Читать книгу В этой истории не будет злодея, и время покажет - - Страница 7

Теперь в доме Маркуса и Лили всегда пахло тёплым молоком. А ещё подгузниками, которые летели в мусорку настолько же часто, насколько Оливер успевал это замечать. Отец Лили весь вечер бегал по квартире, стараясь убедиться, что все чувствуют себя достаточно хорошо, хотя и сам не знал, что значит «достаточно».

Прошла их первая ночь на Ньюэре, но Лин выглядывала на улицу лишь с большим ужасом. И раньше она рассматривала фотографии с Нью, но не могла и представить, что она будет такой чудной. Утро было слишком тихим. Не было ни визгливых птиц, ни беспокойных жуков, стрекочущих под окнами. Даже Диана спала спокойно, но только потому, что Маркус не отходил от неё ни на минуту. Ни он, ни Лин не смогли сомкнуть глаз и, сидя вдвоём на кухне, они не обменялись даже взглядом. Маркус сидел, понурив голову и уставившись на свои руки, а Лин без конца смотрела на чистое ньюэровское небо. Гефест же спал без задних ног. Казалось, смена обстановки его нисколько не волновала. Разве что Оливер, где-то в ночи скатившийся с кровати на пол, без конца ворочался и беспокоил его сон.

– Ты как, держишься? – спросонья задался вопросом Гефест, уставившись на Оливера заплывшими усталостью глазами.

– Да, нормально. – «Просто ужасно». Ответив, он махнул рукой и отвернулся к стене. Простыня едва ли его прикрывала, выдавая Гефесту сгорбленную спину и синяки на пояснице.

– Тебя снова доставали на улице? – тяжело вздохнув, Гефест выполз из-под одеяла и присел возле Оливера. – Почему не рассказал? Мы бы предприняли меры.

– И какие это? – натянув простыню на голову, пробурчал он. – Что можно сделать, если я слабак и не могу за себя постоять?

– В общем-то, много всего. Я мог бы поговорить с тобой об этом ещё тогда, когда это тебе было нужно.

– А я не хочу ни с кем об этом говорить, ясно? – Оливер лишь сильнее закрылся, пытаясь не выдавать взмокших от слёз глаз. – Так было всегда. С самого детства меня кто-то защищает. Сам я ни на что не способен. Даже жить один не могу. Вечно у меня дома либо ты, либо Лин. А если вас нет, то я сбегаю к Сэм и Деймосу. Вот и всё, что нужно обо мне знать.

– И почему всё звучит так, словно твои поступки неправильны?

– Потому что я трус, а все вы меня терпите.

– Я бы сказал, что все мы достаточно взрослые, чтобы заботиться о тебе без терпения, но ты мне не поверишь. – Гефест попытался погладить Оливера по спине, но в ответ он ударил пяткой по его колену – Мы тебя любим, Оли. Это очевидная правда.

Нехотя поднявшись, Гефест вернулся в кровать и уснул тут же, как его голова коснулась подушки. Оливер ещё долго раздражённо пыхтел, пытаясь найти причины уйти, но в голову ничего не приходило. Его всегда выручали. Ничего в этой жизни он не сделал самостоятельно. Может, ему стоит остаться в Кольцах? Сбежать от людей в место, где его никто не тронет; там уж точно не будет нужды в защите, потому что и нападать будет некому. Там Оливер как-нибудь справится и вернётся домой тогда, когда сможет за себя постоять.

Он ещё не совсем разобрался, как осуществить задуманное, поэтому решил подождать до следующего рассвета, всё равно его вещи уже были собраны. Следующим вечером Генри расскажет план их действий, и тогда Оливер точно сможет подобрать момент для побега.

