Читать книгу Сага о принце на белом коне. Книга 1 - Группа авторов - Страница 7

Барти, потянув за повод, развернул своего жеребчика – и Ива окончательно перестала понимать происходящее.

– Эй, ты куда собрался?

– В смысле – куда? Отсюда подальше. Ты знаешь, как Альдис орет? Галки с деревьев падают.

– Барталомео Хаанесаалале! – Ива уперлась кулаками в бока. – Подними свою тощую жопу, слезь с коня и замкни это гребаное пространство! Ты тополог или хвост собачий?!

– Ну тополог, тополог, – Барти тоскливо оглянулся на Торвальда в поисках поддержки, не нашел ее и слез с коня. Покрутив кисти, он размял пальцы и внимательно оглядел улицу, прикидывая векторы закольцовки. – Господи, Ив, ну почему ты вечно создаешь людям проблемы? При чем тут ты? При чем тут я? Восставшие зомби – это проблемы отдела безопасности и контроля! Каким боком тут штатный тополог и артефактор?

Не переставая бубнить, Барти начал плести замыкание. Воздух вокруг пятачка, окруженного стенами домов, задрожал и поплыл, искажая контуры зданий.

– Что он сейчас делает? – наклонившись к Иве, прошептал Торвальд.

– Выполняет трансформацию гомеоморфного пространства. Параллельно фалломорфируя. Барти у нас удивительно многогранная личность и высококвалифицированный специалист.

– А, – озадаченно моргнул Торвальд. – Ага.

Склонившись, он оказался так близко, что Ива отчетливо видела россыпь бледных веснушек на светлой коже.

– Барти сворачивает пространство, – усовестилась Ива. – Когда он закончит, никто не сможет подойти к этому месту – и никто не сможет из него выйти. Представьте себе круглый дом без дверей. Мы внутри, все остальные снаружи. Вот, смотри!

Бредущая по улочке курица, достигнув границы замыкания, вдруг заколыхалась, поплыла, вытягиваясь, как растаявшая жвачка. Изогнувшись бесконечной вибрирующей дугой, она скользнула за несуществующий угол, возникла снова с другой стороны улицы и продолжила свою неторопливую прогулку, склевывая с земли какой-то мусор.

Торвальд проводил ее задумчивым взглядом, какое-то время помолчал и очень серьезно кивнул.

– Я понял. Это полезное колдовство.

– Весьма. Но не самое уместное в данном случае. Барти прав – сейчас тут должны работать не мы, а безопасники. Вы что, не сообщали нашим о проблеме?

– Почему? – удивился Торвальд. – Сообщали. Сначала отец попытался сам с Альдис договориться, а когда не получилось – попросил у ваших колдунов помощи.

– И что?

– И ничего. Сказали, что наша колдунья – наши проблемы.

– Ну да, – закончив плетение, Барти несколько раз встряхнул кистями и болезненно сморщился. – Вот черт. Помедленнее надо было. А ты, Ив, как из сказки вышла. Подумай сама: Лейви не буянит, людей не жрет. Даже под ворота «Норд Кристал» не гадит. Ну на что тут безопасники реагировать-то должны?

Ива, закатив глаза, сделала широкий жест, очерчивая несчастного Лейви с головы до пят, словно манекен в витрине. Бедняга смущенно потупился и пригладил вышитую рубаху. Лучше не стало. Лейви был бесповоротно и категорически мертв. Там, где меч Торвальда раз за разом проламывал череп, под коротким ежиком волос проступали глубокие нейронные вмятины, так и не затянутые до конца соединительной тканью. Барти, оглядев его, равнодушно пожал плечами:

– И что? Я тоже не Аполлон. Это же не повод привлекать безопасников.

– Но ты хотя бы живой! – не собиралась сдаваться Ива.

– Сейчас живой, завтра не живой, – блеснул философической максимой Торвальд. – Вы что делать-то собирались?

– Для начала хотелось бы разобраться, – Ива оглянулась, не обнаружила ничего, пригодного для сидения, и прислонилась плечом к стене. Тяжелые темные бревна были холодными и сырыми даже на вид – но волчий плащ оказался на удивление эффективен. – Рассказывайте. Все и по порядку.

Торвальд, вопросительно покосившись на Лейви, откашлялся, пригладил ладонью короткую аккуратную бородку. И начал рассказывать.

Умер Лейви в конце лета. Пошел в гости к двоюродному брату крышу на новом сарае ладить, навернулся с балки да и сломал себе шею.

– Ну да, – виновато развел мосластыми руками Лейви. – Такое с каждым может случиться.

– Вот именно, – поддержал своего знакомца Торвальд. – Такое может случиться с каждым! Но Альдис втемяшила себе в голову, что Лейви упился бьером.

– Да-да! Втемяшила! – поддакнул Лейви. – А сколько я того бьера выпил? Ну кружечку, ну две. Да и не удался в тот раз у Свена бьер. Слабенький получился, желтенький – как будто корова нассала. Разве нормальный мужик с двух кружек водички упьется? Вот скажите мне, благородная дева!

– Всякое бывает, – дипломатично уклонилась Ива. С одной стороны, бьер, по вкусу напоминающий сильно разведенное водой пиво, действительно содержал минимум алкоголя. А с другой… Ну не производил Лейви впечатления трезвенника. Даже в таком вот потустороннем виде.

