Читать книгу Диванный психолог. Ваше мнение никому не интересно. Инструкция по бережному общению. - - Страница 4

«Я же просто хочу помочь!» – эту фразу произносят с глазами, полными невинности и обиды. Её бросают как последний аргумент, когда все твои советы отшвырнули, твою мудрость проигнорировали, а твоё вторжение вежливо, или не очень, пресекли. Ты кричишь её в пространство, требуя признания своих благородных побуждений. Пора снять с неё позолоту лицемерия и рассмотреть голый, уродливый механизм, который она скрывает. Это не крик души альтруиста. Это боевой клич эгоиста, который не получил желаемого.

Давай разберём по косточкам эту святую мантру. Первое слово – «Я». Именно с него всё начинается и на нём всё заканчивается. Центр вселенной – твоя персона. Не состояние друга, не его проблема, не его потребности. Твоё желание. Твоё намерение. Твоё видение правильного исхода. Ты ставишь своё «хочу» во главу угла, абсолютно игнорируя ключевой вопрос: а хочет ли он твоей помощи? Его желание тебя не интересует. Ты уже решил, что ему это нужно. Ты знаешь лучше. Поэтому фраза с самого начала эгоцентрична. Она про тебя, а не про него.

Теперь смотри на вторую часть – «просто хочу помочь». Вот это «просто» – шедевр психологической манипуляции. Оно призвано обесценить любое сопротивление. Как можно отказать тому, кто предлагает что-то «простое»? Как можно заподозрить в злом умысле того, кто всё делает «просто»? Это слово – камуфляж. Оно скрывает сложный клубок твоих настоящих мотивов: жажду контроля, потребность в самоутверждении, страх перед беспомощностью, желание быть в центре событий. Ничего «простого» здесь нет. За этим «просто» стоит громоздкая конструкция твоего самообмана.

А теперь самое главное – что скрывается за словом «помочь» в твоём исполнении? Помощь – это действие, которое полезно и удобно для того, кому помогают. Его полезность определяет получатель, а не дающий. Твоя же «помощь» почти всегда – это навязывание своего сценария. Это грубое вмешательство в чужую жизнь под предлогом добра. Ты не спрашиваешь: «Чем я могу быть полезен?». Ты заявляешь: «Я сейчас тебе помогу!» – и начинаешь ломать, крушить и переделывать, не глядя на чертежи хозяина. Это не помощь. Это домашний теракт с благими намерениями. После такой «помощи» часто требуется ещё больше усилий, чтобы расчистить завалы и восстановить то, что было сломано твоим рвением.

Произнося эту фразу, ты снимаешь с себя всю ответственность за последствия. Ведь ты «просто хотел как лучше». Если твой совет приведёт к катастрофе – ты не виноват. Ты же добрый самаритянин. Ты создаёшь себе алиби в стиле «намерения были чисты». Но в реальном мире ценятся не намерения, а результаты. И результат твоей «помощи» – испорченные отношения, чувство вины у друга (ведь он «оттолкнул твоё добро»), и полный бардак в его душевных процессах. Ты остаёшься чистеньким, с чувством выполненного долга, а разбираться с последствиями придётся ему. Удобная позиция, не правда ли?

Эта фраза – идеальное орудие для шантажа. Когда её произносят с дрожью в голосе и влажными глазами, она ставит друга перед чудовищным выбором: либо принять твоё насильственное добро и похоронить свои границы, либо отвергнуть его и почувствовать себя последним негодяем, который плюнул в душу светлому человеку. Ты загоняешь его в угол. Ты манипулируешь его чувствами, прикрываясь благородством. Ты превращаешь простой человеческий отказ в моральное преступление. Это грязный приём. И он работает только потому, что общество поклоняется намерениям, а не трезвому анализу действий.

Задумайся, почему тебе так важно именно «помогать», а не, например, «быть рядом» или «поддерживать». Потому что помощь – это активное, заметное действие. Оно оставляет след. Оно даёт тебе право на благодарность, на уважение, на место в истории спасения. Молчаливая поддержка, простое присутствие – это невидимо. Это не геройство. Это не питает твое эго. Твоё «желание помочь» – это, в первую очередь, желание получить подтверждение своей значимости. Ты используешь трудности друга как сцену для своего выступления. Его драма становится твоим шоу «Добрый гений».

Как отличить настоящее желание помочь от эгоистичного? Очень просто. Настоящая помощь молчалива. Она не требует признания. Она спрашивает разрешения. Она готова отступить при первом намёке на нежелание. Она не обижается на отказ, понимая, что у человека может быть тысяча причин, невидимых со стороны. Она не кричит о своих намерениях. Она просто делает то, что просят, или тихо находится рядом, когда не просят ничего. В ней нет театральности. Нет позы. Нет этой душераздирающей, дешёвой интонации жертвенного агнца.

Поэтому в следующий раз, прежде чем выпалить своё «я же просто хочу помочь!», остановись. Замри. И честно спроси себя: а кому я на самом деле хочу помочь? Ему? Или себе? Хочу ли я облегчить его состояние или хочу облегчить свою собственную тревогу, увидев его страдание? Хочу ли я, чтобы он решил свою проблему так, как считает нужным, или хочу, чтобы он решил её так, как вижу я, подтвердив мою правоту? Ответ, скорее всего, тебя неприятно удивит. Выдохни. Отступи. И вместо своего спасительного монолога попробуй сказать что-то человеческое. Например: «Мне жаль, что тебе так тяжело. Я здесь». И закрой рот. Это и будет та самая, негромкая, нетеатральная помощь. Та, которая не требует лозунгов. Та, в которой нет места для твоего «Я».