***

Маркус с Лили накрыли такой большой стол, что Оливер так и не смог попробовать всего, что они наложили ему в тарелку. Лин скептически рассматривала блюда, пытаясь понять, действительно ли в них нет мяса, но не могла отличить соевое от настоящего; на Ньюэре давно научились обходиться без продуктов животного происхождения, вот только Лин отчётливо чувствовала привкус курицы в сморщенных оранжевых кусочках из супа. Возможно, Гефест и согласился бы с ней, но ему слишком нравилось чувствовать вкус картошки во всём, чтобы он ни положил в рот. Он давно привык к ньюэровской кухне, но на Вайнкуле даже у гречневой каши были иные свойства.

Гефест долго смаковал каждую ложку, приговаривая: «Великолепно!», а Оливер всё смотрел на него и удивлялся, как в него столько влезает. Лили без конца подкладывала ему то овощи, то рулетики с паштетом из орехов, а Маркус возился с Дианой, стараясь оставаться незаметным для других, но весь стол только его и замечал. По просьбе Оливера Лин перестала доставать Маркуса своей неприязнью, но она продолжала коситься в его сторону с нескрываемым негодованием. Она никак не могла понять, почему за все года Маркус даже не извинился, а лишь ни раз объяснялся перед Оливером и Деймосом в том, почему согласился потакать всем прихотям Фобии. Пускай он был с ней согласен, в отношении Оливера и Деймоса это было неправильно. Но Маркус давно подговаривал Софи воспользоваться Медчерами на своё усмотрение. Этого не сделала она, но он прекрасно справился со своей задачей.

– Ну всё, хватит. – Лили встала из-за стола и посмотрела в сторону Лин и Гефеста. – Мне надоело это напряжение, так что я предлагаю каждому сказать то, что он думает на самом деле. – Они не стали возражать, но тут же уставились на Маркуса. Почувствовав на себе их взгляд, он поёжился и отвернулся к дочери. Диана оглядывала собравшихся с таким интересом, что Оливер стал ждать, когда же и она вставит слово. – Я начну. – Продолжала Лили. – Мне кажется, что все вы ненавидите моего мужа. Но я хочу, чтобы это прекратилось, потому что вам не за кого заступаться. Да, Оливер пострадал, но виновата в этом одна только Фобия.

– Вот только он знал о крушении купола и ничего нам не сказал. – Подхватила её мысль Лин. – И тогда мы с Оливером остались стоять посреди улицы, залитой кровью тех, кому повезло меньше нашего. В нас летели целые пласты стекла, и едва ли он сможет оправдать своё молчание.

– Всё не так просто. – Подал голос Маркус, но Лин тут же его перебила.

– Ещё как! Я ни за что не поверю, что ты ввязался в игры Медчеров и не мог написать Деймосу о том, что только должно было случиться.

– Мария предупредила Оливера, и что с того? – неуверенно проговорил он. – Вы всё равно ей не поверили.

– Так ты теперь перекладываешь ответственность на ребёнка? – вспылила Лин, тыча в него пальцем. – Молодец, так держать, герой!

Лили нервно кусала губы, а Гефест перестал жевать, ожидая своей очереди высказаться. Недосказанностей было слишком много. Оливер и забыл о происшествии с куполом, но Лин ещё о нём думала. И она же назвала Оливера ребёнком. Ему это нисколько не нравилось.

– Как можно было позволять ему общаться с Марией? – настаивал Маркус. – Вы что, совсем за ним не следили? Чья это была ответственность? Наверняка ваша, потому что вы сами согласились быть рядом с ним, пока Деймос откисал в барах. Вот поэтому-то Оливер и хочет от вас уйти. – Оливер вздрогнул, но кроме него никто не обратил внимания на правоту Маркуса. Его аргументы вообще не считали весомыми. – Вы слишком поздно стали его опекать. Может быть, будь вы тогда поумнее, то увидели бы, что писала Мария, и перешли к нормальным действиям, а не обвинениям.

– Вы вообще не должны были за мной смотреть. – Воспротивился Оливер, пытаясь не замечать, что на него смотрят с жалостью. – Это я вынудил вас быть со мной. – «Вы сами на это согласились. И зря».

