Читать книгу Ночь на Лысой горе. В гостях у Великого Полоза - - Страница 9

Задерживаться они не стали и, вернувшись в центр города, расстались. Медина помчалась по своим делам, а Кэти осталась на перепутье, в прямом и переносном смысле. Она смотрела вперёд, уже прокладывая в уме путь к порталу, но в замок возвращаться пока не хотелось. Наины, скорее всего, до сих пор не было, внимание Забавы давило, а Злат…

Подумав пару минут, Кэти всё же решила прогуляться.

Она бродила по запутанным улицам, словно заново знакомясь с собственным городом. Многое осталось как прежде, многое изменилось. Некоторые здания, которые раньше были частью её жизни, исчезли без следа. Но сам ритм города, его сердцебиение, казалось, не изменился, разве что чуть ускорился.

«Да, – подумала Кэти. – Мне этого не хватало. Раз уж теперь у меня уйма свободного времени, стоит почаще вот так прогуливаться.»

В какой-то момент её внимание зацепило что-то смутно знакомое. Ноги сами по себе привели её к высотке, в которой, в этом она была уверена, находилась квартира Злата.

Судьба, случайность или подсознательное желание вернуться – что бы это ни было, а Кэти вдруг очень захотелось войти в её двери.

Не зря же Злат доверил ей код от квартиры?

«Но не от подъезда!»

Кэти дёрнула ручку, но дверь не поддалась, продолжая насмешливо светиться цифровой панелью.

– Вы к кому? – раздался за спиной старческий голос.

Кэти резко обернулась.

– Здравствуйте! Я к другу, – было это ложью или правдой, она не знала. – Он оставил мне код от квартиры, а вот от подъезда забыл.

– Так позвони ему.

– Телефон на днях сломался.

– Молодая девчонка, что может без телефона несколько дней прожить? Слабо верится.

– А я в деревне долго жила, – нашлась Кэти.

– Ладно. Сделаю вид, что поверил, – хмыкнул старик. – Как друга-то зовут?

– Златомир. Высокий, рыжий…

– Да знаю я! Чай не совсем памяти лишился! Так и быть, впущу. Но ежели учудишь что – я тебя запомнил. И Злату, и полиции тебя во всех деталях опишу.

Она только улыбнулась и кивнула.

Войдя внутрь, она постаралась повторить всё, что делал Злат в тот день: нажать кнопку лифта, войти, выбрать этаж.

Тогда её разум туманили шок и горе, и сейчас она не была уверена, что делает всё правильно. Но знакомая дверь, вскоре возникшая перед глазами, говорила о том, что она справилась. Вот только вся решимость войти в неё вмиг испарилась.

Зачем она сюда пришла? Чего хотела?

Тёплого какао с видом на город? Той спокойной, почти уютной тишины, что царила в этой квартире? Или ей просто нужно было снова почувствовать, что о ней заботятся? Что есть кто-то, готовый защитить её от всех бед?

Когда в последний раз она чувствовала нечто подобное?

Наверное, тогда, когда отец встал между ней и тем самодовольным мальчишкой, вещавшим о том, какая удача для нищей бесприданницы – выйти за него.

В тот день она рыдала у папы на груди, а он гладил её по голове и обещал, что никогда не отдаст её тому, кого она не полюбит.

Она улыбалась сквозь слёзы и верила ему.

И вот впервые за много лет это чувство вернулось. Только теперь его вызвал чужой мужчина. Мужчина, у которого была невеста.

«Имею ли я хоть какое-то право быть здесь?»

Кэти шагнула назад, уже собираясь уйти, и остолбенела, почувствовав спиной тепло чужого тела. Нос защекотал аромат костра и мороза.

– Уже уходишь, Золотце? – голос Злата странно вибрировал, сквозя то ли насмешкой, то ли раздражением. – А я ведь даже чаю предложить не успел.

– Я… – она не нашлась, что сказать.

– Ну же, ты ведь помнишь код.

Почему-то прозвучало это не как приглашение, а как предупреждение.

«Оставь надежду, всяк сюда входящий».

Строка из «Божественной комедии[1]» всплыла сама собой, вызывая нервную дрожь. Холод подъезда обдал влажную от волнения руку девушки, когда она достала её из кармана, чтобы набрать код. Шагнуть вперёд было бы проще… но ноги словно приросли к полу.

