Читать книгу Как ты здесь оказался, мальчик? - - Страница 5

Придя в себя, я первым делом смачно прокашлялся, после чего подхватив ящик побежал (насколько я вообще мог бежать в таком состоянии) по лестнице наверх.

Поставив ящик рядом с сержантом, я отчитался:

– Больше нет.

Моя грудь тяжело вздымалась от усталости.

– Молодец, – с кислой миной на лице ответил Михаил.

– Что-то случилось? – непонимающе, спросил я.

Много чего случилось пока меня не было, но объяснять мне большую часть событий никто не собирался.

– Я надеялся, что в этот раз мы обойдемся без этих ублюдков, – сержант указал пальцем на стоящего “щитом” к нам монстра.

– Щитовик? – неуверенно спросил я, смутно вспоминая, как должна называться эта тварь.

– Нет. Прямо за ним прячется пара кротов, – влез в разговор Иван.

– Твою же мать! Маги уходят, – покачал головой Михаил.

Я посмотрел в направлении его взгляда – на одной из башен в бойнице промелькнули чародейские мантии.

– А я надеялся, что они ещё немного нам помогут, время-то ещё есть! – звучно цыкнул сержант.

После чего полностью переключился на бомбочки.

Я так и остался стоять с немым вопросом на лице. Хорошо, что, судя по всему, моё выражение лица заметил Иван и решил просветить новичка, что же здесь происходит:

– Через час-два из-под земли попрут твари. Если они сожрут магов, закрывающих разлом, то всё – нам кирдык. Вот чародеи и ушли их караулить.

– Так это же ещё не скоро? – удивился я.

Если монстры появятся через час или два, то маги с башен могут принести ещё много пользы обороняющимся на стенах. Зачем спускаться так рано?

– Да хер их знает! – в сердцах воскликнул Иван и махнул рукой. – У них всё не как у людей! Я тебе скажу так…

Гигант понизил голос.

– Если бы они не были так полезны, их бы всех давно стоило… – руками он свернул воображаемую шею. – И дело с концом! Беды от них одни! Вот!

– Понятно.

На самом деле мне ничего не было понятно. Откуда такая нелюбовь к магам? Мы же, вроде, заодно?

– Хорош болтать! – грубо прервал нас Михаил. – Делом займись!

Он едва ли не ударил меня зажатой в руке бомбочкой, а я испуганно посмотрел на него.

– Бери, – грязно выругался сержант, – надо когда-то учиться, и этот момент ничуть не хуже любого другого.

Я бы с этим поспорил!

– Дима, только не убей нас! – взволнованно произнёс Иван.

Постараюсь!

Взяв обеими руками снаряд, я был сильно удивлён – вроде небольшой по виду, но вес ощущался прекрасно. Настолько прекрасно, что мои руки немного подрагивали, хотя это скорее из-за того, что они сильно устали, да и общая нервозность сказывалась: такие вещи лучше пробовать в спокойной обстановке во время обучения, а не на стене, на которую лезут кровожадные твари, чтобы тебя растерзать. Хотя с другой стороны – это неплохой такой стимул сделать всё правильно с первого раза! Возможно, именно на это и рассчитывал Михаил.

От верхней части бомбы, вниз спускался небольшой металлический желобок в виде полой ручки. Когда бомба не была подожжена за неё было удобно брать снаряд и переносить. На внутренней стороне ручки тянулся длинный вырез, заканчивавшийся отверстием в металлическом корпусе. А вдоль всего этого выреза была закреплена обработанная каким-то неизвестным мне веществом бечёвка (хотя будем честны – вряд ли хоть кто-то кроме армейских алхимиков достоверно знал, чем именно она была обработана). Вещество было горючим, маслянистым и соответственно водостойким, что позволяло поджечь даже “утопленную” бомбу. Горело оно не быстро, но потушить его было тяжело, как раз, чтобы солдат надёжно успевал бросить снаряд, не подорвав ни себя, ни своих товарищей. Там же, в ручке на уровне указательного пальца крепилось колёсико для поджига и небольшой кусочек кремния. Так что зажечь фитиль можно было той же рукой, которой и держалась бомба, без необходимости в дополнительных приспособлениях или факелах.