– Тише, малыш, – остановила его Лин. – Маркус совсем не понимает, о чём говорит.

– Вот именно, Оливер прав! – поддержал того Маркус. – Он давно способен принимать самостоятельные решения, а ты продолжаешь звать его малышом. Думаешь, это честно по отношению к нему?

– Заткнись, ты ничего о нас не знаешь. – Зло прошипела она.

– А ты пытаешься переложить на меня ответственность за свои проступки. Дай-ка вспомнить, как ты тогда ему помогла. – Маркус принял задумчивый вид. – Ах да, ты совсем ничего не сделала, пока не пришла Самоа. И её тоже подослала Мария. Вот в чём вся шутка. Послезавтра вы выйдете в дорогу, вот ты и вспомнила о своей слабости. Тебе стыдно за то, что тогда ты ничего не смогла сделать ни для Оливера, ни для самой себя.

– Ах ты чёртов фолковский пасынок! – ударив кулаком по столу, Лин едва сдержалась, чтобы не накинуться на него. Под возмущённые возгласы Лили Гефест удержал Лин и усадил обратно на стул.

– Ты не должна даже заикаться об этом. – Прошептал он ей, надеясь, что остальные его не услышат.

– Вот именно, Лин. – Согласился с ним Маркус, от чего Гефест в стыде покраснел. – Говоришь, я ничего о тебе не знаю? Может и так, но и ты понятия не имеешь, что тогда происходило в моей жизни.

– Прошло столько лет, а мы вообще ничего друг о друге не знаем. Да и о самих себе тоже. – Проговорил Оливер себе под нос, но и его слова долетели до всех.

Лин стихла, а Маркус осунулся и упал лицом в ладони, опасаясь, как бы кто не обратил внимание на его мандраж. Ещё пару минут назад Лили хотелось прогнать всех собравшихся из своего дома, а если они не захотят уходить, позвонить отцу и упросить его их выпнуть. С ними мог остаться только Оливер; от наследия Софи нельзя было избавляться. А вот без Гефеста и Лин они бы легко обошлись.

Ей не нравилось почти всё, что происходило в жизни Оливера, но в его положении и не могло быть иначе. Каждый не нарочно сумел воспитать в нём то, что хотел, и Лили сама приняла в этом участие, пускай и не подозревала, что из её слов что-то выйдет. Возможно, ей стоило меньше с ним общаться, как и всем здесь собравшимся. Но тогда бы не вышло никакого Оливера Уильямса. И даже Милера.

Ему оставалось самому решить, что из всего того множества, что оказалось в нём по воле других, действительно ему нужно.

– Я и правда фолковский пасынок. – Вдруг выдохнул Маркус себе в ладони.

– А я скользкая гадина. – И без тени улыбки произнесла Лин.

– Кажется, я такого не говорил.

– К чёрту. – Остановила их Лили. – Все мы те ещё засранцы.

– Чёрту! – воскликнула маленькая Диана вслед за ней, неясно проговаривая сложные буквы.

– Ну вот. – Посмеялся Маркус, с широкой улыбкой став трепать дочь за щеки. Она заливисто хихикала и брыкалась в своём маленьком креслице. – И как мне теперь объяснить твоему отцу, что первыми словами его внучки стали черти, а не имя мамы?

– Так же, как ты только что оправдывался перед Лин.

– Чёрту! – закричала малышка, смотря прямо на Оливера. И он не отрываясь за ней наблюдал.

Лили разлила всем горячего чая, и они расправились с ним в полной тишине. Даже Диана не подавала виду, что ей давно наскучило переглядываться с Оливером и хочется нового развлечения. Тогда она стала хитро щуриться и улыбаться, прикусывая голыми дёснами высунутый язык.