– Ну вот и я говорю – всякое бывает! – увлекшись рассказом, Торвальд подался вперед, закрыв головой солнце, – здоровенный, тяжелый, горячий. Чтобы не таращиться ему в грудь, Ива задрала голову и уперлась взглядом в глаза – светло-серые, прозрачные, как холодная зимняя вода. Серебряная у центра, по краю радужка наливалась тревожной грозовой синевой. Завороженная контрастом, Ива ненадолго потеряла связь с реальностью, а когда очнулась, Торвальд уже выкладывал подробности конфликта. – …с ней и так, и эдак, но Альдис уперлась: пьяный был. И ни с места, хоть мехом внутрь вывернись. Когда мы Лейви хоронили, она даже вису над его могилой сказала. О недостойных мужах, которым бьер важнее, чем битвы, подвиги и семья.

– Да, Альдис у меня талантливая, – нежно улыбнулся перекошенным синим ртом Лейви.

– Ага. Талантливая. Просто слов нет, какая талантливая. Альдис-то и раньше приколдовывала: зубную боль заговаривала, понос у овец, бледную немочь у детей. Ничего, в общем, особенного. Но когда Лейви умер – наварила каких-то зелий, два часа пела на могиле, руны рисовала – и подняла его!

– Да! Подняла! – наябедничал Лейви. – Вырвала из чертогов сумрачного Хелля! Где я беседовал с героями и богами…

– Ты же рассказывал, что ничего не помнишь, – подозрительно прищурился Торвальд. – Темнота, пустота, все такое.

– Это я сначала не помнил. А потом память прояснилась! Были боги, были – вот как тебя Торора видел. Да и героев я тоже повидал немало.

– Это что же герои в Хелле забыли? Все знают, что они на пиру у Отана, в Авалле.

– Ну не все же время им жрать! Нужно и родственников навещать. Да и герои, знаешь, разные попадаются. Кто-то в битве умирает – а кто-то и дома! Ну вот запнется, скажем, упадет неудачно. Шею сломает. Что же он теперь, не герой?! – воинственно выпятил грудь Лейви. – Не суди павших героев, Торвальд, недостойное это дело!

– Ладно, ладно, не сужу, – Торвальд, отступив, вскинул руки. – Ты был с героями. А потом оказался на скотном дворе. С вилами.

– Нет. Сначала с пилой и топором, – погрустнел Лейви. – Альдис сказала, что в доме дрова закончились. Очаг топить нечем, дети есть хотят. У нас как раз в прошлом году родился младшенький, Сэмунд, – на жутковатом перекошенном лице Лейви проступила мечтательная нежная улыбка. – В общем, помог я ей сначала с дровами, потом с вычинкой шкур, а там уже и стены к осени конопатить надо…

– Лейви ей где-то месяц помогал, – оборвал пространный рассказ Торвальд. – А потом захотел вернуться в могилу. Сначала по-хорошему попросил – Альдис отказала. Потом ругаться начал, скандалить. Ну а потом к ярлу пришел. За справедливым судом.

– А ярл, надо полагать, обратился к нашим специалистам? – Ива выразительно посмотрела на Барти. Тот безмолвно закатил глаза.

– Да. Отец обратился к вашим магам. Они ответили, что Лейви безопасен, а с колдуньей мы должны сами разбираться.

– И почему же не разобрались?

– Отец попытался! Но Альдис доказала, что Лейви остался ей должен. Он взял серебряный венец из ее приданого, обменял на тройку волов – а волы потом возьми и издохни. Так что теперь Лейви должен отработать цену венца.

– Но я мертвый! – горестно всплеснул руками Лейви. – А мертвые никому ничего не должны!

– Ты это не мне, ты это бабе своей бешеной доказывай, – мучительно, как от зубной боли, скривился Торвальд. – В общем, не смог отец Альдис приструнить. Не по закону это было.

– И тогда Торвальд убил меня! – радостно сообщил Лейви.

– Да. Тогда я его убил. Через неделю Альдис снова провела свой обряд. Лейви поработал, пришел ко мне…

– И ты его убил, – забывшись, перешла на ты Ива. Торвальд то ли не обратил внимания, то ли ничего не имел против сокращения дистанции. Поэтому просто кивнул.

– Ну да. Убил. С тех пор так и повелось. Она поднимает – я возвращаю в могилу. Она поднимает – я возвращаю.

– И вот уже где мне этот гребаный круговорот! – рубанул себя ладонью по острому кадыку Лейви.

Ива, задумчиво постукивая пальцами по бедру, еще раз перебрала все известные факты.

Дано: поднятый магией покойник. Из местных. Колдунья тоже местная, прилив силы получила при контакте с выбросом из кромлеха. Базовый уровень скаканул, плюс стресс, плюс острая потребность – ну, она и выдала офигительно успешный результат. Местные власти колдунью не одобряют, руководству компании на колдунью плевать.

В случае вмешательства первые будут довольны, вторые не обратят внимания.

– Отлично, – подвела итог размышлениям Ива. – Давайте остановим этот круговорот. Торвальд, мне нужна кровь!