Читать книгу Анна Александер: хозяин пустоты - - Страница 9

Руварсу было приятно видеть, что его поступки вызывают улыбки, что его существование в мире Анны не приносит никому вреда. Сейчас он больше помогал, чем отнимал, и это его устраивало. Борьба между добром и злом всё больше склонялась в сторону светлого и честного, а не тёмного и расчётливого. Руварс становился человеком, и это меняло его внутренний мир.

– Сегодня мы должны быть в моём мире, но вам будет сложно туда попасть. Я оставлю вас с моими братьями и Азазелью здесь, но обязательно вернусь за вами, обещаю! – и резко замолчал.

Он хотел было рассказать о своих планах, связанных с Анной, но сказал совсем другое:

– Скоро начнётся наше путешествие. Готовьтесь, ведь кому-то придётся остаться в мире моей семьи. И если у кого-то ещё остались сомнения, сейчас самое время об этом сказать!

Все четверо переглянулись. Их взгляды были устремлены вперёд, они не оборачивались назад. Зумо был рад, что его существование не прекратилось с исчезновением Ликки, что он остался полезен Руварсу в его путешествии к Анне. Бесстрашные друзья Зумо были тоже довольны, ведь такой шанс выпадает нечасто.

Внезапно Руварс исчез. Следом за ним испарился Джо. Доблестная четвёрка стояла рядом с Бабкаром Сенеем и Азазелью, озираясь по сторонам, чувствуя приближение чего-то могущественного.

Не прошло и нескольких минут, как из невысокого холма послышался львиный рык и медвежье рычание. Всё это сопровождалось извержением ярко-оранжевого пламени, которое нёс змеевидный дракон с длинными усами.

– Только его здесь не хватало! – воскликнула Азазель.

Четвёрка выстроилась в ряд, готовая принять удар, но, увидев огромный рост чудовища, попятилась назад. И дело было не в испуге, а в том, что Зумо прочитал мысли своего нового хозяина – это существо было его «домашним животным».

– Это тот самый Трийтер? – тут же спросил Зумо.

Азазель внимательно всмотрелась в глаза командира, надеясь получить ответ.

– Откуда тебе известно его имя? – спросила она, немного изменив выражение лица.

Все ждали ответа от Зумо, но он решил промолчать, ведь не все слова должны быть произнесены вслух.

– Не гневайтесь, госпожа, но я и сам не знал! – слукавил Зумо.

Иногда Зумо ощущал мысли Руварса так ясно, словно они звучали у него в голове, чувствовал его терзания и тревогу за ускользающую девушку, мучительную тоску по свободе от семейных уз, по долгожданному прикосновению к земле. Руварс обрушивал на него целый шквал эмоций, вплоть до испепеляющей ярости, но истинную глубину его чувств к Анне демон скрывал под печатью великой тайны. Он боялся спугнуть хрупкое, почти нереальное счастье, которое трепетало в его руках, словно бабочка.

Навязчивые мысли о девушке не давали сосредоточиться на плане её освобождения. Руварс не мог заставить себя двигаться дальше, разрушить ту стену, которую так долго возводил вокруг своих чувств. Ему хотелось действовать немедленно, но страх совершить роковую ошибку, которая навсегда отдалила бы Анну, сковывал его. После долгих терзаний Руварс принял решение – идти вперёд, не дожидаясь ошибок со стороны врагов, которых у него было не счесть.

Опыт, полученный на посту хозяина одного из кругов преисподней, давал ему хоть и небольшую, но поддержку. Демон не мог отделаться от мысли, что Анна может возродиться как Аграт, вторая богиня смерти после её матери, и это терзало всю его сущность.

– Что, если Анна станет холодной и отчуждённой ко мне и ко всему живому? – вслух произнёс он свой самый страшный вопрос, и ярость вспыхнула в нём с неистовой силой.

Он представил её, восседающую на троне, наблюдающую за бесконечным потоком душ, которым осталось существовать лишь несколько часов, и от этого видения его бросило в дрожь.