С вечера все разошлись по своим комнатам и больше не показывались. Оливер улёгся на полу и уставился в потолок, разглядывая краску на нём с таким тщанием, что у него зарябило в глазах. Он всё думал о том, что его ждёт впереди. Кольца и долгая, утомительная подготовка к интервью. Оливер так и не решил, что будет с ним делать. Лучшим решением казалось избежать его, но для этого нужно будет убежать до того, как Лин возьмётся его снимать. Нужно лишь попросить её заняться этим на обратном пути. Уже в Кольцах он будет так далеко от остальных, что уже не услышит встревоженных криков.

Ближе к рассвету Лин вышла на кухню и снова встретила там Маркуса. Вторую бессонную ночь он продолжал сидеть, уставившись на свои руки и крепко о чём-то задумавшись. У неё не вышло заговорить с ним, но в этот раз их глаза встретились. Перед уходом она пробормотала что-то, отдалённо напоминающее извинение. Скорее, Лин лишь признавала, что была не права. Но Маркусу и этого было достаточно. По крайней мере, им осталось провести под одной крышей всего одну ночь.

***

– Есть безопасный маршрут. – Генри достал указку и стал вести ею по карте Ньюэры с одной приближённой областью. – Как вы знаете, Центр и первое Кольцо никак не пострадали, и до сих пор мы не сдаём позиции. Я был участником первых вылазок, и скажу вам так: дальше начинается настоящий ад. Деймос не рассказывал вам, что черти давно переполнили ад и принялись за наш мир? Ну да не важно. Дело в том, что раньше Инфицированные встречались в Кольцах ниже первого повсеместно. Нам удалось отбить второе Кольцо, но оно ещё под большим вопросом. Так как мы давно ни с кем не воюем, наше вооружение оставляет желать лучшего, да и немногие соглашаются на посещение Колец. Последние года случаи суицида среди служащих участились, поэтому в отряды стали набирать только добровольцев, без принуждения. Если вас интересует, действительно ли всё так плохо, то да, всё просто ужасно. Я рекомендую вам заранее изучить фото Инфицированных, чтобы подготовиться к тому, что мы можем там встретить.

Достав из кармана толстый конверт, Генри протянул его Гефесту. Он был плотно забит фотографиями, отпечатанными на глянцевой бумаге. Старомодно, но Министерство обороны не предоставляло доступ к электронным фото, чтобы пресечь их распространение. Даже теперь за ними внимательно наблюдал отец Лили, генерал Майкл Стивен Олхард. После ареста Марии он стал одним из почитаемых лиц в Министерстве, и только ему смогли доверить присмотр за первой экспедицией в Кольца. Скрестив руки за спиной, он внимательно наблюдал за происходящим.

– Учтите, что Инфицированные не будут участвовать в съёмках. Мы навряд ли их встретим, но вы должны понимать, что ваши действия чреваты последствиями. Запрещено делать фото и записывать видео даже для личного архива. Надеюсь, вы меня услышали.

Лин согласно закивала, борясь с тошнотой при просмотре материала, который предоставил им Генри. Правда оказалась куда хуже, чем то, что она представляла себе, ища информацию об инфицированных в интернете. В этих фотографиях было всё – и боль, и отвращение. Даже самый изощрённый мозг не смог бы представить себе тот кошмар, который переживали тела больных, если бы не увидел их лично. Гефест долго рассматривал фото, радуясь тому, что на них незаметны ни пульсация воспалённой плоти, ни медленный побег кожи с поломанных костей. Разорванные пасти бывших людей были наполнены кровью. Оливер знал, откуда она взялась. Пара зубов отсутствовала; Инфицированный наверняка оставил их в чужом туловище, когда откусывал от него кусочек.

– Такое не пропустит ни одна цензура. – Проговорила Лин, прикрывая глаза руками, чтобы не видеть застывший на снимках ужас.