Не будет преувеличением сказать, что подобное устройство было одновременно шедевром и инженерии, и алхимии.

Неукоснительно следуя указаниям сержанта, я прокручивал колёсико указательным пальцем, и уже через несколько секунд почувствовал жар, исходящий от подожжённого фитиля.

От неожиданности я отдёрнул указательный палец, и так едва удерживаемая бомбочка накренилась прямо в моей руке, едва из неё не выпав. Хорошо, что я вовремя успел подхватить её второй рукой.

– Дима! – заорал благим матом Иван.

– Простите! – пискнул в ответ я.

Обеими руками я быстро вслепую выкинул бомбочку за стену, даже не пытаясь в кого-то прицелиться: лучше уж так, чем если меня разорвёт на кусочки прямо здесь и сейчас!

Как уже было сказано выше – эти снаряды изначально проектировались так, чтобы у бойца хватало времени, не только поджечь фитиль, но и хорошо прицелиться и после этого только метнуть бомбу. Учитывая, что люди служили в царской армии очень разные, и далеко не у всех была быстрая реакция или соображалка, времени для этого было с запасом.

Так что взрыв от моей бомбочки прозвучал едва ли не через десять секунд после того, как я от неё поспешно избавился. Рядом с парапетом пролетел кусок чьей-то лапы, а Михаил выглянул из-за него, стараясь не сильно высовываться, чтобы не получить в лицо ядовитый шип.

– Новички! – грязно выругался он и покачал головой, глядя на то, как осел холм под нашим участком стены – мой корявый бросок оказался крайне удачным, полностью обрушив ту горку, которая только начала было формироваться.

– А ну-ка! Держи ещё одну! – добавил он.

Раз уж этому сопляку так повезло с первого раза, может будет везти и дальше? Кто его знает. Фортуна – дама с очень неожиданными и переменчивыми вкусами. Но пока она улыбается кому-то – грех этим не воспользоваться.

Даже если этот кто-то на целую голову ниже тебя.

************

Всё новые и новые чудовища выскакивали из тумана и неслись в сторону крепости. Тот факт, что запас бомб стремительно истощался становился всё очевиднее, даже неопытному взгляду. И не только потому, что взрывы звучали всё реже и реже. Главным показателем был росший уровень живых холмов под стенами. Твари собственными телами выстилали себе путь на стены.

Несмотря на то, что осадные орудия старательно и прицельно работали по щитовикам и прикрываемых ими кротам, всё больше и больше из них успевали полностью зарыться по землю. Где их достать не представлялось возможным. Твари изо всех сил рыли себе дорогу во внутренний двор крепости, и уже скоро защитников ожидают новые испытания.

Тем не менее, работу свою осадные орудия не бросали – то тут, то там вспыхивал очередной щитовик. Гонимый болью и огнём, в агонии он давил окружающих его тварей, поджигая и расплющивая их. А несколько раз безумные чудовища даже умудрялись обрушивать туннели кротов, если те не успели глубоко зарыться или прокопаться сильно вперёд.

В то же время, пусть монстры и упорно лезли на стены, но область вокруг ворот, они почему-то почти полностью избегали. После того, как там подохло достаточно тварей, чтобы заполнить ров по крайней мере.

И уже очень скоро этому нашлось объяснение – на поле боя выбежал новый вид монстров. По размеру те не уступали щитовикам, только если у тех были широкие и толстые наросты на спине, этот вид больше выделялся своей головой, и огромными рогами на ней. Завитые в спирали, они издалека чем-то напоминали бараньи. За что монстр и получил соответствующее название – Баран.

Как и крот, это был скорее осадный зверь, нежели боевой. И основной его задачей было – прорвать человеческие укрепления, баррикады или другие разнообразные преграды, что мог придумать изобретательный человеческий разум.