На местности, где находился Зумо и его друзья, а также Азазель, Бабкар Сеней и Трийтер (братья также исчезли), повисла тишина, глухая и всеобъемлющая, сравнимая лишь с безмолвием поднебесья, где самым громким звуком считается песнь ангелов. Вдалеке послышались торопливые разговоры невесть откуда взявшихся Ликки, которые, словно в спешке, забыли свои лохмотья, а затем, схватив свое отрепье, снова растворились в воздухе…

Ощущение незримой опасности повисло в воздухе. Каждый присутствующий чувствовал чье-то незримое присутствие, что-то чуждое и враждебное. Ни Трийтер, ни вражеские полчища в своем самом ужасном обличье не могли сравниться с этой угрозой, нависшей над бесстрашными воинами. Прошлое отступило, уступив место тревожному предчувствию. Их интуиция подсказывала им, что это ощущение появилось не случайно.

В какой-то момент каждый из них обратился внутрь себя, и почувствовал свою уязвимость, силу своих страхов – самых опасных оков для живых существ, стремящихся к цели. Каждый носит в себе страх перед чем-то или кем-то неизвестным, но не каждый готов был признать в себе это.

То же произошло и с нашими героями, рвущимися вперёд, но оглядывающимися назад, не в поисках физической угрозы, а в попытке разглядеть в зеркале души тот скрытый страх, ту нереализованную боязнь самого себя, своих желаний и стремлений.

– Мне суждено вернуться к праотцам! – неожиданно произнёс Руварс, снова возникший из ниоткуда.

Вокруг поднялся вихрь из падающих душ, закружившихся в бешеном водовороте, словно приветствуя его уход в мир предков.

– Мои предки поставили условие, выполнив которое, они помогут освободить Анну из плена. Что же до меня, то если мне суждено вернуться, я вернусь! Поэтому, Азазель, будь рядом с Анной, когда она вернётся, ей понадобится помощь! – демон смотрел ей прямо в глаза.

Азазель видела, как серьёзно Руварс относится к своим словам и поступкам, как он честен с собой и с другими. Девушка повидала немало перемен, но такого преображения в демоне она не видела никогда.

В мгновение ока явились братья Руварса, словно по приглашению на неизвестное никому торжество. Они стояли неподвижно, словно исполины, изучающие присутствующих.

Тут же Руварс поклонился Азазель и, окинув взглядом окружающих, приготовился взмахнуть крыльями, но вдруг почувствовал дуновение лёгкого ветра. Он уловил знакомый аромат, запах той, что жила в его сердце день и ночь. Он вдохнул его полной грудью, не в силах надышаться.

– Анна!.. – прошептал он и взмахнул крыльями, собираясь лететь на зов этого запаха, но вдруг почувствовал прикосновение к своему плечу.

– Остановись, не спеши. Спешка – плохой советчик, – услышал он тихий голос.

Руварс медленно обернулся и увидел рядом с собой призрачный силуэт. Он развернулся к нему лицом и протянул руку.

– Неужели прошлый опыт не научил тебя, что я опасна для тебя? – тихо произнесла девушка и слегка улыбнулась.

– Позволь мне прикоснуться к тебе, – проговорил он.

– Ты можешь пораниться! Я не хочу причинять тебе боль! – сказала девушка, отступая назад.

– Я не боюсь боли, ни физической, ни какой-либо другой! – твердо ответил демон.

Анна приняла всю силу в себя, не открывая её другим. Она увидела Марка, погруженного в свои мысли, Азазель, печально смотрящую в пустоту и не замечающую её, и остальных присутствующих, также ничего не видевших.

– Кроме тебя, меня никто не видит, даже Бабкар Сеней и твои братья! Меня видишь только ты!.. – удивлённо спросила Анна.

– Всё верно, тебя вижу только я! – с улыбкой подтвердил демон.

