Читать книгу Ида - Группа авторов - Страница 2
СТЕКЛЯННИЦА
ОглавлениеИда проснулась раньше рассвета от ощущения, что воздух стал другим. Он уже не был пустым. Он стал внимательным. Туман подсвечивался белёсым рассветом, но света в нём не было, только молочное, бессильное равнодушие.
Внешне город был неподвижен, но под неподвижностью чувствовалась набухшая, живая внутренняя пульсация.
Как у скорлупы, внутри которой шевелится что-то нерождённое, но уже созревшее.
Девушка поднялась с пола, где спала, и застыла.
Тишина больше не была мёртвой. В ней появились крошечные всполохи – будто кто-то пальцем проводил по стёклам зданий, пробуя, насколько они хрупкие.
«Скр-р-р… скр-р-р… скр-р-р»…
Ида подошла к окну. Туман больше не стлался по земле – он закручивался, свиваясь в тугую, бешеную спираль.
Его белёсые клочья сбивались в комья, наливались плотью, темнели по краям, как старые синяки под кожей мира.
Он набухал, пульсировал, дышал – медленно, мучительно, с хриплым всасывающим звуком… А затем – сорвался с места и прильнул к стеклу.
«Скр-р-р… скр-р-р… скр-р-р»…
Трещинка на стекле.
Как начало чужой улыбки.
За окном – силуэт. Тонкий, высокий, прозрачный.
Лёгкие линии, неровные грани, болезненно вытянутое тело, словно сотканное из слёз отчаяния, застывших на морозе.
Пальцы – длинные, как стеклянные иглы.
Они постукивали по стеклу с удивительной настойчивостью.
«Тик… тик… тик…»
– Стеклянница… – дрожащими губами выдохнула Ида.
Имя пришло, как вспышка – точное, режущее.
Тварь наклонила голову.
Границы её лица дрожали, как жидкое стекло.
Там, где должны быть глаза, было пусто,
но пустота как будто смотрела:
пытливо, тоскливо, нежно…
У чудовища не было рта, но Ида услышала приглушённый шёпот:
«Можно войти?..»
Голос не шёл снаружи.
Он вспыхнул внутри – между висками…
Бархатный, жалобный, почти человеческий шёпот.
Девушка вздрогнула, вскинула руки, прижала ладони к вискам —
но это не помогло.
Голос Стеклянницы был внутри, тревожил мягкие ткани сознания:
– Впусти… мне одиноко…
Пальцы-иглы, царапающие стекло…
«Скр-р-р… скр-р-р… скр-р-р»…
Ида отпрянула. Она могла бы закричать, но страх сковал горло.
Существо продолжало стучать – не злобно, не яростно, а умоляюще.
«Тик… тик… тик…»
«Скр-р-р… скр-р-р… скр-р-р»…
Пальцы оставляли тонкие белые царапины.
Ида чувствовала – стоит ответить —
и Стеклянница проникнет внутрь.
Не ломая стёкол.
Не распахивая створок.
Она войдёт
через трещинку в душе,
через жалость.
Девушка прижалась к стене, хватая воздух рваными глотками.
В груди холод расправил крылья.
Ида закрыла глаза.
Попыталась стать тишиной.
«Тик… тик… тик…»
– Впусти…
Но девушка не отвечала.
Она училась быть немой.
Училась выживать.
Стеклянница плаксиво вздохнула и прижалась к окну.
Белёсый сгусток тумана, блуждающий в темноте в поисках человеческого тепла…
Одиночество, которое вдруг обрело форму и вышло к людям…
«Впусти… Согрей меня…», – шептала она.
На этот раз – мягче, настойчивее, тоньше.
Ида закрыла уши.
Но это было бесполезно.
Голос звучал внутри, расползался по мозгу, как холодная плесень.
Тварь провела пальцами по стеклу, будто лаская его.
Потом наклонила голову – и ударилась лбом о поверхность.
Не сильно.
А затем снова.
Ида прикусила губу.
Слёзы опалили щёки.
И вдруг существо… изменилось – прозрачная фигура начала «таять», словно её стирал ветер.
Напоследок – рваная царапина на стекле —
как обещание вернуться.
Мир, уставший от себя, таял в чернильной мгле.
