Читать книгу Приключения Василия Петухова Том IV - - Страница 9

Операция по спасению истории вступила в финальную фазу. На столе лежало главное оружие – схема московского метро. «Абсурд как тактический приём, – говорил Агент. – Его стратегический ум увязнет в этом лабиринте. А кириллица станет непреодолимой стеной. Он будет искать логику там, где её нет – в «расписании движения поездов».

Внедрение прошло без сучка. Но лагерь 1815 года поразил их. Он гудел, как улей, и пах порохом, потом и… мамонтами. Исполины в боевых попонах были повсюду. Проходя мимо одного, Вася почувствовал лёгкое прикосновение хобота к плечу. Мамонт фыркнул, в его маленьком глазу мелькнуло что-то вроде смутного узнавания, и он отвернулся. Сердце Васи ёкнуло.

В палатке Наполеона царило напряжение. Император, с лицом, высеченным из усталого гранита, жадно впился взглядом в новую «карту». Вася, вспотев от старания, водил пальцем: «Вот… «Смоленская». Укрепрайон. Отсюда противник может контратаковать через… «Арбатский тоннель».

«Тоннель? – переспросил Наполеон. – Они роют подземные ходы?»

«Да, ваше величество! – поддержал Агент. – Новая тактика. Грязная и коварная. Но обратите внимание на разрыв между «Охотным рядом» и «Площадью Революции». Это ахиллесова пята!»

«Революции… – задумчиво повторил Бонапарт. – Знакомое слово. Значит, здесь и надо бить». Он был уже покорён сложностью головоломки.

Пока император чертил на полях схемы стрелы наступления, Агент собрал подлинные карты. Миссия была выполнена. Они откланялись и растворились в вечернем лагере.

Обратный путь стал проверкой на нервы. Дважды они прятались в тени повозок от патрулей. И когда до спасительной рощи оставалось несколько десятков шагов, их догнал офицер, командовавший мамонтами.

«Баварцы! Стойте! Кто этот «Ленин», чьё имя на главном редуте? И что значит «выход в город»?»

В его голосе звучало не просто любопытство, а тревога. Солдаты сомкнули круг.

И в этот момент из рощи, от самого эпицентра аномалии, донёсся звук. Протяжный, тоскующий, полный ледяного ветра и свободы – зов мамонта. Алексей, оставшийся на той стороне, не просто включил запись. Он «направил» её через истончившуюся ткань реальности, создав жутковатую, живую иллюзию.

Офицер побледнел. «Чёрт! Стадо срывается с привязи! За мной!» И вся группа ринулась прочь, в ночь, на звук призрака из другого времени.

Герои не ждали второго шанса. Они ворвались в рощу и прыгнули в пульсирующий овал портала, который уже начинал терять стабильность.

Возвращение было странным – пустота после долгого напряжения. Работа была сделана. Оставалось последнее.

Агент подошёл к фаянсовому жерлу, где аномалия тихо шипела, как невидимая змея. В его руке лежала карта «Мир» с нулевым балансом – идеальный символ тупика.

«Спасибо за странствия, – сказал он тихо и бросил карту в бездну. – Пора закрывать гештальт».

Портал среагировал яркой вспышкой, втянул в себя пластик и схлопнулся с чистым, высоким звуком, похожим на звон тонкого стекла. Дрожь в воздухе прекратилась. Санузел стал просто маленькой, тесной комнаткой.

«Конец, – констатировал Котька.

«Не конец, – возразил Алексей. Он наклонился и из-под занавески вытащил большой, изогнутый бивень. – Начало памяти».

Агент стоял у окна, глядя на робкий рассвет между панельными домами. «У нас небо – это голограмма. И дождь пахнет озоном от очистителей. Здесь… пахнет жизнью. Даже этой общагой». Он повернулся. «Я остаюсь. Если ваша цивилизация в лице тёти Гали готова принять дезертира из будущего на должность дворника».

Он протянул Васе серебристую пластинку. «Шпаргалка. На все вопросы. Твой золотой билет».

Вася взял её. Она была холодной и немой. «А как…»

«Никак, – честно сказал Агент. – Язык эпохи, которой ещё нет. Но оставь. Как напоминание, что самые ценные ответы иногда приходят в самой бесполезной форме». Вася вздохнул и сунул пластинку в учебник по сопромату – как закладку на самой сложной главе. Пусть лежит.

И, как высшая инстанция, в дверь постучала тётя Галя. Она вошла, и её взгляд, как сканер, прошелся по послевкусию авантюры: шерсть, карты, чаша, бивень, новый человек.

«Отчёт. Кто это? И что за клык доисторический?»

«Новый сотрудник хозяйственной части, тёть Галь! – отрапортовал Вася. – А клык… нашли при благоустройстве территории. Для музея».

Тётя Галя измерила Агента взглядом. «Без документов, но с желанием? Ладно. Завтра к семи утра к завхозу. А вы, – её палец описал круг, включая всех, – чтобы через час сияло. А этот трофей – в музей. Пусть от ваших эскападов хоть какая-то общественная польза будет».

Она ушла. В комнате воцарилась настоящая, нерушимая тишина. Приключение закончилось.

Агент сел, открыл банку тушёнки. Алексей положил ладонь на бивень. Котька начал аккуратно отсоединять провода от «пертурбатора». Вася смотрел на друзей и понимал, что спас вселенную. Ценой бессонных ночей, абсурдных вылазок и риска быть съеденным саблезубым тигром. Но спас. И что самое ценное – не шпаргалка и не бивень. А вот это: тишина после бури, и люди, с которыми её можно разделить.

А в одном из возможных будущих, где история пошла правильным путём, некий историк, изучая битву при Ватерлоо, на мгновение отвлёкся. Ему вдруг непонятно почему захотелось раздобыть схему московского метро. Просто посмотреть. На странные, красивые линии, которые почему-то казались ему смутно знакомыми. Как отголосок сна.

Конец