Всё вокруг затихло настолько, что звёзды в сумеречном небе зазвенели, словно миллиарды хрустальных колокольчиков. Демон понимал, что вокруг него царит хаос, невообразимый и печальный.

– Но ведь твои братья так же сильны, как и ты… Почему они меня не видят?! – недоумевая, спросила девушка.

– Они сильны не так, как мы с тобой. У нас особое предназначение и особая связь. Мы чувствуем друг друга, и это не обходит нас стороной… Мы должны идти вместе по жизни, и для этого я возвращаюсь к истокам, чтобы вернуть тебя! – ответил Руварс.

– Нет. Назад дороги нет! Ты не должен этого делать, и не сделаешь! – резко ответила девушка.

Руварс вздрогнул от её слов, словно он должен был вкусить запретный плод. Демон был уверен в том, что поступает правильно, но Анна разбудила в нём прежние чувства, а именно сомнения и неуверенность.

– Но, Анна, я должен тебя вызволить из… – не успел договорить Руварс.

– Ты мне ничего не должен, но послушай моего совета – не возвращайся туда. Оттуда нет возврата, – голос девушки звучал грустно и властно.

– Но другого выхода нет, Анна! Корень Солнца иначе не достать, – с печалью отозвался Руварс.

– Выход есть всегда, и ты его скоро найдёшь! – улыбнулась она в ответ.

В этот миг Трийтер, словно верный пёс, ринулся к своему хозяину. Чудовище склонило свои три головы и, казалось, радуясь встрече, прильнуло к руке Руварса.

– Трийтер, дружище! Как я рад тебя видеть! – ответил демон.

Трийтер взглянул в сторону Анны, на бледное сияние, на энергию, что она излучала, и фыркнул.

– Ты её тоже видишь? – спросил демон.

Трийтер мотнул головами в знак согласия, затопал своими многочисленными ногами и снова повернулся к Руварсу.

– Спасибо тебе, дружище, что защищал её для нас! Ты меня никогда не подводил! – вновь с теплотой в голосе отозвался Руварс.

Трийтер вновь замотал головами, словно в бесконечном колесе. Ему была приятна похвала хозяина, и он лёг у его ног, изливая на Руварса поток безграничной любви, преданности и энергии.

Демон чувствовал, что рядом с ним существо, созданное по его подобию, ведь он и сам был таков.

Анна, медленно левитируя, подплыла к Тритеру и нежно погладила его по головам, выражая свою бесконечную благодарность. Она знала, что однажды Трийтер станет чем-то большим, чем просто трехголовым существом, и от этих мыслей невольно улыбнулась.

Зверь издал звук, скорее похожий на мурлыканье, чем на грозный рык, и словно впал в кратковременное блаженство.

В этот момент Азазель, очнувшись, также увидела Анну и тут же бросилась в их сторону.

– Анна! – крикнула она во весь голос.

Трийтер и Руварс обернулись. Зверь принял грозный вид, но Азазель не испугалась, зная, что ей всегда придут на помощь.

– Трийтер, не пугай её! Она наш друг, она не причинит нам вреда. Будь с ней так же добр, как и со мной! – ответила Анна своему верному другу.

Монстр поклонился в знак согласия и отошёл назад. Азазель смогла подойти ближе и, словно заворожённая происходящим, не поняла, куда пропала Анна.

– Где же она?! – спросила она у демона и его лютого существа.

– Ты не увидишь её, пока она сама не захочет! Думаю, тебе стоит немного подождать, – ответил Руварс.

– Ждать? Снова ждать?! – сквозь слёзы проговорила Азазель.

– Именно. Терпение – величайшая из человеческих добродетелей! – ответил ей спокойно демон.

Трийтер направился к Азазель. Руварс и Анна молча наблюдали. Существо признало в девушке друга и, понимая её горе, решило подбодрить. Монстр склонил к её ногам свои головы, и дракон в форме змеи замурлыкал мелодию, похожую на человеческое пение, и начал успокаивать.

В этот момент силуэт Анны на мгновение проявился, и Азазель увидела свою подругу.