Последняя кнопка щёлкнула, дверь издала мелодичный сигнал и мягко открылась.

– Так и будешь стоять на пороге? Может, лучше зайдёшь?

Кэти знала: стоит попытаться что-то сказать, и голос предаст её. Поэтому она молча вошла, ища взглядом то, что могло бы отвлечь её от чувства неизвестно откуда взявшегося страха.

Такая вещь нашлась довольно быстро.

Краешек стола, за которым они ужинали несколько дней назад, мгновенно заставил её вспомнить: Злат у плиты… его обещание помочь… то редкое чувство безопасности.

«Он не причинит мне вреда», – тряхнула она головой.

– Прости, – наконец выдавила она. – Не была уверена, можно ли вот так… внезапно приходить.

– Я же сказал тебе код от двери. От подъезда, правда, забыл. Как вошла?

– Один дедушка впустил. Сказал, что запомнил меня в случае чего.

– А, Валентин Никифорович! Он здесь за старосту, пусть и самопровозглашённого. Хороший человек, но со своими тараканами в голове.

От странного тона не осталось и следа.

– Голодная?

– Немного.

– Подожди, я разогрею карбонару, – мужчина поднял в воздух бумажный пакет.

– Почему не ешь в замке?

– Я люблю иногда перекусить, зная, что никто меня не потревожит.

– Прости.

– Опять извиняешься. Не стоит делать этого так часто, Золотце, да ещё и по пустякам. Ты так и слово обесцениваешь, и делаешь себя виноватой там, где твоей вины нет.

– Прост… – Кэти вовремя прикусила язык, поднимая уголки рта в намёке на неловкую улыбку. – Постараюсь отучиться.

Злат кивнул.

– Я не о тебе говорил. Я о слугах, о подданных… о Забаве, которая чересчур меня опекает. Тебе я рад.

– Почему?

– Змеи чувствительны к запахам, а ты пахнешь речной водой. Она меня всегда успокаивала.

– А ты костром и специями. Ну и морозом.

Она тут же прикусила язык, заметив его удивлённый взгляд. Но Злат почти сразу тряхнул головой и сменил тему.

– Как прошёл день?

– Отлично! И довольно продуктивно.

– Вот как?

– Да! Знаешь, до сих пор я чувствовала себя немного неловко среди змей.

– О, я заметил!

– Да ну тебя… Гхм. Так вот, Медина сегодня отвела меня сначала в серпентарий, а потом в контактный зоопарк.

– Знал, что она тебе поможет, – одобрительно хмыкнул он. – Хорошая медянка.

– Кто?

– Медянка. Вид змей такой.

– Это поэтому её так назвали?

– Нет. Из-за глаз.

– Ох, и правда! А твоё тоже?..

Он с улыбкой покачал головой.

– Нет. Просто так у нас заведено, что все Великие Полозы носят «золотое» имя: Златомир, Златолик, Велезлат и всё в таком духе. Как видишь, не самая интересная причина. Лучше расскажи, как тебе?

– Что? – Кэти удивлённо вскинула брови.

– Серпентарий, змеи…

– Ох! Это явно помогло, – она едва улыбнулась, но морщинки у глаз выдали куда больше радости, чем она хотела показать. – Раньше я представляла их совершенно другими: холодными, агрессивными…

– Значит, и я произвёл на тебя такое впечатление? – наигранно обиделся Злат, раскладывая тарелки и приборы. – Всё-таки я Царь змей.

На мгновение в памяти вспыхнул страх, сковавший её у двери, но она резко мотнула головой, отгоняя его прочь.

– Ты же в облике человека.

– Мою суть это не изменит.

– В любом случае, – ушла от ответа Кэти, – я ошибалась. Змеи вовсе не такие.

Он сел за стол, подпёр подбородок рукой и лениво наматывал спагетти на вилку.

– Грациозные, степенные, величественные и очень красивые, – её глаза заволокла пелена воспоминаний. – И тёплые. В общем, – она моргнула, возвращаясь в реальность, – я их больше не боюсь.

– Пра-а-авда?

Не дожидаясь ответа, Злат резко поднялся и пошёл к ней.

