Читать книгу Приключения Василия Петухова Том IV - - Страница 7

Подготовка к прыжку напоминала сборы нелепой полярной экспедиции. Агент, укутанный в дублёнку Алексея, колдовал над сканером, создавая «обратный хроно-вектор».

«Принцип – обратная наводка, – бубнил он, прикрепляя щупы прибора к клочку шерсти с бока Хыча. – У каждого объекта в потоке времени есть уникальная сигнатура – след его присутствия в континууме. Мы считываем её с мамонтёнка и задаём порталу точные координаты – не просто «давно», а конкретное «когда и где». Это как вернуть потерянную вещь по вшитому в подкладку чипу».

«Гениальная реверсивная синхронизация, – восхитился Котька. – Считываем метку дислокации и запускаем компенсационный протокол».

«Если так легче, то да», – буркнул Агент.

Тяжелее всего было прощание. Алексей не проронил ни слова. Он прильнул лбом к мохнатому лбу Хыча и застыл так на долгие секунды. Поднявшись, он выглядел твёрдым, как вечная мерзлота. «Вперёд. Его семья ждёт».

Портал открылся не от воды, а от импульса сканера. В воздухе зависло дрожащее, словно от жара, «окно», а за ним – белая, бескрайняя равнина под низким, тяжёлым небом. Пахло льдом и пустотой.

«Не отпускайте друг друга, – скомандовал Агент. – Фаза перехода может быть резкой».

Резким был не переход, а удар холода. Он обрушился, как физическая стена, выжимая слёзы и мгновенно замораживая их на щеках. Они стояли посреди белого ничто. Только снег, завывающий ветер и на краю мира – сизая, циклопическая громада ледника.

«Берингия, – пробормотал Агент, сверяясь с прибором. – Точка попадания в норме. Стадо в пяти километрах. Двигайтесь, если не хотите стать памятниками самим себе».

Хыч ожил моментально. Втянув воздух хоботом, он издал радостный звук и уверенно пошёл вперёд, проваливаясь в снег, но не сбавляя шага. Алексей шёл рядом, его силуэт сливался с силуэтом зверя.

Путь был пыткой. Два часа борьбы с метелью и сугробами. Но когда они выбрались на небольшой увал, открывшаяся картина остановила дыхание.

У подножия ледника, на фоне синего льда, двигалась жизнь. Десятки исполинов, покрытых длинной шерстью, похожие на ожившие, покрытые инеем холмы. Раздавался низкий гул, хруст снега, трубные переклики. Это был мир, настоящий, неоглядный, из глубины времён.

Хыч замер, затем издал пронзительный, зовущий клич. Из группы гигантов ему ответили. Он в последний раз обернулся к Алексею. Человек кивнул. И мамонтёнок побежал вниз, к своему племени, растворяясь среди великанов.

«Точка возврата зафиксирована, – тихо сказал Агент, не отрываясь от экрана. – Парадокс снят. Теперь – вторая часть задачи. Шерсть. Смотрите по сторонам».

Оказалось, мамонты, линяя, оставляли целые залежи шерсти на камнях и корявых кустах. Они нашли место, где гигант явно чесал бок – на скале висели толстые, войлокообразные пласты бурого волокна.

«Никого стричь не придётся, – с облегчением сказал Вася, сгребая драгоценный материал в рюкзак. – Они сами щедры».

«Устойчивый сбор, – одобрил Котька. – Без ущерба для экосистемы плейстоцена».

Именно в момент, когда рюкзак был застёгнут, из-за поворота скалы вышел он. Саблезубый кот. Его бледная шерсть сливалась со снегом, выделялись лишь тёмные полосы и два изогнутых клыка, длинных, как кинжалы. Его жёлтые глаза изучали их без страха.

«Назад. Очень медленно, – прошипел Агент, рука потянулась к цилиндрику на поясе. – Не смотрите в глаза, но и не поворачивайтесь».

Алексей снова шагнул вперёд. Он не принял позы. Он просто встал, заполнив собой пространство между хищником и людьми. И издал звук. Рык шёл из самой глубины груди – низкий, вибрационный, полный абсолютной, дикой уверенности. Звук, не оставлявший сомнений: я здесь хозяин.

Смилодон наклонил голову, прижал уши. Он учуял не добычу, а равного. Мгновение колебаний – и он, фыркнув, развернулся и бесшумно исчез среди скал.

«Я… даже испугаться не успел», – выдохнул Вася.

«Здесь не его время бояться, – сказал Алексей, поворачиваясь. Лицо его было спокойно. – Наше время уходить».

Обратный портал они нашли в небольшой пещере, куда указал сканер. Прыжок домой был стремительным и тёплым. Их выплюнуло в знакомый санузел, в кучу тающего снега и объёмную, сладкую усталость.

«Миссия выполнена, – Агент отстегнул сканер и глубоко, с облегчением, вздохнул. В уголке его рта дрогнуло подобие улыбки. – Объект возвращён. Ресурс добыт. Парадокс номер один – ликвидирован».

Алексей молча сидел на краю ванны, сжимая в руке последний клочок мамонтовой шерсти.

Их покой нарушил стук и голос тёти Гали: «Петухов! Открывайте! Что за караван у меня в коридоре прошёл? И сугроб у двери? И где ваш водяной суслик?»

Вася открыл дверь, демонстрируя рюкзак, набитый шерстью. «Тёть Галь, это не сугроб, это… наглядное пособие по мерзлотоведению! Суслик, к сожалению, не перенёс полевых условий. А шерсть… это для дипломной работы Алексея! По древним технологиям утепления!»

Тётя Галя посмотрела на влажные полы, на странную компанию, на отсутствующее лицо Алексея и на невероятную кучу грязной шерсти.

«Дипломная… – протянула она, сужая глаза. – Понятно. Но чтобы завтра – ни снежинки, ни шерстинки! И диплом пусть Алексей защищает на «отлично». А то я заведу на вас отдельную папку «необъяснимые явления». И она будет толстой». Она ушла, качая головой и что-то энергично строча в свою вечную тетрадь.

Первая вылазка была окончена. Вечером они пили чай, а шерсть, разложенная для просушки на батареях, наполняла комнату тёплым, древним запахом степи и свободы. Завтра их ждали алхимики и пропавшая пивная чаша. Но сегодня они просто молчали, вспоминая ветер, ледник и маленькую мохнатую фигурку, нашедшую свой дом в белом мареве вечности.