Из-за своей задачи на поле боя, его нельзя было как щитовика заковать вкостяную броню – тогда тот просто не сможет набрать нужную скорость для прорыва, а значит и исполнить свою функцию. Как бы не были массивны и сильны его лапы, а они были очень сильны, слишком большой вес им было не вынести. Так что защитой с боков и сверху пришлось пренебречь. Вся его основная защита и костяные наросты были сосредоточенны на голове, чтобы обеспечить ему максимальную ударную силу. Тело же, прикрытое густой шерстью, было хорошо защищено от стрел, но крайне плохо держало заклинания.

Как “удачно” получилось, что они появились именно тогда, когда большая часть магов покинула свои позиции на угловых башнях.

Выскакивающие из тумана бараны, брали разгон и устремлялись в сторону ворот. Огибая лужи огня и горящие тела щитовиков они бежали к своей цели.

Добежать суждено было не всем.

К большому облегчению солдат на стенах, вниз ушли не все маги. На башнях остались самые опытные, выносливые и могучие. Так что как только первый баран оказался в нескольких метрах ото рва, с юго-западной башни в его сторону полетел большой огненный шар. Который врезался в волосатую зверюгу, когда она уже была на расстоянии одного шага ото рва.

Яркая огненная вспышка на несколько секунд ослепила солдат на стенах, а грохот взрыва болезненно ударил по ушам. Огонь разбрызгался в разные стороны, поджигая землю и тех незадачливых гадов, которым “повезло” оказаться рядом.

Высокий визг горящей зверюги разнёсся над полем боя.

Она мгновенно сбилась с курса и на полной скорости врезалась в скопление тварей, начинавшихся скапливаться возле стены. Мало что соображающий от боли монстр, разметал в стороны остальных, словно игрушки. Его массивная голова была прекрасным тараном, и сейчас она вдавливала в стену других тварей и пробивала себе путь через мясные завалы, разрушая то, что они создали своими телами.

Однако такая тварь была не одна.

Одна за другой они вырывались из тумана со всех четырёх сторон. С каждой стороны, где были ворота.

В них летели огненные шары, били молнии, под их ногами размягчалась и превращалась в грязь земля. Один за другим монстры гибли в мучениях: сгорали заживо, бились в конвульсиях не в силах сделать и вздоха, погребались заживо под землей. Но всё новые и новые появлялись из тумана.

Это был только вопрос времени, когда чародеям снова потребуется отдых и монстры достигнут своей цели. Времени, которое стремительно утекало.

Когда первый баран достиг ворот, эхо удара разнеслось по всей крепости, не предвещая её защитникам ничего хорошего.

Смерть пришла по их души, и уже стучит в дверь.

Большие дубовые укреплённые железом ворота с честью выдержали первый удар. Металлические крепления тяжело скрипнули, но не прогнулись.

Но там, где был один удар, будут и другие…

Огромные туши со всего размаху бились своими головами о ворота, отскакивая от них, словно дворовые псины от сапога городничего. После чего отбегали на пару десятков метров и заново начинали свой разгон, чтобы опять врезаться в ворота.

Бараны почти полностью игнорировались лучниками – их шерсть была слишком густой, чтобы её пробить, а голова слишком надёжно защищена костями. Но всё же пара особо метких стрелков умудрялись попадать то одному, то другому монстру, в небольшую щель в кости черепа – прямо в глаза.

Впрочем, не смотря на поврежденное зрение, монстров это не останавливало – они раз за разом брали разгон и таранили ворота своей головой, доставляя себе ещё большие муки.

Муки, которые окончатся только с их собственной смертью.

Люди по другую сторону ворот, тоже не сидели сложа руки. Подносились всё новые и новые деревянные балки для упора в ворота. Треснувшие или сильно погнутые уносились. Но это лишь отсрочивало неизбежное.

Рано или поздно ворота не выдержат.

