Читать книгу Прикосновение тьмы - - Страница 9

Ордес коротко обрисовывал Риду расположение основных частей тренировочного поля, показал оружейную.

– … уже завтра симошехскими воинами предстоит тренироваться наравне с воинами Сагдара. Нужно разделить их на группы, определив для каждой свое время.

В процессе разговора Ордес приглядывался к Командующему. На запах Ордес ориентироваться не мог – нюх до сих пор не восстановился – расплата за опрометчивую глупость, о которой он уже много раз успел пожалеть. Рид же больше не позволял себе всплеска эмоций, чем изрядно раздражал Ордеса. Даже кровоточащая рана его будто бы не беспокоила, кровь спекшимся пятном застыла на его плече.

– У тебя необычная техника владением копьем. У нас оно считается одним из самых… скучных орудий. В твоих же руках оно сумело меня удивить.

Умелая, уместно употребленная, лесть была одним из самых любимых оружий Ордеса в арсенале ведения бесед. Человек практически всегда реагирует на лесть, и по реакции можно узнать многое.

– Я обязан этому своему наставнику. Он пришел в Симошех из дальних южных племен. Мое умение – лишь результат его мудрости и моих усердных тренировок. Никакого волшебства, – на последних двух словах Рид сделал особое ударение.

Ордес сделал вид, что пропустил выпад Командующего мимо ушей. Но кое-что подметил: а не тот ли темнокожий старик является наставником Рида? Тот старик имел влияние на Командующего, это ясно, как день. Тогда бы это многое объясняло.

Дальше Ордес решил не расспрашивать Рида, чтобы не выдавать своего интереса к данному вопросу.

– Мы как раз пришли, – проговорил Ордес, проводя Рида через куполообразное помещение с фонтаном посередине. – Это Сад удовольствий. Когда-то его создали специально для свободных воинов Сагдара. Теперь – это и ваше место, вы – в числе воинов этого города. Каждый может прийти и получить свою долю внимания от самых опытных, искусных наложниц дворца. Большинство из них, кстати, были подарены Дрогаром.

Рид внимательно осмотрелся. Будто почувствовав важного гостя, к ним вышла смотрительница Сада, Эсэт. В отличие от большинства женщин, ее Ордес всегда был рад видеть.

– Эсэт. Я привел к тебе Командующего из Симошеха, – поприветствовал ее Ордес, а затем уже обратился к Риду: – Эсэт – закон и царица этих мест. Она неприкосновенна. Она устанавливает правила, которым подчиняются как наложницы, так и воины. Она – хранительница порядка в этом месте.

Эсэт молча кивнула, пристально разглядывая нового гостя. Ордес и Рид прошли мимо нее и зашли внутрь. Ордес провел Рида сразу в место отдыха наложниц. Воинам туда заходить нельзя, но правитель и его важный гость имели такую привилегию.

Девушки встрепенулись. Ленивая обстановка сменилась взглядами любопытства и заинтересованности. Девушки приподнялись, давая рассмотреть себя. Прозрачные ткани привлекали еще больше внимания к обнаженным телам.

– Сколько здесь девушек?

– Здесь не все. Всего их около сотни.

Рид вскинул бровь.

– Почему пленниц, что дарит Дрогар, просто не выдать замуж? А не делать шлюхами?

Ордес снисходительно улыбнулся.

– Так было заведено с самых старых времен. Не каждый воин хочет иметь жену. И воинам нельзя пользоваться услугами местных шлюх – они могут принести болезни. Поэтому и был создан Сад удовольствий. Чтобы не беспокоить мирных жителей горячей кровью закаленных в боях мужчин. Ни одна другая женщина или горожанин не придет в Сад удовольствий, это место исключительно для воинов.

– И каждый симошехский воин может прийти сюда?

– Да, каждый. И даже иметь свою личную наложницу, если предложит достаточное вознаграждение ей и Эсэт. И они уже решат, достойно ли внимания его предложение.

– Я передам, – сухо, без ожидаемого энтузиазма, отозвался Рид.

– А сам? Не желаешь остаться и выбрать для себя особенную женщину? Это будет подарком Сагдара. В знак уважения: мы ценим то, что вы пришли на наши земли, – как можно гостеприимнее предложил Ордес, стараясь не выдать того, как пристально наблюдает за реакцией Командующего.

Рид спокойно встретил изучающий, подернутый доброжелательным весельем взгляд Ордеса.

– Я благодарю тебя за твое щедрое предложение, но я сам найду для себя особенную женщину.