То ли всё произошло слишком быстро, то ли Кэти от шока ослепла и оглохла, но через пару мгновений она больше не сидела за столом. Со всех сторон, от ног до груди, её обвивали медно-красные кольца, толстые, как ствол молодого дерева.

Сквозь золотистую пыль, танцующую в воздухе, она изумлённо смотрела в огромные глаза с вертикальным зрачком.

– Ну и как? Вс-с-се еще не боиш-шься-с? – шипящий голос, одновременно похожий и непохожий на голос Злата, заполнил квартиру.

Сердце Кэти грохотало где-то в горле, не давая выдавить из себя ни слова.

Змей наклонился ближе. Из пасти выскользнул длинный раздвоенный язык и издевательски медленно прошёлся по её щеке, оставляя влажный холодный след.

– А теперь-с?

Она дрожала, но не потому, что он стал змеем, а потому, что снова почувствовала волну леденящей силы.

Да, теперь ей было страшно.

Его слова, тон, которым они были сказаны, пугали, но и отрезвляли.

И вдруг она поняла: что-то произошло.

Не мог человек, что предложил ей помощь просто так, не прося ничего взамен, кто пригласил в свой дом и познакомил со своим миром, быть таким!

Она сглотнула ком в горле и осторожно коснулась его носа, так, как когда-то касалась морды своего коня, успокаивающе и нежно, будто говоря: всё хорошо, я рядом.

– Боюсь, – честно сказала Кэти, – но не тебя, а тех чувств, что клокочут в тебе сейчас. С тобой явно что-то случилось. Я могу помочь?

Она почувствовала дрожь змеиного тела за секунду до того, как её ноги коснулись пола, а Злат снова предстал перед ней в человеческой форме.

– Прости.

И только тут Кэти поняла, что он имел в виду про ценность слов. В этом коротком «прости» было всё: вина, сожаление, усталость.

Она кивнула.

– Прощаю. И все же, что тебя тревожит?

– Работа. Дела, – он пожал плечами. – Не обращай внимания. Я постараюсь держать себя в руках, чтобы такого больше не повторилось.

– Что у тебя за работа такая?

– Сложная, – хмыкнул Злат, садясь обратно. – Мой начальник – один из трёх князей потустороннего мира. А в Яви у него крупный бизнес, связанный с информацией: от газет до стриминговых сервисов. Плюс своя сеть ювелирных магазинов и обязанности Великого Полоза.

– И как тебе на всё это хватает времени?

– Многие века практики, – коротко усмехнулся он. – Но всё не так страшно, как кажется. Да и я давно привык.

– Привык? Неужели так было всегда?

– Не всё так однозначно. Ещё тысячу лет назад всё было куда проще. Мы жили, выполняли свои обязанности, помогали людям, а они почитали нас как богов. Потом времена изменились: старые боги ушли, пришёл новый, и нам пришлось скрыться.

Он вздохнул и потёр переносицу.

– Сейчас всё снова меняется. Я не знаю, что ждёт нас дальше, но мы по-прежнему должны исполнять древние обязанности, скрывать свои тайны, да ещё и учиться жить среди людей. Их «наука» скоро сравнится с нашей «магией», и они поймут, что реальность куда сложнее, чем им казалось. Мир усложняется, и я не знаю, радоваться этому или огорчаться.

– Это не мир усложняется, а мы сами. Когда я была маленькой, моей самой большой проблемой было то, что мама не разрешала гулять с деревенскими ребятами. А теперь…

Оба замолчали, погружаясь в раздумья и доедая остывшие спагетти. Тишину прерывал только редкий стук вилок. Вскоре затих и он. Никто не знал, как нарушить молчание, но и затягивать его не было смысла.

Два голоса зазвучали нестройным хором:

– Нам, наверное, пора?

– Так почему ты пришла?

– Ты первая, – неловко улыбаясь, махнул рукой Злат.

– Я хотела спросить, не пора ли нам идти… но, если честно, я не хочу возвращаться. Так что спрашивай ты.

– Почему ты пришла сюда? Почему не прямо в замок?

– Не знаю, – Кэти покрутила в пальцах вилку. – Не хотелось обратно. Я просто бродила по улицам… и увидела твой дом. И не смогла пройти мимо.

