Читать книгу Феникс. Код ошибки - - Страница 9

Кишки земли

Лестница в техническом колодце была не лестницей, а скорее, рядом скоб, вбитых в сырую бетонную стену. Они уходили вниз в абсолютную, густую темноту, где даже луч фонаря растворялся, не достигая дна. Воздух был спертым, пахнущим плесенью, ржавчиной и все тем же сладковатым медным запахом, который теперь вел их, как псов по кровавому следу.

Лика спускалась первой, не думая об опасности. Монтировка была заткнута за ремень, фонарик зажат в зубах, освобождая руки для цепкого, отчаянного хватания за скобы. Кроссовок Артема она засунула за пазуху, под куртку. Он давил на грудь, напоминая о сердце, которое готово было выпрыгнуть из нее.

Сверху, прикрывая ее, спускался Жуков. Его дыхание было тяжелым, но ровным. «Тише, – прошептал он. – Звук в таких трубах распространяется на километры».

Они спускались минуту, другую. Пятнадцать метров. Двадцать. Лика потеряла счет времени и глубине. Ее пальцы немели, в висках стучало. И вдруг ее нога не нащупала очередную скобу, а уперлась в что-то мягкое, податливое. Она едва не сорвалась, фонарь выпал из зубов и, звякнув, покатился вниз, выхватывая из мрака на секунду жуткую картину: на небольшой площадке лежало тело. А под ней зиял черный провал, куда фонарь и упал, погаснув с глухим стуком.

Она замерла, повиснув на руках. Сверху светил фонарь Жукова.

«Что там?»

«Труп… – выдавила она. – И дыра. Фонарь упал».

Жуков спустился вплотную к ней. Луч его света уперся в лицо мертвеца. Молодой парень, в камуфляжной форме, но без знаков различия. Охранник из частной компании? Лицо было бледным, но не зараженным. Пулевое отверстие точно посередине лба. Аккуратная, профессиональная работа. В руке он сжимал пистолет. При нем – почти полная обойма.

«Не наш, – тихо сказал Жуков, подбирая оружие и проверяя магазин. – И не военный. Частник. Скорее всего, те, кто ворвались». Он посветил в дыру. Это был обвал. Часть тоннеля рухнула, открывая доступ к чему-то другому – старой кирпичной кладке, возможно, дореволюционного дренажа или забытого хода усадьбы.

«Они прошли здесь, – Лика указала на свежие следы сапог на пыльном полу и темные капли на кирпичах обвала. – Их было несколько. И они тащили кого-то… или что-то». Следы волочения были отчетливы.

Жуков первым пролез в пролом. За ним, стиснув зубы, протиснулась и Лика. Пространство сузилось до узкой, сырой трубы, где приходилось идти почти на корточках. Воздух стал еще тяжелее. И тут Лика услышала звук. Не стон, не крик. Приглушенный, далекий плач. Детский плач.

Ее кровь застыла. Артем.

Она рванулась вперед, не обращая внимания на окрик Жукова. Кирпичи цеплялись за одежду, царапали кожу. Плач то усиливался, то затихал, будто доносился по прихотливым лабиринтам вентиляции.

Каменный мешок

Тоннель вывел их в низкое, обшитое почерневшим деревом помещение. Погреб? Старая винотека усадьбы? В центре комнаты стоял деревянный стол, на нем – коптилка, чадившая жирным черным дымом. И вокруг стола – люди.

Их было пятеро. Трое мужчин и две женщины. Они не были похожи на выживших дачников или беженцев. Одежда – темная, практичная, камуфляж смешан с городским casual. У одного – короткоствол за поясом, у другой – самодельная дубинка с гвоздями. Их лица были жесткими, глаза – оценивающими, хищными. И в этих глазах не было ни капли того коллективного безумия, что было у зараженных. Здесь был холодный, расчетливый разум.

На полу, в углу, под присмотром худощавой женщины с обрезком трубы, сидели Даша и Артем. Дочь прижимала к себе брата, его лицо было заплаканным и грязным. Даша же смотрела на вошедших не со страхом, а с яростной, молчаливой ненавистью. На щеке у нее краснел свежий синяк. Артем был без одного кроссовка.

Лика издала звук, нечто среднее между стоном и рыком, и бросилась к детям. Ее остановил удар прикладом в грудь. Сильный, точный. Она отлетела к стене, закашлявшись.

«Мама!» – крикнули дети хором, но женщина с трубой грубо пригнула Дашу головой к полу.

«Тише, цыплята. Взрослые разговаривают», – сказал человек за столом. Он был старше других, с бритой головой и умными, холодными глазами крысы. Его называли Кротом. Он был тем, кто знал все старые тоннели и коммуникации в округе. Еще до Катаклизма он промышлял воровством и сбытом краденого, а теперь его знания стали стратегическим ресурсом.

«Кого Бог послал? – спросил Крот, разглядывая Жукова и Лику. – Вояка и… мамаша? Интересная парочка».

«Отпустите моих детей, – хрипло сказала Лика, с трудом поднимаясь. – У нас есть лекарства. Можете взять все».

«Лекарства? – Крот усмехнулся. – Это хорошо. Но нам нужно кое-что поважнее. Информация».

Жуков стоял вполоборота, оценивая расстояние до противников, их вооружение. Пять на одного. Шансов почти нет. Но он не опускал автомат.

«Какая информация? Вы кто?»

«Мы – новая администрация, – улыбнулся Крот. – А информация простая. Ты, вояка, откуда? Часть? Склад? Где твои? И ты, – он ткнул пальцем в Лику, – ты из того самого центра, да? Из „Вектора“?»

Ледяная рука сжала ее внутренности. Они знали.

«Я…я не понимаю».

«Не ври. Мы нашли пропуска у твоего мужа. Андрей Орлов, да? Он долго не разговаривал, но когда мы начали… возиться с детками, он стал очень сговорчивым».

Лика почувствовала, как мир плывет. Андрей. Где Андрей?

«Что вы с ним сделали?»

«Пока ничего. Он нам нужен. И ты нам нужна. Вы же ученые, да? Вы знаете, что это. И, может, знаете, как от этого защититься. Или как это обратить себе на пользу».

Один из бандитов, коренастый, с татуировкой паука на шее, заговорил: «Крот, смотри, она же вся в крови. Может, укушена?»

Все насторожились. Крот прищурился.

«Проверить».

Женщина с трубой и еще один мужчина направились к Лике. У нее не было выбора. Она выхватила из-за пазухи кроссовок и швырнула его в лицо женщине: «Держи! Он твой!» В замешательстве, женщина инстинктивно поймала обувь. Этой секунды хватило Лике. Она рванулась не к детям, а к столу, к коптилке. И опрокинула ее.

Горящее масло разлилось по дереву, вспыхнул скатерть. Огонь, жаркий и яростный, взметнулся к потолку. В комнате поднялась паника. Крики: «Пожар! Туши!»