Ордес чувствовал, как им завладевает злость и раздражение. Рид все меньше и меньше нравился ему – Ордес пока не мог нащупать, как им управлять. Отвернулся, чтобы не выдать своей досады. Но воины симошеха явно уважают его. И своим оружием он владеет мастерски. Ордесу пригодился бы такой воин.

Чтож, теперь Ордес знал, что Рида не будоражили полуобнаженные девушки, как бывало с большинством мужчин, в первый раз попавших сюда.

– Ты хорошо знаком с устройством Садов и его правилами. Частый гость этих мест? – как бы невзначай спросил Рид.

– Сейчас это уже не важно. Я верен одной единственной женщине – принцессе Симошеха, – произнес Ордес мысли, которые Рид наверняка хотел услышать. Но это было не более, чем пустые слова, которые он произносил с расчетом вызвать симпатию у Командующего. Хотя когда-то Ордес во все это верил. Мечтал об этом. Вот дурак.

– Мне нужно возвращаться. – Рид сухо кивнул Ордесу, даже не взглянув в сторону окружавших его девушек, и направился в сторону выхода, откуда они пришли.

Ордес вышел за Ридом, но увидев у выхода из Сада удовольствий Эсэт, чуть помедлил.

– Что думаешь, тетушка? – спросил Ордес, задумчиво глядя в сторону выхода, где только что скрылся Рид.

– Думаю, тебе следует быть осторожнее. У воина, что ты привел, есть цель. Я это чувствую.

– У меня тоже есть цель.

– Его – праведнее, – с нажимом произнесла Эсэт.

Тут Ордес удивленно посмотрел на свою тетю. Ей ли говорить о праведности? Сестра его матери, когда-то приведенная сюда рабыней. Его матери тогда повезло больше – отец, советник правителя Эфраха, увидел ее, напуганную и невинную, и не успокоился, пока не сделал своей женой. Вопреки всем правилам и законам. Эсэт же стала наложницей, но столь умелой, умной и расчетливой, что сам правитель Эфрах назначил ее Смотрительницей Сада, и она вытащила это место из хаоса и вакханалий, что здесь творились, и превратила его в мето красоты и удовольствий.

– Что может быть праведнее мести? – насмешливо вскинув брови, отозвался Ордес.

– Месть – это смерть. Что может быть праведнее смерти? Только жизнь, Ордес, – не поддаваясь влиянию его веселья и насмешливого тона, наставительно ответила Эсэт.

– Ты знаешь, тетушка, что язык смерти я уважаю больше чем язык жизни. И тьма привлекает меня больше чем свет. Я грежу тем моментом, когда смогу отправиться за Грань. Там меня ждут.

– Ордес, никто тебя там не ждет. Саана давно покинула тебя, племянник…

– Не надо, – лишь сухо бросил Ордес и резко отвернувшись от тети, вышел из Сада удовольствий.

У фонтана он остановился. Откинул голову, словно устав держать тяжесть мыслей, что бились внутри нее. Выпрямился, провел рукой по седым, собранным в тугие плетения, волосам, распущенных у затылка.

Женский смех раздался за узорчатой каменной решеткой во внутреннем саду, что примыкал к Саду удовольствий. Ордес сам до конца не понял, что привлекло его внимание, но влекомый этим звуком, приблизился к решетке парадизы, аккуратно вышел, оставаясь в тени стен. Вдали стояли две девушки, что-то увлеченно обсуждая. Одна из них, что стояла к нему лицом, была в обычных для Сада удовольствий легких одеждах. Кажется это была одна из его наложниц. Точно Орес сказать не мог – их лиц он не знал. Самое главное для него было – их запах, смешанный с запахом его ласк. Для него было важно, чтобы кроме него к его наложницам никто не прикасался – для Ордеса наложницы, которых имели многие, смердели чужой похотью, словно впитывали в себя чужой запах, и для Ордеса брать такую было равносильно купанию в помоях. Нужно бы одарить всех троих и отпустить. Вопросы Рида дали понять, что за Ордесом и его отношением к принцессе симошехские воины будут наблюдать пристально.

В это время вторая девушка, что стояла к нему спиной, протянула руку и провела по кафу, что был вдет в ухо наложницы. Цепочки разной длины от него тянулись к крыльям носа, какие-то цепочки свободно ниспадали на плечо.

– Какое необычное украшение. А почему только на одном ухе, Эмерена? – в голосе второй девушки слышалось удивление.