– Тебе некомфортно в замке? – нахмурился Злат. – Может, что-то не нравится? Или кто-то обижает? Пожалуйста, не бойся мне сказать, если что-то не так.

– Нет-нет! – замотала она головой. – Все хорошо. Там уютно и есть с кем провести время. Просто…

Кэти вновь замолчала.

– Просто?

– Здесь тепло.

Щеки девушки укрыл нежный румянец. Она уже пожалела, что вообще открыла рот, что не прошла мимо, когда могла.

Злат же заливисто засмеялся.

– Вот это причина, Золотце! Ты говоришь это о квартире, в которой я не включаю отопление даже посреди зимы! Нам повезло, что сейчас ещё не слишком холодно, иначе из твоих губ уже вырывался бы пар.

Кэти хотелось провалиться сквозь землю, но она всё же едва слышно пробормотала:

– Я о другом…

– Что? Повтори, – он перегнулся через стол, легко подцепил пальцем её подбородок и заглянул в смущённое лицо. – О другом, это о чём?

Его золотые глаза встретились с её васильковыми. К его удивлению, в них читались боль и тоска.

– Когда ты привёл меня сюда, то… Эта квартира… Ты… Я… – сколько ни старалась, слова упрямо не складывались. Руки, сжимавшие вилку, затряслись.

Заметив нарастающую панику, Злат чуть сильнее сжал её подбородок и строгим тоном приказал:

– Дыши. Глубоко. Сосредоточься на дыхании. Слушай его.

Кэти послушалась. Вскоре её плечи расслабились, а голос уже не срывался на полуслове.

– Не знаю почему, но в тот вечер я почувствовала то же самое, что и в родительском доме, когда была ребёнком. Тогда у нас не подавали простую яичницу, а о какао я только слышала… Но что-то неуловимое тогда подарило мне почти забытое чувство безопасности. Я хотела… Не знаю. Может, ощутить его снова, а может, понять, что это была иллюзия, которая больше не повторится.

– И к какому выводу пришла? – на лице Злата не было даже намёка на улыбку, только сосредоточенный интерес.

– Сначала ты вёл себя странно, и мне было не по себе, но теперь я снова чувствую его. Знаю, что стоило бы вернуться в замок, но мне не хочется уходить.

Он посмотрел на неё невидящим взглядом, уйдя мыслями куда-то далеко. Когда же его сознание снова вернулось в реальность, он искренне улыбнулся.

– Все-таки стоит дать тебе код от подъезда. Приходи сюда в любое время и чувствуй себя как дома.

Наверное, ей стоило бы отказаться, но она нуждалась в этом месте, поэтому просто кивнула.

– А теперь… Думаю, нам пора возвращаться.

Замок гудел.

Не как обычно, нет. А как встревоженный улей.

Стоило им выйти из коридора, ведущего к царским покоям, как шум усилился вдвое, а через пару минут на них уже кричали три взволнованные женщины.

– Кэти! – голосом на пару тонов выше обычного говорила Медина. – Мы же договорились, что ты идёшь домой!

– Юша Великий, куда ты пропала?! С тобой все в порядке? Мы тебя везде обыскались! – причитала Забава.

– Я говорила им, что с тобой все в порядке и они рано всполошились, – усмехалась немного позади Наина. – Но все же тебе стоит обзавестись телефоном.

«Снова голова разболится», – думала тем временем Кэти, пытаясь не морщиться от какофонии звуков.

– Я завтра же куплю его ей, – единственная фраза Злата остановила поток слов в момент.

– А почему она с тобой-то? – в повисшей тишине вопрос Наины прозвучал особенно резко.

Кэти вздрогнула.

– Случайно встретил её, когда она бродила по городу, – без тени сомнения соврал Злат, и внутри у неё странно потеплело. Почему-то ей не хотелось делиться этим вечером с кем-либо ещё.

– Извините, – сказала она, опустив голову. – Я заставила вас волноваться. Не думала, что так выйдет.

Глядя на её удручённый вид, все тут же смягчились. Забава снова хлопотала вокруг неё, Медина спорила с матерью, Наина насмешливо наблюдала за ними… Но Кэти ничего этого не замечала. Она видела лишь золотые глаза и маленькую тайну в них, разделённую на двоих.

[1] Поэма, написанная Данте Алигьери.