, словно древнее опасное заклинание. Только вот она знала, что никаких заклинаний не существует. Тогда откуда вообще взялась эта мысль?

Шёпот стих также резко, как и появился. Астрид показалось, что это странное, абсурдное видение наконец закончилось, и она попыталась сдвинуться с места, но ничего не вышло. Конечности будто бы превратились в камень, став непослушными и чужими. И вместо спасительного освобождения на неё обрушился страшный грохот, отдалённо напоминающий рычание разъярённого зверя. Он был настолько громким, что казалось, голова сейчас просто лопнет. Нестерпимо хотелось зажать уши и оградиться от шума, но руки не слушались, а рядом не было никого, кто мог бы ей помочь.

Боги! Это всё по-настоящему или ей опять просто чудится?! Ещё немного, и она просто сойдёт с ума! Астрид уже готова была поверить в то, что сейчас действительно умрёт, как вдруг пришла долгожданная тишина. Слабость накрыла резкой волной, будто кто-то разом вынул из тела все кости. Она продолжала лежать на полу, боясь, что всё начнётся заново.

А потом Астрид почувствовала кровь. Она вздрогнула и через силу заставила себя сесть, зажав нос рукой, но алые капли всё равно успели запачкать белый ковёр. Это лишь плод её воображения… Они исчезнут, стоит ей только вздохнуть…

– Боги!!! Астрид, что произошло?!

Нет… В этот раз всё было по-настоящему…

Астрид подняла на Матильду испуганный взгляд. Она не знала, что сказать. Не знала, почему и как это происходит. Не знала ничего, что могло бы ей помочь… Матильда в мгновение ока оказалась рядом, помогла ей подняться, усадила в кресло и продолжила буравить встревоженным взглядом до тех пор, пока Астрид не ответила:

– Мне нужно снадобье. Я взяла несколько перед отъездом. В сундуке.

– Исключено, – решительно ответила Матильда, протянув ей светлый платок, что тут же окрасился алым. – Ты принимала его неделю назад. Слишком рано. Что ещё ты положила в сундук из того, что я запретила?

– Не думаю, что ты правда хочешь знать.

– О, Боги, дайте мне сил с этой несносной девчонкой! Если ты продолжишь жить на этих снадобьях – не доживёшь и до двадцати! Посмотри, что с тобой происходит!

Мати просто переживала, но её тревога, смешанная с упрёком за халатность к собственному здоровью, отозвалась внутри лёгким раздражением. Астрид давно уже не ребёнок, и совершенно точно понимала, чем грозил ей приём снадобий. Но это не меняло ситуации. Будь у Мати другое решение проблемы, она бы с радостью послушала. Но его не было. Ни у Мати. Ни у кого-либо другого…

– У меня начались видения, – хмуро ответила Астрид, любуясь полным замешательством на лице кормилицы, и равнодушно добавила. – Риск того, что я не доживу и до двадцати, связан не только со снадобьями. В кармане под крышкой, Мати. Пожалуйста.

Матильда сомневалась ещё пару секунду, а затем всё же выполнила просьбу. Её тихий голос был насквозь пропитан беспокойством:

– Когда это началось?

– Сегодня, – нехотя призналась Астрид, не упоминая странного сна накануне.

– Почему сейчас? – принялась размышлять вслух Матильда, выуживая склянку из сундука. – Волнение? Потеря контроля? Ты плохо спала этой ночью.

– Я плохо спала весь месяц, начиная с того момента, как узнала о своей скорой свадьбе, – раздражённо напомнила Астрид, наблюдая за тем, как кормилица всё ещё медлит, сжимая в руках склянку с полупрозрачной жидкостью. – Мне нужны маги, чтобы всё объяснить. Но их здесь нет. Потому что приезжать в Элдергард было одной большой ошибкой!

Матильда дёрнулась от её слов, как от пощёчины, и, больше не сомневаясь, протянула ей откупоренную склянку. Астрид впилась в холодное стекло дрожащими пальцами и залпом осушила содержимое в надежде, что голова вновь станет ясной. Матильда молчала, задумчиво разглядывая окровавленный платок. Она знала, что Астрид права. Но это уже не имело значения…

– Ты должна бороться, – тихо сказала Матильда.

– Как мне бороться с тем, о чём я даже не знаю? – хмыкнула Астрид, надеясь, что Мати правда сможет ей ответить.

Но кормилица молчала. Смотрела на неё ужасно странным взглядом из смеси переживания и сочувствия, будто от этого Астрид могло стать легче, и молчала.

Астрид подавила волну раздражения, опалившую внутренности, и устало откинулась на спинку кресла. В конце концов, Мати не виновата в том, что с ней происходит. Никто не виноват… Кроме разве что судьбы и её жестокой, несправедливой насмешки.

– Мне нужно поспать, иначе у Мишель будет ещё один повод напомнить мне о том, что я сумасбродная, капризная и далее по списку. Разбудишь меня перед ужином? – спросила Астрид, чтобы нарушить напряжённое молчание, повисшее между ними.

Никто не мог ей помочь. Ни здесь, ни в Эринбурге. Она всегда была один на один со своей болезнью, со своим проклятьем, что по сути природы не должно было таковым являться.

– Конечно, милая. Отдохни, – согласно закивала Матильда.

На деле же ей тоже просто хотелось развеять гнетущее напряжение между ними. Она ушла, и Астрид стало почти стыдно от облегчения, которое она испытала, наконец оставшись одна. Тишина ощущалась настоящим спасением, позволяя мыслям рассыпаться в голове неясными обрывками.

Всё плохо. Всё по-настоящему плохо…

Астрид знала об этом давно, как только услышала, какую роль для неё уготовили. Нужно было бежать ещё в Эринбурге, там хотя бы был шанс. Подданые поддержали бы её, помогли бы ей скрыться, спрятали на какое-то время. Астрид ушла бы в горы, где жило обособленное племя.

А что дальше?.. Прятаться всю жизнь? Убегать от себя столько, сколько сможет, пока её всё же не разорвёт на куски от собственной слабости и трусости? В любом случае слишком поздно. Она в Элдергарде. В статусе невесты наследного принца.

Нужно бороться. Нужно… Боро…

Отчаянная мысль резко оборвалась, рассеявшись в сознании горьким пеплом. Астрид поняла, что её утягивает в пучину сновидений. Или она просто теряла сознание. Такая тонкая грань… Единственное, что она ощущала в полной мере – ужасный жар, что пытался сожрать её изнутри. Когда-нибудь он обязательно до неё доберётся.

Флориса – богиня веселья, смеха и мечтаний. Защитница снов и радости, одна из четырёх Богов Верхнего мира.

Энтел – бог войны, силы и стойкости. Защитник Верхнего мира.