– Во втором Кольце Инфицированных почти нет, а вот в лесах между городами ещё остались Инфицированные первого типа. – Генри указал на участки карты, отмеченные красным. Они были разбросаны по всей Ньюэре, сгущаясь у нижних Колец. – Это те, что совсем потеряли рассудок и бродят без памяти. Они не опасны, хоть и собираются группами, но подходить к ним близко не стоит. Во втором Кольце мы можем наткнуться на Инфицированных второго типа. Их безумие растёт вместе с численностью, но, так как мы заметно проредили их ряды, чаще всего они показываются лишь по одиночке. И, так как им особенно полюбились окраины городов, где они вылавливают заблудившихся солдат и учёных-самоучек, мы постараемся по возможности их избегать. – Он посмотрел на Оливера и выдержал паузу. Из-за его пристального взгляда у него спёрло дыхание. Все прекрасно понимали, о чём они думали. – Оливер, дом твоих родителей находится в районе Вествуда, граничащем с лесом. Я запросил у вествудского отряда новейшую карту, она обновляется в реальном времени. Сейчас участок жёлтый. Это будет опасно, но мы можем попробовать.

– Мы должны это сделать. – Вдруг встрял Гефест. – Я планирую зайти как можно дальше в Кольца.

– Отлично, только не споткнись о свои амбиции. – Осадила его Лин. После реальных фотографий Инфицированных ей стало не по себе.

– Я хочу побывать дома. – Твёрдо заявил Оливер. – Я приехал только за этим.

«Воспользоваться возможностью, а затем сбежать», – поправил он сам себя, хотя уже и не был уверен в последнем. По крайней мере сейчас, когда у Оливера не было уверенности в том, что он сможет справиться со всем один.

– Тогда вам нужно понимать, что в случае чего у нас не выйдет вызвать подкрепление. – Предупредил их Генри. – В Вествуде есть лишь несколько групп, следящих за порядком, но и их численность не превышает пятидесяти человек. На город такого масштаба требуется несколько тысяч солдат, но, как я уже сказал, с этим дела у нас обстоят напряжённо.

– Если Инфицированных так мало, то от кого вам обороняться? – спросила Лин, с сомнением глядя на Генри.

– Сам не знаю. – Он улыбнулся, принимая её вопрос с усмешкой, хотя весельем здесь и не пахло. – Вариантов много, но я и не представляю, какой из них правильный. Может быть, нам встретятся и здоровые люди, а, возможно, всех живых давно съели Инфицированные второго типа. И, насколько нам известно из рассказов вернувшихся, они давно научились управляться с Инфицированными первого типа. Думаю, и Оливер сможет подтвердить мои слова.

Все уставились на него в смятении. Качнув головой, он подтвердил их опасения. Разумные в самом деле умеют приручать Безумных. Пускай Генри и давал им другие имена, от того их дьявольская сущность никак не менялась. Вернее, она была поистине человеческой. Кто бы ещё смог с таким успехом привлекать к своим планам тех, кто был совсем лишён ума? История Ньюэры с отточенным мастерством соответствовала этому правилу. Именно так поступали все Медчеры.