Грохот ударов баранов, словно канонада разносился над крепостью. В пару ворот долбило уже не по одному монстру, а по два-три.

Дерево трещало, гнулся металл. Стальные штыри, ввинченные глубоко в стены, чтобы удерживать всю конструкцию ворот, медленно крошили камень, дрожа после каждого удара. Из расширяющихся отверстий высыпалась каменная крошка.

Параллельно с укреплением ворот, солдаты готовили баррикады из заточенных брёвен немного в стороне от ворот: так чтобы с одной стороны они начинались сразу после каменной стены, но при этом были за ней. Чтобы в баррикаду со всего размаха не мог врезаться тот же баран.

На стенах запылали огни – солдаты поджигали сосуды с зажигательной смесью и сбрасывали их на голову монстрам. Запас бомб полностью исчерпался и это всё, что осталось у защитников помимо их мечей и копий.

Пусть эта смесь была менее эффективна чем взрывчатка, это не означало, что она работала плохо: горящая маслянистая жидкость крепко въедалась в плоть тварей, проникая на несколько слоёв внутрь холма. Горящие монстры крутились, верещали, падали вниз в агонии, ломая спины, лапы и шеи не только себе, но и тем счастливчикам, на которых они приземлялись.

Это создавало хаос под стенами, убивало десятки монстров, но не могло избавить людей от главной опасности:

Мясные холмы продолжали расти в высоту.

Огонь убивал, калечил и уродовал и без того омерзительных тварей, но он не мог сделать главного – убрать уже мёртвые тела из-под стены. Если взрывчатка словно ложка в руках гигантского ребёнка перемешивала мясные слои, разбрасывая в разные стороны куски мёртвых и ещё живых тел, чем не позволяла им скапливаться в одном месте, то огонь этого сделать не мог.

Алхимическое пламя в этом плане сильно уступало магическому. Это оно могло в считанные минуты сжечь в пепел целую гору плоти, и полностью очистить приступы к стене. Горючие же смеси в итоге просто оказывались бессильными перед таким количеством жидкости и шкур.

Холмы становились выше и выше…

Северная стена, хоть и была на острие удара, но держалась лучше всего. Едкий чёрный воздух рвал лёгкие, и кому-то из новичков уже начало казаться, что они уже умерли и оказались в аду. Но им на самом деле на удивление везло – если самому высокому холму ещё до момента, когда твари смогут перепрыгнуть зубцы стены оставалось, расти ещё около метра, то…

В это же время со стороны западной стены первая когтистая лапа впилась в парапет…

************

Я довольно быстро освоился с бомбами, руки, которые в начале еле их удерживали, через пару минут пришли в себя, и оказалось, что бомбы значительно легче чем мне показалось.

Бросал я их на удивление метко – сказывались долгие годы игры с парнями из моего села в камушки. Бомба, это, конечно, не камушек, но и требовалось от меня не так много: увидеть просвет между телами (которые обычно были не маленькими, значительно больше тех целей, в которые мы кидали камушки) и зарядить туда бомбой.

К сожалению, счастье моё, а с ним и ощущение полезности длилось недолго – бомб быстро не осталось, а доверить мне в руки сосуды с зажигательной смесью Михаил не решился: шансы повредить себе и окружающим ими были значительно выше. Так что я опять стоял в стороне наблюдая за своими товарищами и ощущая себя бесполезным. Но долго это не продлится:

Со стороны западной стены начал раздаваться сильный шум, звон стали, вой тварей, а ещё…крики людей. Холод страха сковал моё было успокоившее и поверившее в себя сердце: не так давно я уже слышал очень похожие крики, очень похожие…

Моя голова медленно повернулась в сторону западной стены.

