Читать книгу Плохой. Хороший. Бывший - - Страница 14

– Сейчас съем твою душу, и ты станешь зомби! Ар-р-р-р!

Вокруг визг, смех и беготня.

Качели и горки забыты, игрушки разбросаны, у детей новая игра. Придумала ее Оленька Васильева, основываясь на достоверной информации от ее папы. Того самого, который трахарь. Он сказал, что «бабы существуют только для того, чтобы жрать мужские души». Очередной перл.

На самом деле я не жалуюсь, ее папа мог высказаться и похуже. До него я так и не дозвонилась, но с бабушкой поговорила по душам и вынесла предупреждение. В элитный детский сад не следует приносить «элитные» фразы.

И вот теперь высказывание Олиного папы переросло в захватывающую игру. Кто-то из детей сказал, что без души человек превращается в зомби, и теперь девочки бегают за мальчиками, ловят их, и те притворяются зомби. К счастью, нам с подругой удалось заменить слово «жрать» на «есть». Разумеется, мы пытались отвлечь детей, но ни одна из развивающих игр, одобренных заведующей и Министерством Образования, не смогла сравниться с захватывающей игрой в уничтожение мужского пола женским. Папа Оленьки посчитал бы это доказательством его спорного тезиса.

Я бы увела детей с улицы, но мне есть на что посмотреть и о чем подумать.

Тимур сидит на скамейке в соседнем сквере уже битый час. Чего ждет, непонятно. Я заметила его из окна, потом мы с детьми вышли гулять, но Тимур не подошел. Вообще не поднял голову. Заснул, что ли? Или Жанна выгнала его из дома за то, что он сиганул с веранды к бывшей жене вместо будущей?

Я даже не знаю, живут они вместе или нет. Ничего о них не знаю и знать не хочу.

Однако то и дело поглядываю в его сторону.

Сидит, красавец. В городе тысячи скамеек, а он выбрал ту, на которой мы сидели на днях.

– Давай, я его прогоню, – в который раз предлагает подруга и поджимает губы, слыша мой отказ.

Мы с ней знакомы с педагогического, и она помнит, в каком раздрае я была после развода.

– Вась, не смягчайся к нему! Если снова закрутите роман, то кончится еще хуже, чем в прошлый раз. Дурной он, твой Тимур.

– Он не мой.

– Вот и повторяй это, и не смотри на него.

– Я не понимаю, зачем он пришел.

– За тобой. Он всегда от тебя дурел, и ничего не изменилось. Я еще в клубе заметила. Как только Тимур тебя увидел, у него сразу взгляд поплыл. Как привязанный, за тобой понесся. Но ничего хорошего из этого не выйдет. Из того, что вы дуреете друг от друга, семью не построишь.

Говорит с укором, печально. Болеет за меня. Мы с Леной как сестры, чувствуем, когда другой больно. А мне и правда не по себе, потому что с появлением Тимура открылись старые раны. Восемь лет назад я до последнего надеялась, что он опомнится и захочет крепкую семью, как у его родителей. Выползла из нашего брака полуживая, раненая, а все равно надеялась, что однажды Тимур пожалеет о потере и вернется ко мне. Время избавило меня от этой надежды, однако, как оказалось, раны не зажили.

– Если сама не велишь ему уйти, я вмешаюсь. Устрою ему разнос. Ты меня знаешь. Если я начну скандалить, меня не остановишь. Выскажу ему все, что накопилось, – угрожает Лена.

Решившись, иду к Тимуру. Толком не знаю, что скажу, но поговорить надо. Не дело это, приходить ко мне на работу.

Заметив меня, он поджимает губы. Сидит рядом с моим детсадом, но не рад меня видеть. Л=логика.

Выглядит устало, раздраженно, как будто его насильно сюда притащили. Вздыхает, трет лицо ладонями.

Молча стою перед ним и жду объяснений.

– У меня все время на тебя стоит, как раньше, – бурчит, словно это все объясняет.

Кто о чем! Причем сказано со злобой в голосе, будто в этом есть моя вина. И взгляд исподлобья, буравит меня обвиняюще, типа это я ему… поставила.

– Восемь лет о тебе не думал, а как увидел, сразу началось.

– У тебя восемь лет вообще не стоял?! Бедненький, как же ты это девушкам объяснял?

Не осуждайте меня, тут никто бы не сдержался.

Взгляд Тимура вспыхивает.

– Думаю, ты помнишь, что со стояком у меня проблем нет. Но лучше бы были, чтобы тебя не хотеть. А то, как затащил тебя в кладовку, помял немного, так теперь спать не могу. Так бы ухватился и… как раньше. Ты сладкая булочка, Вась.

Говорит с таким вкусом и наслаждением, прям слюной истекает, как будто все эти годы репейником питался.

– Помять бы тебя сейчас, Вась. Хорошенько помять и протиснуться поглубже. Тело твое такое вкусное… – Голос дрожит, низкий, сочится похотью.

Как говорит одна из моих подруг, главное – сразу перейти к Телу. Она патологоанатом, поэтому ее позиция объяснима, а вот Тимуру не следует восхищаться моими сладкими прелестями. Все-таки женитьба на носу. Не пристало любоваться сладкими булочками, когда он скоро женится на стиральной доске. То есть на Жанне.

– Ты некрасиво себя ведешь, Тимур Агоев, – говорю самым строгим воспитательским тоном. – Смотри какой вымахал, взрослый мужчина теперь, а самоконтроль на уровне подростка.

– Да знаю я, все знаю, – ворчит. – Но ничего не могу с собой поделать, стоит на тебя постоянно.

Качаю головой. В груди так больно, что хоть реви, но не покажу этого.

– У меня тоже стоит, только не на тебя, а на тебе. Жирный крест.