– А теперь внимание. – Генри хлопнул в ладоши, да с такой силой, что даже Майк, стоящий в дверях, вздрогнул. Похоже, он совсем не ожидал от него такой самоотверженности. Генри подошёл к делу так серьёзно, как мог только он. – Я изучил документы, а также отзывы сослуживцев и туристических групп, которые они сопровождали – не удивляйтесь, есть и такие безумцы, по добру посещающие Кольца – и составил список правил, которые вы должны запомнить. Их нарушение может караться смертью, и судьёй буду уже не я. – Все приготовились слушать, а Лин даже подалась вперёд, боясь упустить и единое слово. – Во-первых, мы не разделяемся. Даже в туалет не отходим по одиночке. Понимаю, это может смущать, а тебя, Лин, особенно, но беды всех вылазок в Кольца в том, что каждый разбегается, куда хочет. Но мы так не поступаем, в нашей команде нет свободы передвижения и свободы действий, ясно? Во-вторых, мы ни к кому не прикасаемся, даже к солдатам, которых встретим по пути. Ни руками, ни губами, ни другими частями тела. И, Гефест, пожалуйста, будь осторожен при сборе образцов. Надевай вторые перчатки поверх первых. Здесь же в-третьих, мы не снимаем одежду, а особенно специальные перчатки, даже ночью. Разуться можно, но не снимая носков. В-пятых, припасы рассчитаны строго по дням, поэтому мы едим ни больше, ни меньше. Чтобы за нами не пошёл хвост, мы не будем оставлять за собой еду – её могут учуять здоровые. Питьевые запасы можно пополнить в любой реке, но не в стоячей воде, а в местах течения, но тоже сильно не увлекайтесь, мы не можем позволить себе частых остановок. До Вествуда мы доедем на нашем автомобиле, но по городу будем передвигаться пешком. Всё в целях безопасности. Лишний шум может привлечь внимание обитателей окраин, а с ними очень уж тяжело договориться. Хотя, не спорю, что и это возможно. Ещё одно правило для тебя, Лин. – Генри с вниманием её оглядел, да так, что она ответила ему непонятной Оливеру улыбкой. – Тебе лучше скрывать то, что ты женщина. Не хочу тебя пугать, но так будет лучше. Там, куда мы отправляемся, иные нравы. Если хочешь узнать о них поподробнее, то посмотри отрывки из предвыборной компании Марии. Софи ясно дала нам понять, что те, кто остался в Кольцах, могут дико реагировать на женский пол.

– И что мне нужно сделать? – Лин собрала волосы с плеч и откинула их на спину.

– Перестать быть такой привлекательной.

Оливер поджал губы и уставился в потолок, боясь пересечься взглядом с кем-то из них. Гефест тихо хихикнул, и за это Лин пнула его под столом. Казалось, Генри совсем не замечал начавшихся дурачеств, но выставил Гефеста и Оливера в коридор под предлогом, что ему нужно обсудить с Лин кое-какие детали съёмок. Никто и не сомневался, что они будут заниматься именно этим, но Майк прикрыл за ними дверь и сам остался снаружи, по инструкции забрав себе фотографии Инфицированных.

– Это так неловко. – Заговорил Гефест, когда они с Оливером остались стоять под тусклым светом потолочной лампы. – Словно смотрю, как кто-то приударяет за моей сестрой.

– Они что, заигрывают друг с другом? – шепотом уточнил он.

– О, ещё как. – Ответила Майк, улыбаясь вместе с Гефестом. – Впервые вижу Оруэлла младшего таким. Ему очень повезло, что вы приехали.

Прошло ещё какое-то время прежде, чем Лин наконец показалась из кабинета Генри. Оливер долго собирался с духом, намереваясь прояснить с ней своё будущее, но она сама подняла тему, от которой у него сводило живот:

– Я посоветовалась с Генри, и он сказал, что будет лучше перенести съёмки на обратную дорогу, чтобы мы успели освоиться в непривычной обстановке и предстать перед публикой бесстрашными профессионалами. Всё-таки, после Вайнкулы даже самое тихое место Ньюэры будет казаться диким. – Томно вздохнув, Лин отвела взгляд и с хитрой улыбкой добавила. – А он и правда разбирается в своём деле.

– Прошу, прекрати, смотреть на тебя тошно. – Встрял Гефест, наигранно морщась из-за её слов. Лин пихнула его в бок, и от того он лишь сильнее скривился. – Знаю, ты не забудешь, зачем мы здесь, но я ещё не готов становиться дядей.

– Оли вот смог, а с тобой что не так?

Они ещё долго подшучивали друг над другом, а Оливер впервые задумался над тем, что в самом деле обзавёлся племянницей. Настоящей, ещё живой Дианой Олхард, которая не знала ни о чуме, ни о Безумных, а родилась на планете, чьи внешние границы стали свободны. И её взгляд очень уж напоминал о Софи.

Вдруг Оливеру захотелось, чтобы в будущем она смогла на него положиться. Кто «она», он и сам не знал.