– Второе я оставила для чувственных ласк, – поддразнивая взглядом, игриво проговорила девушка, подаваясь вперед.

Ордес привычно глубоко втянул воздух, но все, чего он добился – еще ярче стал запахи вина и эрисов, что итак проследовали его целый день. Да чтоб его… Запахи напоминали о его брачной ночи. Он недовольно поморщился. Запаха второй девушки он, естественно, не почувствовал.

И он никак не мог рассмотреть ее. Мало того, что она стояла спиной, ее уродливое темное платье коверкало ее силуэт, мешая рассмотреть подробности. Но даже через плотную ткань одежд угадывались изящные движения и стройная фигура. Может Дрогар вместе с воинами опять привел новых наложниц? Эта была на удивление высокой и складной. Обычно наложницы, что приводил Дрогар, были с кочевнических племен, что он захватывал, и намного ниже ростом.

– Мой покровитель обучал меня играм, – с легким вызовом во взгляде продолжала Эмерена, – Ему нравится подобное, – уже шепотом произнесла она, пристально глядя на девушку.

Ордесу почему-то не понравился ни тон наложницы, ни то, что она говорила. Внутри засвербело необъяснимое чувство чего-то неправильного в том, что он видел: эта девушка в несуразном платье не должна тут быть, не должна слушать того, что говорит похотливый язык наложницы. Он чувствовал, как ему хочется оградить эту незнакомку. Защитить ее…

Ордес помотал головой, отгоняя непонятные мысли и чувства. Нахмурился. Что за глупости? Может ему просто хочется самому обучить эту новенькую, как он лично сам обучал своих наложниц?

Распустить ее волосы, что стянуты у затылка и собраны в плетение. Какого, интересно, они цвета? Понять невозможно, словно вымазанные в грязи. Кажется, светлые. Необычные. Вымыть ее, распустить волосы, намотать на руку, чтобы ощутить их мягкость. Потянуть, заставляя откинуть голову и обнажить шею.

Взгляд Эмерены остановился на Ордесе и она удивленно приподняла брови. Девушка, что стояла напротив, проследовала за ее взглядом и обернулась, после чего испуганно попятилась назад, глядя на Ордеса расширенными от ужаса глазами.

Ордес же поперхнулся, ошарашенный тем, что это была… его новоиспеченная жена.

– Какого демона… – только и смог произнести он.

Наложница предусмотрительно исчезла, возможно, испугавшись наказания за вызывающее поведение и слова, сказанные жене правителя Сагдара, и оставила Ордеса и принцессу Симошеха наедине.

А Ордес был зол. Очень зол.

– Что ты здесь делаешь? – процедил он, приблизившись к принцессе.

– Я заблудилась… А тут журчала вода… И павлины… – невнятно проговорила девушка. Она действительно была высокой, лишь на голову уступая ему в росте. Почему он не замечал этого раньше?

– Павлины?! – ее оправдания еще больше разъярили Ордеса. Или его разозлило то, что он только что представлял, как наматывает ее непонятного цвета волосы на кулак?

– Какого демона ты разгуливаешь по дворцу без сопровождения?!

– Я ничего плохого не сделала, я просто гуляла по женской половине. И пришла на звук воды.

– Если нравится звук воды, гуляй по Главной парадизе. А сюда больше не суйся. Это место… для воинов.

– Но здесь другие женщины, – принцесса сделала широкий жест рукой, охватывая им пространство парадизы Сада удовольствий.

– Это наложницы. Ты знаешь, что такое наложницы?

Принцесса вдруг резко обернулась к Ордесу, глаза ее сверкнули, как пара начищенных кинжалов. Но затем быстро опустила их в пол и степенно проговорила:

– Знаю.

Что это было? В ее взгляде. Или Ордесу показалось? Он пытался разглядеть то, что ему привиделось, но безрезультатно.

– В Симошехе отец никогда не запрещал женщинам общаться. Даже если это наложницы, – голос принцессы стал сухим и безэмоциональным.

От склоненной головы принцессы Ордес поморщился.

– Здесь не Симошех. Быстрее привыкай к местным порядкам.

Глупая. Невзрачная. Покорная. Никакая. Ордес резко отвернулся и направился прочь от принцессы.

Да что б ее! Его новоиспеченная жена, блуждающая по Саду удовольствий и как ни в чем не бывало знакомящаяся с его наложницами. Хранители Грани явно хохочут сейчас в полный голос, наблюдая за ним. Ордес устало выдохнул. За ней определенно нужен присмотр, иначе она навлечет на его голову большие неприятности.