Крепость Закатная, в которой мы сейчас держали оборону, была весьма крупной и надёжной. Поэтому расстояние от одной стены до другой было немаленьким. И обычной ночью, даже с учётом факелов на стене, я бы вряд ли смог рассмотреть происходящее там, но сейчас проблем с освещением не было: десятки факелов вдоль всей стены, ещё десятки на земле, свет от горючей смеси и вспышки заклинаний, всё это хорошо подсвечивало западную стену, и то, что творилось на ней:

На нескольких участках стены, солдаты отбросили в сторону луки и теперь орудовали копьями. Холмы выросли настолько, что до самых верхних тварей можно было дотянуться копьём, чем люди и пользовались: какой смысл стрелять в кого-то там вдалеке, когда прямо к тебе лезет когтистая и клыкастая тварь?

А вот в одном месте ситуация уже явно вышла из-под контроля: в руку одного из солдат, что орудовал копьём у парапета впилась гончая. Даже издалека мне было видно, как её массивная челюсть и крупные клыки перемалывали руку незадачливого солдата. На стену капала человеческая кровь вперемешку со слюной. Тварь кровожадно рычала, а товарищи солдата изо всех сил пронзали её копьями, но быстро умирать или отпускать свою жертву монстр отказывался.

Я словно зачарованный смотрел за этой схваткой не на жизнь, а на смерть, не в силах отвести свой взгляд. Давящее чувство страха снова начало подниматься где-то внутри меня, крича о том, что я закончу свою жизнь точно так же – в пасти богомерзкой твари. Буду кричать, умолять о помощи, но кровожадный монстр будешь лишь рвать меня на куски, наслаждаться моей кровью и болью. В какой-то момент от ужаса, я даже не мог вдохнуть!

Проклятье!

Мне кажется, что я умер бы от страха прямо здесь, если бы мощный шлепок по спине от Ивана не вывел меня из состояния транса. Боль разлилась по всей поверхности, на пару секунд я даже согнулся и потянулся рукой к месту удара, но из-за доспеха достать до спины я был не в состоянии.

– Не дрейфь, малой! – его низкий голос звучал успокаивающе. – Осталось недолго!

Гигант кивнул в сторону магов в центре крепости:

– Большую часть мы уже продержались!

Я перевёл взгляд в след за Иваном.

Магическая руна перед пятёркой чародеев, с тех пор как я смотрел на неё в начале боя, значительно выросла в размерах. Более того, сейчас она светилась ярким фиолетовым цветом, прекрасно освещая всё внутреннее пространство крепости.

С рук магов срывались длинные фиолетовые потоки и вливались в руну. Они были разных размеров, текстуры и, казалось, даже состояли из разных веществ. У самого правого чародея больше напоминая невесомый дымок, у самого левого – горный ручеек, что по воздуху словно по земле весело бежал и исчезал в руне. А у центрального…центрального…

Это была кровь…

Густая и тягучая фиолетовая “жидкость” отделялась от его рук и неторопливо поднимаясь вливалась в руну. Так же как пущенная козе кровь, которая медленно стекает по кровоотводу исчезая в ведре, эта энергия исчезала в магической конструкции в воздухе. Словно это неведомое и без сомнения тёмное заклинание напитывалось самой кровью этого мира.

Грязная ругань рядом выбила меня из очередного транса.

–… Твою мать! Не отвлекай его! Так же точно подохнет! – возмущался рядом Михаил.

– Да ладно тебе, Серж! Я же всего лишь подбодрить хотел! – оправдывался Иван.

– Ты его сейчас так подбодришь, что он в овощ превратится! – продолжал отчитывать его Михаил, после чего перевёл взгляд на меня. – Не смотри на эти заклинания! Это тёмная магия! Проклятая магия!

Сержант с силой вручил мне двухметровое копье, так что его древко стукнулось о мой нагрудник.

– Займись лучше делом!

Михаил отвернулся от меня, продолжив управлять своим участком стены.

Я же легонько кивнул, но всё же бросил украдкой последний взгляд на творящуюся в центре волшбу:

Гигантская руна манила к себе, звала. От неё отрывались яркие искры и падая на землю оплавляли её, выжигали на ней следы. Так же как сама руна выжигала след в моём сознании.

Этот рисунок я уже не забуду никогда.