Читать книгу Сага о принце на белом коне. Книга 1 - Группа авторов - Страница 11

Становиться грязным кроссовком на чистую руку было не то чтобы страшно – неприятно. Виделось в этом что-то глубоко пренебрежительное и, может быть, оскорбительное. Но Торвальда это, кажется, совершенно не задевало. Затянувшуюся паузу он понял по-своему и успокоил:

– Давай, не бойся. Я удержу.

В этом Ива, собственно, и не сомневалась. Судя по тому, с какой легкостью Торвальд забросил ее в седло в первый раз, руки у него были железные.

– Нисколько не сомневаюсь, – она выдавила неловкую улыбку и постучала кроссовком о кроссовок в тщетной попытке хотя бы немного очистить подошву.

Барти закатил глаза. Торвальд, вытянув сцепленные руки, терпеливо ждал. Ива, решившись, наконец-то уперлась носком в ладони. Все повторилось так же, как в первый раз – короткий толчок, мгновенное, пугающее ощущение собственной невесомости, как будто она вдруг оказалась в зоне пониженной гравитации, – и вот уже Ива сидит в седле.

– Стопу в стремя, упор на пятку, – Торвальд быстрым движением поправил левую ногу Ивы, обошел кобылку и поправил правую. – Молодец. Так и держи.

Ива послушно кивнула, выбирая болтающиеся поводья. Лошадь под ней пришла в движение, закачалась, переступая на месте. Внутренней поверхностью бедра Ива чувствовала, как перекатываются под шкурой твердые тяжелые мышцы – очень, очень странное ощущение, к которому она никак не могла привыкнуть.

– Не бойся, – Торвальд, замешкавшись, поддернул какой-то ремень в сложном лошадином обмундировании и поднял на Иву прозрачные, как зимнее небо, глаза. Солнце, на мгновение выглянув из облаков, вспыхнуло в светлых волосах теплым золотым. Ива почему-то отметила, что большая, правильно вылепленная ладонь Торвальда лежит совсем рядом с ее коленом. Но Торвальд сделал шаг в сторону – и магия момента исчезла. – Кобылка у тебя глупая, но смирная. Не сбросит, – продолжил свою мысль он.

– Да я и не боюсь, – вздернула подбородок Ива. – Просто… Странно как-то. Использовать живое существо в качестве транспорта.

– Тебе что, мертвое привычнее? – широко распахнул глаза Торвальд.

– Нет конечно! Мне привычнее… скажем так, повозка, – подобрала более-менее подходящее сравнение Ива.

– Как скажешь. Завтра пришлю тебе возок, – Торвальд, запрыгнув на своего низкорослого белого конька, широко улыбнулся. – Маленький возок, весь резной и синей краской покрашенный. Его для Инги сладили лет пять назад, чтобы катался. Но сейчас Инги здоровый лось, детский возок ему без надобности, а тебе в самый раз будет.

– О. Я… То есть… Я не… – Ива поняла, что угодила в ловушку, из которой теперь не выбраться. Объяснять, что она имела в виду совсем не такую повозку, было бессмысленно – да и, строго говоря, незаконно. А принимать этот гребаный возок… Еще один подарок, от которого проблем больше, чем пользы.

– Нет, Торвальд, не надо, – пришел ей на помощь не чуждый гуманизма Барти. – Упряжкой она управляет еще хуже, чем ездит верхом.

– Да куда уж… – Торвальд захлопнул рот, смущенно зыркнул на Иву и поморщился. – Я хотел сказать, что… ну…

– Ты хотел сказать, что хуже ее навыков верховой езды в жизни не видел. Понимаю, поддерживаю. Мне тоже больно на это смотреть. Но верхом Ива хоть и паршиво, но ездит. А повозкой не умеет управлять совершенно.

– Но…

– У нас другие повозки. Волшебные, – легко и уверенно соврал Барти. – И сразу предупреждаю – твою переделать не получится.

– Да? – Торвальд вопросительно оглянулся на Иву, и та изо всех сил закивала: «Не получится. Совершенно точно не получится». – Ладно. Как скажете. Но если вы нарисуете свою повозку, наши мастера могли бы…

– Не получится, – категорически отрезал Барти, и Торвальд разочарованно вздохнул. Ива тоже. Очень уж соблазнительной была идея собрать повозку хотя бы с примитивнейшей передачей, поставить на нее движитель – и избавиться наконец-то от этих кошмарных лошадей.

Вполне выполнимая задача, если вдуматься.

Но если безопасники узнают, что Ива разъезжает по Грейфьялю на деревянном мобилере – у них разрыв жопы случится.