– Анна! Какая ты красивая! – выдохнула она.

Руварс изумился, увидев происходящее. Анна улыбнулась и, посмотрев вдаль, где стояли братья, Зумо с друзьями и Марк в обличье Бабкара Сенея, вздохнула.

– Моё время пришло! Я должна окончательно уйти! – спокойно произнесла девушка.

Трийтер завыл, как зверь, вырвавшийся на свободу, а Руварс погрузился в глубокое молчание.

– Так скоро? Почему именно сейчас? – грустно спросил демон.

– Скоро ты всё узнаешь, но только если послушаешься меня! – ответила Анна и исчезла.

Руварс словно впал в беспокойство. Он оглядывался, звал Анну, но всё было зря. Девушка исчезла в песках времени, вновь превратившись в пыль, а демон, словно безумный, бродил в её поисках и в поисках ответа на вопросы, связанные с Корнем Солнца.

– Нужно создать совет из тех старейшин, которые ещё помнят былое. Прошу тебя, Нестор, займись этим! – попросил Руварс брата.

Нестор удивился его просьбе. Он кивнул в знак согласия и вознёсся на своём нимбе вниз.

Он не понимал, зачем Руварсу созывать совет, который не имел представления и возможности добыть или предоставить ему Корень Солнца. Ведь семья знала, у кого его нужно искать и просить, однако в помощи брату Нестор не мог отказать.

Тем временем Зумо и его друзья направились к Руварсу и сообщили, что началось вековое сражение с предками, настроенными против него. Они рассказали, что все братство старейшин, а не только некоторые из них, узнало о передаче силы Анне и строит планы, чтобы уничтожить своего потомка.

Услышав это, Руварс словно погрузился в прошлое, убеждая себя, что нужно было договариваться иначе или свергнуть всех своих предков до единого.

– Вы славно поработали, друзья! Теперь наша очередь делать шаги к мирному или враждебному разрешению вопроса с моим родом! – вдруг ответил им Руварс.

Зумо оживился. Он долго ждал возмездия для тех, кто мучает и предаёт своих, не допуская Руварса к освобождению Анны. Предки боялись её возвращения… Они знали, что она обратит их остатки в ангелов!

В местности, где происходили эти события, снова начали происходить странные изменения. Огненный и черный дождь снова окрасил пейзажи вокруг них. Земля задрожала, не предвещая ничего доброго, а высь, словно холст безумного художника, заполнилось багровыми разводами. Воздух, некогда чистый и свежий, теперь был пропитан запахом серы и тлеющих углей, вызывая тошноту и головокружение.

– Руварс, так больше не может продолжаться! Нельзя истреблять своих родных ради девушки, которую ты толком не знаешь! – вдруг услышали все присутствующие грозный голос.

Руварс оглянулся. Оглянулись все, кроме Азазель и Бабкара Сенея.

Медленно, один за другим, братья опустились на одно колено. Они не ожидали увидеть своего отца. Самаель, не медля, обрушился с упрёками на каждого из своих сыновей.

– Отец, зачем ты здесь?! – лишь произнёс младший из братьев.

– Я пытаюсь открыть тебе глаза! Неужели ты не понимаешь, что одна – единственная душа не стоит страданий всего нашего рода? Она для нас – никто! – отрезал Самаель, его голос звучал как удар грома.

– Пусть так, для вас – никто, но для меня она – всё! – Руварс не дал отцу договорить.

– Как ты смеешь перечить мне? – прорычал Самаель, в его глазах сверкнула ярость.

– Я не перечу, отец, – спокойно ответил Руварс, стараясь сдержать гнев, – я лишь хочу…

– Молчи! Не нужны мне твои лживые оправдания! Ты обманываешь себя и пытаешься обмануть нас! – Самаель оборвал сына, не давая ему высказаться.

– Я не закончил! Я лишь хотел подчеркнуть, что Анна для меня – целый мир! – подытожил младший из братьев и отвернулся.