А если уж выбирать между безопасниками и лошадью – пускай будет лошадь. Ни один конь так не нагадит, как оскорбленная в лучших чувствах служба безопасности.

Торвальд, судя по всему, заметил ее сомнения, – поэтому придержал коня, склонился к самому уху и прошептал:

– Точно не получится?

– Точно, – вынуждена была подтвердить Ива. И тряхнула головой в тщетной попытке остановить уже заработавшую фантазию. Если взять обычную схему преобразования статической маны в динамическую, добавить к ней ограничитель мощности, контроллер линейности потока и модуль гашения колебаний… Реверс на фиг не нужен, вариатор тоже – все равно местные кузнецы только простейшую передачу собрать смогут, и то не факт. А значит, и динамичность у повозки будет, как у детского трехколесника…

– Эй! О чем задумалась? – Барти смотрел с подозрением, и Ива тут же изобразила клиническую жизнерадостность, категорически несовместимую с интеллектуальной деятельностью.

– Да так, ерунда, – Ива выдернула из потока мыслей первый попавшийся вопрос: – Торвальд, а эти вот прически с выбритыми висками – они что-то значат или просто так, для красоты?

Торвальд окаменел, прикипев взглядом к горизонту, Барти в который раз закатил глаза – и Ива поняла, что выдергивать нужно было другой вопрос.

«Что?» – беззвучно, одними губами, спросила она у Барти.

«То!» – так же безмолвно ответил Барти и постучал себя согнутым пальцем по лбу.

– Эй, я все вижу, – обернулся к нему Торвальд. Тяжело вздохнул, тряхнул гривой светлых волос – в которых, видимо, заключался какой-то тайный порок, и снова вздохнул. – Ладно, чего там. Зрелый муж, совершивший достойный воина подвиг, получает право носить мужскую косу.

– О, – поморщилась, осознав глубину собственной бестактности Ива. – Я поняла. Извини.

– Нет! Не поняла! – Торвальд, внезапно утратив свое благодушное спокойствие, вдруг развернулся в седле с такой стремительностью, что Ива шарахнулась, едва не вывалившись из седла. Левая нога тут же потеряла стремя, и Ива зашарила в воздухе в неловкой попытке снова его поймать. – Не поняла! Я совершал подвиги! Я был в трех страндхегах, я убивал врагов и привез в дом достаточно добычи! Когда на нас напал ярл Юхан, я руководил хирдом – и я отбил атаку, удерживая войско Юхана за воротами до тех пор, пока не подошло подкрепление! Я даже на медведя в одиночку ходил – и завалил его, Хелль раздери! Но отец считает, что этого недостаточно!

– Почему? – совершенно искренне изумилась Ива.

– Потому что я – наследник трона! И подвиг мой должен быть сообразен статусу. Чтобы потом не говорили, что сын Эйнара Длинное Копье ничем не превосходит других воинов из дружины.

– И что же ты должен сделать? – Ива попыталась удержаться в границах дипломатического нейтралитета, но чертов мозг уже начал подбрасывать варианты. – В одиночку истребить вражеское войско? Убить дракона?

– Дракона? Дракон – то что надо! – подозрительно оживился Торвальд. – Великий герой Бьовульф убил дракона!

– И умер в процессе, – мрачно напомнил Барти. – Торвальд, ты рехнулся?

– Почему рехнулся? Бьовульф тогда уже старый был, слабый и медленный. Если он справился – я тем более смогу!

– Да мы от кабана на дереве прятались!

– Потому что мы не были готовы! Я же не дурак на дракона без подготовки идти. Ребята, а вы не знаете, где можно дракона найти? Хотя бы маленького… – в голосе у Торвальда послышались умоляющие нотки. – Я скальду скажу, чтобы он вас обязательно в песне упомянул. Вразумили, дескать, направили, великие колдуны и мудрецы. Я поделюсь славой, вы не думайте!

– Нет! Мы не знаем, где дракон! – отрубил Барти. – Потому что никаких драконов здесь нет и быть не может!

«Но можно было бы протащить тварь через кромлех. Подманить на мясо, скажем…» – Ива тряхнула головой, обрывая неуместную мысль.

– Да. Драконов здесь нет, – подтвердила она слова Барти, и Торвальд, разом поскучнев, поник в седле. – А упокоение поднятого мертвеца подвигом не считается?

– Нет. Упокоение – это несерьезно, – помотал головой Торвальд. – Ну и потом – его же ты упокоила. А мне чужой славы не нужно.